Нечистивый союз - Айви Дэвис

Мы добираемся до дома Марко за считанные минуты. Тео начинает складывать нам вещи в чемодан.

Я спешу в ванную, снимаю пропитанное кровью свадебное платье и быстро принимаю душ.

Я пытаюсь действовать быстро, но, выйдя из душа, падаю на колени. В глазах тьма. Я даже не могу нормально дышать. Ощущение, будто на моей груди лежит огромный груз.

Тео находит меня в таком состоянии, подбегает ко мне и подхватывает на руки. — Сесилия?

— Я не могу дышать.

— Ты ранена?

Я качаю головой. — Я… я так не думаю.

— Ладно, — он качает меня на руках. — Кажется, у тебя паническая атака. Я знаю, как это бывает. Ты же видела, как у меня такое было, помнишь?

Много недель назад, на нашем большом семейном ужине, Лука уронил тарелку на пол, и Тео, кажется, как-то отреагировал. Тогда я не поняла. Но, кажется, теперь понимаю.

— Что… что мне делать?

— Просто отпусти, — шепчет он мне на ухо. — Отпусти. Я тебя держу. Я знаю, как это страшно. Почти как будто умираешь. Но это не так. Ты жива, и ты здесь, со мной.

Тео обнимает меня, пока моё дыхание не приходит в норму. И даже после этого он продолжает меня обнимать.

— Почему у тебя случилась паническая атака? — спрашиваю я его.

— Я служил в армии, как ты знаешь. Плохие воспоминания. Громкие звуки могут их вернуть.

— Но в церкви у тебя не было панической атаки.

Он крепче обнимает меня. — Это потому, что я не мог. Я знал, что должен спасти тебя. У меня не было времени думать или чувствовать. Я отреагировал. Но я знаю, каково это — оказаться в страшных ситуациях. Я знаю, насколько изнуряющими они могут быть.

Я цепляюсь за него. — С ними когда-нибудь станет легче?

— Трудно сказать. Воспоминания остаются. Не думаю, что они когда-либо тебя покинут.

— Боже, — шепчу я, прижимаясь к Тео. — Сегодня я видела, как умерла эта женщина. В одну секунду она нас поздравляла, а в следующую… она лежала на земле рядом со мной. Мёртвая.

— Знаю. Сальваторе всё ещё пытается причинить нам вред из-за гроба. Несправедливо, что из-за этого умирают невинные.

— Я знаю, нам нужно выбираться отсюда, — говорю я. — Но… я не могу пошевелиться.

— Я тебя понимаю, Сесилия. Я всегда буду защищать тебя. От всех.

Мы сидим на полу в ванной гораздо дольше, чем следовало, но наконец мне удаётся встать. Тео помогает мне одеться, потому что я всё ещё дрожу.

Звонит телефон. — О нет, — шепчу я, глядя на телефон на тумбочке. — Телефон. Я его так и не выкинула. Ты же не думаешь, что они нас отследили?

Тео трёт лицо рукой. — Чёрт! Я совсем забыл. В этом безумии я забыл сказать тебе, чтобы ты избавилась от телефона.

— Это моя мама, — говорю я, поднимая трубку. — Мне ответить?

— Честно говоря, вряд ли. Но уже слишком поздно. Если люди Сальваторе знают, что мы здесь, значит, Антонио тоже знает. Он уже в пути.

Я отвечаю на звонок. — Мама?

— Ты жива? Слава богу, — говорит она на другом конце провода. — Антонио едет за тобой, Сесилия. Хорошо? Просто оставайся на месте. Он позаботится о том, чтобы с тобой всё было в порядке.

— Мама, люди Сальваторе уже нас нашли. Как это случилось?

— Я не уверена. Но оставайся на месте. Антонио придёт и спасёт тебя.

Я крепче сжимаю телефон. — А как же Тео? С ним всё будет в порядке?

Мама отвечает не сразу. — Не уверена, — наконец говорит она. — Антонио так разозлился, когда узнал, что сделал Тео. Убивать Сальваторе было плохой идеей. Просто возвращайся домой в безопасности, хорошо?

Входная дверь с грохотом распахивается, и я кричу. Тео бросается ко мне, уже направив пистолет на дверь спальни.

И тут входит Антонио, выглядящий совсем не счастливым.

ГЛАВА 17

Сесилия

Антонио один, и это почему-то заставляет меня нервничать ещё сильнее. Я вешаю трубку, хотя мама всё ещё пытается со мной поговорить.

Тео встаёт передо мной. Он опускает пистолет, но не убирает его полностью. Антонио бросает на него взгляд, но никак не комментирует.

— Итак, — говорит он, прислонившись к стене и скрестив руки. — Что вы двое сделали?

— Я не смогла выйти замуж за Сальваторе, — говорю я ему. — Ты же знаешь. Я тебе много раз говорила, а ты не слушал. И вот Тео меня спас. Пожалуйста, не сердись.

— О, я не сержусь, — говорит Антонио.

— Нет?

— Нет. Злость — недостаточно точное слово, чтобы описать мои чувства. Я просто в ярости, — рычит он. — Ты не только ослушалась меня, Сесилия, но и сбежала с Тео после того, как он, блядь, убил Сальваторе. Ты не подумала, что это сделает с нашей семьёй?

— Конечно, я думала о нашей семье, — говорю я, обходя Тео. Он хватает меня за руку, но я стряхиваю ее, глядя Антонио в лицо. — Конечно, думала. Ты говоришь так, будто я поступила эгоистично.

— Это было эгоистично! — кричит Антонио. — Это было так чертовски эгоистично!

— Нет! — я указываю на него. — Ты был эгоистичен, когда заставил меня выйти замуж за человека, за которого я не хотела выходить, чтобы произвести впечатление на своих мужчин. Ты пытался заставить меня выйти замуж ради собственной прихоти. Разве это не эгоистично?

— Потому что я сделал это, чтобы спасти тебя!

Я усмехаюсь. — Как? Как ты меня спас? Ты отлал меня человеку что он меня насиловал! Потому что именно это и случилось бы, если бы Тео не убил Сальваторе. И я знаю, что ты это знаешь, так что не пытайся отрицать, Антонио.

— Я устроил твой брак с Сальваторе, потому что это было выгодно нашей семье. Это повысило моё положение, и я мог быть уверен, что никто больше никогда не причинит вреда ни тебе, ни кому-либо ещё в нашей семье. Особенно после того, что сделал Франко.

Я качаю головой, прежде чем Антонио успел договорить. — Нет. Нет, ты выдал меня замуж за Сальваторе ради собственной выгоды. Если бы ты постарался, то смог бы найти мне кого-то получше и помоложе, кто дал бы тебе власть, которую ты искал, и ты это знаешь. Попробуй отрицать, Антонио, но ты всё равно винишь меня за то, что я не обратилась к тебе, когда ты прятался.

— Я никогда тебя не винил, — прорычал он.

— Нет?

— Нет! — Он замолкает, тяжело дыша. — Нет, я… Ладно. Да, я немного обиделся. Я не хотел, чтобы ты тянулась ко мне, потому что не хотел,