Призрак под толщей вод - Эмилия Джей

На ней был туго зашнурованный корсет, из-под которого виднелась рубашка с глубоким вырезом и рюшами; грудь едва не выпрыгивала поверх ткани. Черные кожаные брюки облегали её мускулистые ноги и были заправлены в сапоги по колено, которые сейчас покоились прямо на столе — одна лодыжка поверх другой.

Длинные темные волосы обрамляли лицо, а на голове кокетливо сидела треуголка. Поля шляпы бросали тень на пронзительные голубые глаза, которыми она издевательски смотрела на него, пока серебряные кольца в её ушах поблескивали на свету.

Сердце Дрэвина забилось в бешеном ритме. Замешательство захлестнуло его, когда он увидел, с какой уверенностью она занимает кресло капитана — словно она всегда была здесь, словно это её законное место.

Уголки её губ приподнялись, но эта мимолетная улыбка не коснулась глаз.

— Добро пожаловать на борт «Призрака ночи», Дрэвин Роу.

Глава 24

Дрэвин

— Капитан обратилась к тебе, — мужчина толкнул его в спину, заставив Дрэвина споткнуться и вылететь на середину комнаты. — Говори, когда к тебе обращаются.

Дрэвин тяжело сглотнул, не зная, что делать или говорить, пока пытался осознать всё происходящее.

Капитан за капитана. Пиратка за принца. Реальность происходящего стремительно настигла его, а кончики пальцев заныли — пламя было готово вырваться и испепелить весь этот корабль, если бы не проклятые богами кандалы на его запястьях.

— Всё в порядке, Джек, — произнесла Эсми из кресла, её непоколебимый взгляд всё так же был прикован к Дрэвину. — Он наш гость, — её улыбка стала кошачьей.

— У тебя интересный способ обращения с гостями, Эсми, — сказал Дрэвин, стараясь скрыть раздражение в голосе.

Она подняла руку, чтобы осмотреть свои ногти, которые больше походили на когти. Дрэвин вскинул бровь, глядя на них: он был уверен, что заметил бы такое раньше.

— Можешь обращаться ко мне «Капитан» или «Эсмира», — её голос был суров и не допускал возражений, но ему было плевать.

— Значит, в твоей паутине лжи была доля правды, когда мы встретились в Бухте Анкоридж.

Мужчина, Джек, ударил его под колено, и Дрэвин с кряхтением опустился на пол.

— Мне не нравится твой тон в разговоре с моим капитаном.

— А мне, блядь, не нравится быть пленником посреди моря, — огрызнулся он, метнув на Джека яростный взгляд. Он снова повернулся к прекрасной, жестокой женщине, которая наблюдала за их стычкой. Поднимаясь на ноги, он произнес:

— Ты задолжала мне объяснения.

Эсми расхохоталась, поднимая со стола пистолет и крутя его в руке.

— Я ничего тебе не должна, Феникс.

Дрэвин сглотнул, пот пополз по его позвоночнику; на мгновение он подумал, что она может пристрелить его прямо здесь и сейчас. Но в её глазах было что-то такое, что заставило его поверить: она ещё не закончила играть с ним. Ей что-то было нужно — вопрос в том, что именно.

— Это и был твой план с самого начала? — он оскалился. — Схватить меня как разменную монету для чего-то, чего ты желаешь больше? Как у тебя оказался велсинит?

Её жуткие глаза скользнули по нему.

— Я украла его, разумеется.

— Из замка?

Злобный смешок сорвался с её губ.

— У тебя, принцесса. После того как ты запер меня в камере на своем корабле, — тон последних слов выдал её ярость.

Глаза Дрэвина забегали, мысли вихрем кружились, пытаясь понять, как такое вообще возможно.

— Прямо перед тем, как я отправила его на дно, — закончила она.

Его челюсть отвисла, связанные руки сжались в кулаки.

— Как? — требование вырвалось сквозь стиснутые зубы.

Эсмира издевательски ухмыльнулась, и в следующий миг в её глазах вспыхнул потусторонний свет. Комната озарилась бирюзовым сиянием, в свете которого блеснуло выставленное оружие и витражные окна. Но всё исчезло так же быстро, как и появилось.

— Ради всех богов… — прошептал он, отступая на шаг от хищницы в капитанском кресле. Теперь он знал с абсолютной уверенностью, что она не та, за кого себя выдавала… Так кем же, черт возьми, она была?

Эсмира поднялась из-за стола, не сводя с него глаз и склонив голову набок.

— Прогуляйся со мной, Дрэвин.

Она не дала ему возможности ответить, прошествовав мимо; каблуки её облегающих сапог звонко застучали по деревянному полу. Джек открыл перед ней дверь, и она величественно вышла на главную палубу, не оставив Дрэвину иного выбора, кроме как последовать за ней.

Джек схватил его за руку, направляя вслед за ней, но Дрэвин вырвал предплечье из его хватки.

— Ну же, вы оба, — они оба повернулись к Эсмире, которая наблюдала за ними снизу, у подножия лестницы, ведущей на шканцы. — Он будет хорошим мальчиком и станет сотрудничать. Не так ли, Дрэвин? — его ноздри раздулись от её слов, а Джек хрипло расхохотался. — К тому же, куда ему деваться? — она указала на открытую воду, окружавшую их, прежде чем начать подъем по лестнице.

— Ты слышал её, — слова прозвучали шепотом над самым его ухом — слишком близко, чтобы быть приятными, — пока Джек обходил его, следуя за своим капитаном.

Дрэвин медленно повернулся к носу корабля, наблюдая за работающей командой, которая не обращала никакого внимания на скованного пленника, стоящего посреди палубы.

Мужчины самых разных видов трудились плечом к плечу. Он мог только предположить, что те, на ком были отметины лесного королевства, были оборотнями, а те, что с заостренными ушами, происходили из Сумнэ — королевства эльфов. Были даже несколько человек без каких-либо меток, выглядевшие как обычные люди из Лефирина. Он прищуривался, разглядывая каждого, мимо кого они проходили, пока команда продолжала игнорировать его существование.

В конце концов он поднял взгляд на шканцы, где Эсмира удерживала штурвал одной рукой; её иссиня-черные волосы развевались на морском бризе, пока она смотрела на него сверху вниз. Казалось, она так и просит его совершить глупость — бросить ей вызов и попытаться сбежать.

Дрэвин понимал, что шансов на побег почти нет, и ему было любопытно посмотреть, какую информацию она выдаст, если он станет сотрудничать, а не бороться с каждым её шагом. Поэтому он усмирил свою гордость и направился к лестнице, моля Ираха о том, чтобы ему удалось сдерживать гнев достаточно долго и найти способ освободиться.

Оказавшись наверху, он заметил Джека, который стоял поодаль у одной из малых мачт; тот пристально наблюдал за Эсмирой, пока его золотистые глаза не скользнули к Дрэвину с выражением чистой ненависти. Он не мог винить этого человека — в прошлый раз, когда он был на борту этого корабля, он сжег всех заживо по приказу