Нечистивый союз - Айви Дэвис

— Конечно, нет. Но нам нужно об этом поговорить, — он поворачивается к Антонио. — Можешь ли ты ещё что-нибудь сделать?

— Ты бы согласился на развод? — спрашивает Антонио.

— Нет, — немедленно отвечает Тео. — Я люблю Сесилию. Мне не стыдно за то, что мы сделали. За то, что сделал я.

— Тебе не жаль, что ты убил Сальваторе?

— Ни капельки, — шипит Тео. — Он хотел изнасиловать твою сестру. Я не мог оставаться в стороне и позволить этому случиться.

— Значит, ты просто решил вместо этого трахнуть мою сестру.

Я задыхаюсь. — Антонио, остановись. Тео любит меня. Я люблю его. Сальваторе был плохим человеком. Мы планировали сбежать до свадьбы. Сальваторе не должен был умереть. Но он перенёс дату свадьбы. У нас не было выбора. Тео пришлось убить его, чтобы спасти меня.

— Как удобно, — парирует он.

— Просто прекрати! — кричу я. — Мы снова ссоримся, как дети. Мы должны это прекратить. Ты не убьёшь Тео. Мы с ним сбежим вместе, и ты нас не остановишь.

— Ты не смеешь мной командовать, Сесилия, — говорит Антонио. — Как я сказал, так и будет. А сейчас мне нужно многое исправить из-за твоей оплошности. А теперь мы возвращаемся в Нью-Йорк. Вы оба. Пошли. — Он поворачивается и направляется к входной двери.

— Мы могли бы сбежать, — говорю я Тео. — Прямо сейчас.

Тео качает головой. Я замечаю мрачную решимость в его глазах, и мне это совсем не нравится. — Хватит бегать, Сесилия. Антонио позаботится о твоей безопасности от людей Сальваторе. А я признаюсь в своих преступлениях.

— Но ты умрешь.

Он прижимает меня к себе. — Если это значит, что я проведу с тобой хотя бы один замечательный день, я готов умереть тысячу раз. И я это сделаю. Если смерть — то, что защитит тебя… я должен это сделать.

— Но если ты умрешь, ничто не помешает Антонио выдать меня замуж за кого-то другого.

— Ты слышала, что он сказал. После этого мало кто из мафии захочет тебя. И это хорошо. Можешь просто жить своей жизнью.

Я хватаю его за руки. — Но я не хочу жить одна. Я хочу, чтобы ты был со мной.

— Давай просто доберемся до Нью-Йорка.

— Пообещай мне, что попытаешься найти выход из этой ситуации.

— Обещаю, — он целует меня в голову и отходит. — Антонио ждёт.

Антонио ведёт нас к своему частному самолёту. На борту только мы трое, не считая пилота и второго пилота.

— Наша семья ждёт тебя, когда мы вернёмся, — говорит мне Антонио. Мы с Тео сидим по одну сторону, а Антонио — напротив. — Они все высказали своё мнение. Большинство мной недовольны, если тебе от этого хоть немного легче. Даже Нина мной недовольна.

Я фыркнула. — Я рад. Наши сёстры всегда знали, как поставить тебя на место. Хорошо, что твоя жена тоже это умеет.

— Одного я не понимаю, — говорит Тео. — Как люди Сальваторе узнали, где нас найти?

— Я отследил твой телефон, — объясняет Антонио, глядя на меня. — Это было легко. Марко ничего мне не сказал, пока я не спросил его об этом, потому что я знал, что это один из его домов. Что касается людей Сальваторе… мне нужно было им что-то сказать. Они не собирались останавливаться. Поэтому я сказал, что ты в Италии, и это всё, что я знал. Я хотел приехать за тобой, прежде чем они попытаются тебя убить.

— Слишком поздно, — говорю я язвительным тоном.

Антонио вздыхает, качая головой. — Да, ну… я правда не хотел, чтобы они пришли за тобой. Клянусь. Но, кажется, некоторые из моих людей пытаются выступить против меня. Есть один человек, который, кажется, хочет занять моё место. Оливер Мартин. Он ненавидел меня с самого начала, с тех пор, как я ударил его по голове своим кулоном. — Его руки сжимают кулон нашего отца. — Полагаю, он сказал людям Сальваторе, где тебя найти.

— Тебе нужно привести своих людей в порядок, — говорю я.

Его глаза сверкают. — Вот что я пытался сделать с твоим браком с Сальваторе. Но ты взял и всё испортил.

— Тебе пришлось пойти и переодеться.

Антонио скрестил руки на груди, откидываясь на спинку сиденья. — Что это значит?

— Ты изменился, став начальником. Не отрицай, — быстро говорю я, когда он открывает рот, чтобы перебить меня. — Мы были лучшими друзьями в детстве. Я переживала за тебя каждый день, пока ты прятался. Ты обещал мне, что никогда не заставишь меня выйти замуж за того, за кого я не хочу. Что изменилось?

На секунду мне кажется, что Антонио не даст мне прямого ответа, но потом он говорит: — Давление. На меня ложится огромное давление, ведь я должен быть таким замечательным лидером. Для нашей семьи. Для мамы. Для тебя, — добавляет он. — Давление просто достаёт меня. Это нелегко.

Я тянусь через стол и хватаю его за руку. — Тогда зачем ты меня отталкиваешь? Почему бы тебе не поговорить со мной об этом? Я могла бы помочь.

— Как? — он звучит сердито, но не убирает руку. — Чем ты можешь помочь?

— Будучи рядом с тобой, как в детстве. Тебе было достаточно, чтобы я просто сидела рядом. Этого было достаточно. Я могла бы сделать это снова. Но ты не пришёл ко мне. Ты решил всё сделать сам.

— У меня есть Нина.

— Конечно, есть. И Нина замечательная. Но она не знала тебя с детства. Она не помогла тебе пережить смерть отца. Она не помогла тебе пережить годы правления Франко. А я помогла. Я могла бы помочь тебе, Антонио. Но вместо этого ты отвернулся от меня. И причинил мне боль. И снова причиняешь мне боль. Если ты убьёшь Тео, я никогда тебя не прощу.

Он колеблется, прежде чем отдернуть руку. — Тогда ты меня не простишь. Но что сделано, то сделано. Мои люди никогда не будут меня уважать, если я оставлю Тео в живых. Это покажет всем, что я мягкотелый.

— Нет, — мой голос хрипит от попыток достучаться до Антонио. — Это покажет всем, что ты сильный, потому что не боишься проявить милосердие.

— Я принял решение, Сесилия. Разберёмся с этим, когда приземлимся.

Я откидываюсь на спинку сиденья. Я пыталась. Я кричала и плакала во весь голос, но Антонио всё равно не слушает. Что заставит его слушать?

Когда спустя несколько часов самолёт наконец приземлился в Нью-Йорке, я не нахожу себе места. Как только я схожу с трапа самолёта, мне хочется бежать. Мне хочется схватить Тео за руку и убраться отсюда, пока Антонио не сделал что-то такое,