Хозяйка северных земель - Натали Эмбер

Волна наслаждения накрывает меня с головой. Эрик прижимает меня к себе, целует в висок, гладит по волосам. Чувствую, как он напрягается, и через мгновение тоже находит покой, уткнувшись лицом в мою шею.

Когда позже я лежу рядом с ним, укрытая мехами, Эрик не отпускает меня. Его рука обнимает мою талию, дыхание щекочет шею. Мы так и засыпаем в объятиях друг друга.

Я просыпаюсь, когда солнце уже высоко. Осторожно поворачиваю голову.

Эрик уже не спит. Он смотрит на меня так внимательно, что я невольно вспоминаю прошедшую ночь. Щёки предательски краснеют.

– Доброе утро, – шепчу я сонно, – Проверяешь, не исчезну ли я?

– Да, – уголок его губ едва заметно приподнимается.

– Теперь тебе от меня так просто не избавиться, – тихонько смеюсь, вызывая его улыбку.

– Да я и не собирался, – Эрик притягивает меня ближе.

Но внезапно нас отвлекает глухой стук в дверь.

– Конунг Эрик! – доносится приглушённый голос. – Чужаки у ворот!

56

Эрик

Первое, что я вижу, когда просыпаюсь, это рыжие как пламя волосы Арины. Она спит, повернувшись ко мне. Губы чуть приоткрыты, ресницы дрожат.

Вчера я клялся перед всеми богами, что буду защищать её. И теперь она здесь.

Моя жена.

Вспоминаю вчерашнюю ночь, как её тело отзывалось на каждое моё прикосновение. Мне хочется целовать её снова и снова. Не торопясь, словно у нас впереди целая вечность.

Осторожно, чтобы не разбудить целую её в макушку, вдыхаю запах её волос. Арина вздыхает во сне и прижимается ближе, ища тепло. Смотрю на неё и понимаю, что сделал правильный выбор.

Но долго понежиться в постели нам не дали.

– Конунг Эрик! – раздаётся стук в дверь. – Чужаки у ворот!

Арина вздрагивает, её зелёные глаза широко раскрываются.

Сон исчезает мгновенно. Я привычным движением тянусь к оружию. Пальцы сжимают рукоять меча.

– Сколько? – спрашиваю я, поднимаясь постели.

– Трое, – отвечает Торкель из-за двери. – Но вдали целая толпа. Говорят, что пришли с миром.

Быстро одеваюсь, подхожу к Арине. Наклоняюсь и коротко целую её.

– Оставайся здесь, – говорю ей. – Запри дверь и жди.

– Будь осторожен, – шепчет она.

Что бы ни ждало меня за воротами, я должен вернуться.

Выхожу во двор, на ходу застёгивая ножны.

Дозорные с копьями наготове стоят у ворот. Вдоль забора – несколько лучников.

– Они сложили оружие, – докладывает мне один из дозорных. – Сказали, что будут говорить только с конунгом.

– Глаз с них не спускать! – приказываю я.

Беру с собой двоих воинов тех, что покрепче и мы выходим за ворота.

Чужаки одеты иначе. На них добротные кольчуги, дорогие плащи.

– Моё имя Эрик, сын Харвальда, я конунг, – говорю, когда мы подходим ближе, – Назовите ваши имена.

Один из них, тот, что повыше, делает шаг вперёд. Его тёмные волосы собраны в низкий хвост. Холодный, внимательный взгляд человека, который привык командовать.

– Я Вильгельм, – произносит он. – Герцог Нормандский, мы пришли, чтобы предложить вам союз.

Голос звучит почти без акцента. Он чуть склоняет голову в знак почтения. Я делаю то же самое.

Он пришёл сюда лично. И взял своё войско. Они ждут сигнала, на случай если что-то пойдёт не так.

– Союз? – недоверчиво переспрашиваю я.

Он смотрит мне прямо в глаза без страха и без желания угодить. Как равный.

– Некоторое время мы наблюдали за вами, – Вильгельм медленно переводит взгляд на поселение за моей спиной. – Мы слышали о вашем поражении в Йорке.

В его взгляде нет ни капли высокомерия, только спокойная, холодная уверенность.

– Мой отец погиб в бою, – отвечаю ему.

– Соболезную вашей утрате, – он делает паузу, опуская взгляд, – У нас есть общий враг. Вы хотите мести не меньше нашего, – продолжает он.

На мгновение снова вижу тот день. Когда воины возвращались с боя их опущенные глаза и драккар отца с его телом на борту. Руки сами сжимаются в кулаки.

Месть уже свершена. Беорн мёртв. Но Англы готовят ответный удар. Они не оставят наши нападения без внимания. Герцог Нормандский тоже это понимает. Это одновременно раздражает и вызывает уважение.

– Но какой вам от этого прок? – холодно спрашиваю я.

– Мы продвигались с юга, из самой Нормандии, – отвечает Вильгельм. – Войскам нужен был отдых после серии нападений. А теперь мы планируем поход на Йорк. Нам нужен сильный союзник на севере.

Я слушаю его молча. А сам уже прикидываю в уме.

Часть наших кораблей повреждена после боя. Новые будут готовы только через месяц. Слишком долго. У нас есть пара недель, пока фьорд не замёрзнет окончательно.

Люди устали после внутренних распрей. Поход на Йорк, смена конунга, предательство Беорна, – всё это ослабило нас. Но другого шанса может не быть.

– Англы ослаблены после ваших походов и внутренних распрей. Если ударить в ближайшее время – Йорк падёт. – продолжает Вильгельм.

Йорк – это ключ к северу. Пока он в руках англов, они контролируют торговые пути, выставляют дозоры и могут ударить в любой момент. Если мы возьмём его, то вся земля до самого моря станет нашей.

Отказаться, значит, потерять возможность. Согласиться – возможно войти прямо в ловушку. Герцог может ударить нам в спину, когда мы ослабнем. Или использовать нас как живой щит.

– Сколько у вас людей? – спрашиваю я.

Вильгельм едва заметно улыбается. Он понимает, что я уже думаю о войне.

– Достаточно, чтобы разбить англов, – отвечает он. – Но недостаточно, чтобы удержать север без союзников.

– Сколько кораблей?

– Двадцать два.

– Почему не идёте одни?

– Потому что я не люблю терять людей без необходимости.

Умный ответ. И честный.

Мы смотрим друг на друга так, будто уже сражаемся. Каждый оценивает – противника или союзника, ещё не решил.

Слабые союзники бесполезны. Сильные – опасны, но с ними можно выиграть войну. Герцог Нормандский скорее относится ко второй категории.

Перед глазами неожиданно возникает лицо Арины. Её серьёзные глаза.

Она будет против. Скажет, что это риск и, возможно, окажется права.

Но если англы останутся у власти, мира не будет никогда. Ни для нас, ни для наших будущих детей.

– Я выслушаю ваши