Запрет на истинность - Светлана Томская

Мой шёпот похож на шелест крыльев бабочки, но Эйнар всё отлично слышит.

— Ты потеряла много своей воздушной стихии, — говорит чамп резко охрипшим голосом. — А ты знаешь, что обмен стихиями возможен только между истинными парами?

О чём это он? Я слышала, что во время близости истинных что-то такое происходит. Но он ведь не собирается? Внизу живота растекается расплавленный мёд. Слишком сильно, слишком сладко.

Собираю все оставшиеся в моём распоряжении силы и пытаюсь высвободиться.

— Ты можешь постоять спокойно хоть пару минут? — раздражённо рычит чамп. — Или я за себя не отвечаю.

И в доказательство того, что он на грани, Эйнар кладёт одну руку мне на живот и плотнее прижимает к себе. Поясницей ощущаю его возбуждение. И замираю, боясь шелохнуться.

«Он ведь может сделать со мной всё что угодно, — затравленно думаю я и тут же сама себе противоречу. — Но он же не может… Он мой брат».

— Умничка!

От горячего дыхания мужчины на моей макушке шевелятся волосы, потоки огненной лавы стекают вниз по шее, проникают в тело и, добравшись до моего Хранилища стихий, зажигают там фейерверк. Огненные нити пронизывают каждую клеточку. Я ахаю и пытаюсь мысленно закрыться от незваных гостей.

— Это только начало, — хрипло предупреждает Эйнар. — Впусти меня.

И я, не в силах больше сопротивляться, открываюсь. Вихрь врывается в Хранилище, и моя почти исчезнувшая Воздушная стихия неожиданно поднимает голову. Так ящерица, не успевшая спрятаться в норе и просидевшая монументом на холодном камне всю ночь, с первыми лучами солнца начинает отогреваться.

Горячий воздух распадается на вихри, вбирает в себя огонь. И я впервые чувствую Земляную стихию чампа. Она чуть в стороне от фейерверков. Моя Вода тоже не спешит знакомиться с чужой стихией. Но вот Огонь и Воздух признали друг друга.

И, когда Эйнар отстраняется с тяжёлым вздохом, у меня вырывается разочарованный стон.

Но одновременно я понимаю, что слабости больше нет. Мой Воздух в таком же порядке, как и остальные две стихии. И я твёрдо стою на собственных ногах. Никаких признаков головокружения больше нет.

— Ты поделился со мной? — потрясённо спрашиваю я, поворачиваясь к чампу лицом. — Отдал часть своей силы?

— Нет, просто твои стихии, в отличие от тебя, мне рады, — ворчливо отвечает он. — А когда рядом те, кто дорог, быстрее выздоравливаешь.

Уже совсем стемнело. Но я чувствую улыбку в его голосе.

— Эйнар, — начинаю я и умолкаю.

— Я люблю тебя, девочка, — просто говорит он. — И, поверь, к братским чувствам это не имеет никакого отношения.

Надо же… Я впервые ему верю. Мои стихии верят. Моя Райлинг… Хотя она и до этого не сомневалась. Ведь драконы не ошибаются?

— Даже если ты прав, — шепчу я, — мы не сможем этого доказать. Родственные связи под запретом.

— Я докажу. — Эйнар притягивает меня к себе и грозно добавляет: — Но чтобы даже флирта не было с уцелевшими воздушниками. Иначе я могу не сдержаться.

Я не сразу закрываю окно, продолжая вглядываться в темноту, в которой исчез Эйнар. И на шаги за спиной реагирую только тогда, когда они уже совсем рядом.

Глава 45

Доверие

— Тебе не хватает воздуха, Айри? — участливо спрашивает Роан, приобнимая меня за плечи.

Вздрагиваю от неожиданности. Вовремя Эйнар ушёл. Как я могла вообще забыть, что в любую секунду может заявиться мой братик?

— Д-да, — отвечаю я и тут же поправляю себя: — То есть нет, я уже в порядке.

— Целитель сказал, что понадобится не менее двух суток для восстановления, — скептически говорит Роан.

Но я отмахиваюсь от него.

— Всё нормально. Моя стихия уже при мне.

Закрываю окно, задёргиваю штору и зажигаю магический светильник.

— Рассказывай.

— Что именно?

— Ты чуть дыру в кресле не протёр, когда был здесь днём. Как ты меня нашёл? Ты ведь видел артефакт? Какой он?

Я засыпаю брата вопросами, не давая ему возможности вывернуться, потому что чувствую его сомнения. Он ещё не определился, что именно стоит мне рассказывать, а что стоит придержать.

— В том-то и дело, что нашёл артефакт не я. Нам не успели дать задание искать магические следы преступника, а Эйнар уже рванул прямо через кусты, как будто…

Брат замолкает. Смотрю на него выжидающе. Роан хмурится и с явной неохотой продолжает:

— … как будто знал, где искать.

— Но ты же не думаешь, что он преступник? Он видел этого воздушника впервые в жизни.

— Кто знает… — задумчиво тянет брат. — Что мы о нём знаем? Он наполовину чамп и вырос в Чампии.

— А ты им по-прежнему не доверяешь. — Я не спрашиваю, я утверждаю.

Роан хмурится и продолжает, взвешивая каждое слово:

— Мне нравится Эйнар. Он сильный воин.

— Хотя ещё недавно ты был готов драться с ним всерьёз?

— Мне показалось, что он к тебе клеится, — мрачно отвечает Роан.

— То есть, если бы он не был нашим родственником, ты был бы против него?

— Честно?

Киваю.

— Был бы. Я и сейчас убеждён, что он к тебе неравнодушен. Он ведь, как и мы, не знал об этом родстве. Да и ты… Думаешь, я не видел, какими глазами вы смотрели друг на друга, когда мы все здесь встретились? Ты взяла себя в руки, а вот насчёт него не уверен.

— Брось, Ро, — говорю я, в то время как сердце сжимается от тоски. — У них в Чампии ещё строже с родственными связями.

— Не забывай, что власть в руках его родителей, а в будущем — и в его. Тот, кто у вершин власти, может влиять на законы. Так что держись всё-таки подальше от него. Разве ты не учила по истории, что есть государства, где кузены не считаются близкими родственниками?

— Ты имеешь в виду северян?

— Именно.

— И только на этом основании ты его подозреваешь?

— Не то чтобы я его подозревал. Я размышляю над фактами. А факты таковы: он знал, в какой стороне артефакт.

— Логики в этом нет, если только ты не считаешь его глупцом. Если бы именно он использовал артефакт и спрятал его, то не побежал бы указывать к нему путь.

— Меня это тоже удивило.

— И поэтому ты никому до сих пор не сказал о своих подозрениях, а пришёл поделиться со мной?

Роан пытается ответить, но я не даю себя перебить.

— А ты не думаешь о том, что Эйнар просто сильный маг? И его дракон мог почувствовать не артефакт, а то, что со мной случилась беда?

Брат хмыкает.

— Такое бывает, только когда образуется истинная связь, а