После того как мы упали - Мила Любимая

Но важнее всего в этом долбаном мире, что она и не ответила мне «нет».

Глава 29. Деревня дураков

Я тебя еще не разучилась

любить,

А, кажется, еще сильнее

стала.

Порой была готова

простить,

Но гордость, к счастью,

Не потеряла.

Но, может, это

к несчастью.

Ведь тот, кто любит —

Должен уметь прощать.

А я замазала гуашью

Любовь нашу, чтобы

тебя

В упор расстрелять.

В зеркале не мы

Будем отражаться,

А отголоски наши и

тени.

Черные вороны над

Головами кружатся,

Они, как и мы,

Дотла не сгорели.

/Аврора/

Долбаные стрипы!

Хотя каблуки тут явно не при чем.

Все дело в Сотникове!

Неужели так трудно оставить меня в покое, даже если я этого совсем не хочу?

Логика влюбленной женщины бессмертна. Так же как Тони Старк, картошка фри и чизбургеры.

— Сильно ударилась? — с беспокойством спросила Ирэн глядя на то, как я потираю ушибленную ногу.

Навернуться с шеста — это вам не шуточки.

Кто-то может подумать, что я не тростиночка, далеко не Дюймовочка и вообще корова неуклюжая, но нет. Я за всю свою жизнь на танцах ни разу не оступилась. К тому же не обязательно быть худой сукой, чтобы оставаться грациозной и пластичной.

Это всё такие стереотипы…

Проблемы исключительно в наших головах.

Комплексы, неуверенность, стеснение. Я перестала себя считать неполноценной или неправильной только благодаря боди-балету, стрип-пластике и танцам в целом.

А сколько девушек считают себя какими-то не такими? Жирными, если уж говорить начистоту. Как бы я не ненавидела это слово.

Сексуальность, женская харизма — она идет изнутри. А уж точно не зависит от отметки в 49 кг и идеальных пропорций по типу 90-60-90.

Уж поверьте, можно быть аки горная лань и все равно находить в себе изъяны и несовершенства.

Ян захватил все мои мысли.

После его любовного признания и откровений под ночным питерским небом я ни то что спать… я есть спокойно не могла! И это при том, что с моим аппетитом все в полном порядке.

— Ау, Пожарова! Ты в этом мире или как?

— В параллельном, — буркнула я, обуваясь в кеды, а затем привалилась спиной к стене. — Я задумалась и поторопилась. В итоге соскользнула…

— Ну ты даешь, мать! — сочувствующе протянула подруга.

В отличие от меня Авдеева почти полностью переоделась.

Она умудрялась выглядеть роскошно и после трёхчасовой тренировки, в обычных джинсах и нежной розовой худи с надписью «Los Angeles 1898».

Мой же внешний вид оставлял желать лучшего.

Я поднялась со своего места, встав перед огромным, во всю стену, зеркалом.

Подтянула колготки, которые в очередной раз неудобно сползли и надела поверх бесшовного кремового лифчика любимое кашемировое платье. Без каблуков оно смотрелось слишком длинным. Типа монашка стайл. Но и страдать сейчас в ботильонах на шпильках будет выше моих возможностей. По ходу, ногу я все-таки подвернула. Хорошо еще, что не сломала.

Пока кидала вещи в спортивную сумку, Ирэн с каким-то дурацким, пришибленным выражением глядела в пустоту. Клянусь, такими темпами она точно проделает дыру в стене.

— У тебя что-то случилось? — между делом поинтересовалась.

Надеюсь, вся суть проблемы не в Рома-Рома-Романе. А то Ирка крепко сдвинулась на моем преподе и друге отца по совместительству.

— Ты готова? — вопросом на вопрос откликнулась Авдеева, и я утвердительно кивнула. — Тогда пошли. По дороге расскажу.

Молча преодолев расстояние от раздевалки до главного вестибюля академии искусств, я решилась нарушить тишину, воцарившуюся между нами. С каждой секундой это становилось все более неловким.

Отмалчиваться — не про Ирэн. Обычно она болтает без умолку. Не существует темы, на которую ей было бы стыдно или неудобно говорить.

Что-то тут нечисто…

Романовым духом пахнет.

— Ну? — подхватила подругу под локоть. — Выкладывай уже, интриганка.

Ирэн расплылась в своей привычной улыбке.

— Кажется, у меня образовалась небольшая проблема.

— С чем?

— Скорее… с кем.

Т-аа-к!

— Ждешь, пока я сдохну от любопытства?

— Тебе не грозит настолько абсурдная смерть, Пожарова.

— Женщина, я вас не узнаю! — в шутку потрясла Ирэн за руку. — Кто вы такая и куда дели мою Иру?

Авдеева сдержанно рассмеялась, и я окончательно удостоверилась в том, что нам в самом ближайшем времени придется переходить к плану «В».

План «В» — В Питере пить.

Мы вывались на улицу. Дверь за нами громко захлопнулась, на прощанье звякнул колокольчик…

— Ну ни хрена себе! — выдохнула Ирэн, а я проследила за ее взглядом. — Это же «Гусь Обнимусь»!

Нет, это Ян. А в его руках да — гусь… чтоб его, обнимусь.

Какого единорога он тут делает? Откуда узнал, где находится студия?

Сердце от переизбытка эмоций учащенно забилось, выполняя сверхъестественные и сложнейшие пируэты в грудной клетке. Его стук легко можно было принять за топот целого стада мамонтов.

— Ты покраснела, если хочешь знать. — раздался тихий голос Ирэн.

Своими словами она бросила мне спасательный круг. Вот только я его не поймала и потому продолжала тонуть.

— Ты что-то рассказывала.

— Мы будем говорить об этом прямо сейчас?

— Почему нет?

— Потому что Сотников приехал тебя трахнуть.

Мы одновременно прыснули и в голос расхохотались.

Боже, я обожаю эту женщину. Без нее я бы отыграла эту сценку по классике — в образе королевы драмы.

— Пожарова, — позвал меня Ян. — Можно тебя на пару минут?

И почему это звучит не как вопрос, а требование? Ян такой Ян.

— Быстро же он, — ехидно шепнула Ирэн.

— Я умру не от любопытства, а от смеха.

Мы с Ирой неспеша спустились с лестницы. Я, немного прихрамывая, что не укрылось от Сотникова, конечно же.

— Что у тебя с ногой? — с беспокойством спросил он.

Ради всего святого, пусть он выключит режим хорошего парня.

— Подвернула.

— Поговорим?

Опять? Сколько можно?

— Я спешу.

Он протянул мне гуся. Зачем-то схватила его руками и прижала к себе. А когда поняла, что сделала, поворачивать назад было уже поздно.

— А как же цветы? — усмехнулась я.

— Вино в багажнике.

Ирэн присвистнула.

— Мальчик — дарит розы. Мужчина — вино.

— Анфиса-Ира, не оставишь нас наедине? — злобно прищурился Ян.

— Она не оставит.

— Ладно, — Ян обхватил меня за плечи и отодвинул немного в сторону. — У тебя с ним серьёзно?

— Чего?

Кажется, он бредит.

— Ты меня поняла.

— Я сейчас «112» наберу…

— С Кирьяновым, блядь.

Оу…

Какая скорая, тут в психушку сразу надо.

— Одну секунду, — зло прошипела я. — Ты реально подумал, что я сплю с нашим преподом?!

— С кем?! — ударил в спину голос Ирэн.

Здрасте-приехали!

Деревня Дураков, добро пожаловать…

Если кто-то долгие