Освободить 10-го - Хлоя Уолш

Она всхлипнула и взяла меня за руку.

— Ты бы не стал меня менять, даже если бы мог?

— Нет.

— Почему?

— Потому что тогда ты была бы не ты, — объяснил я, вытирая ещё одну слезу. — А мир без Лиззи Янг — это катастрофа.

— Катастрофа, — повторила она задумчиво.

— Слушай, я знаю, ты устала, и если не хочешь — всё нормально, но… хочешь прогуляться со мной?

Она долго смотрела на меня, а потом кивнула.

— Да, Хью. Я хочу.

ДА, ЭЛИЗАБЕТ

Лиззи

17 января 1997 года

Чувствуя себя ошеломлённой и выбитой из колеи, я брела через поля за нашим домом, а Хью шагал рядом. Спотыкаясь о неровности и выбоины, я пыталась прийти в себя, в то время как Хью сохранял терпение всё это время.

Я чувствовала себя так, будто выхожу из спячки. Как медведь, проснувшийся после долгой зимы. Водянистое солнце странно ласкало лицо, но прикосновение его руки к моей казалось таким естественным. Я знала, что Хью может идти гораздо быстрее, и я только замедляла его, но он, казалось, был вполне доволен нашей скоростью, а я чувствовала себя живой — живой как никогда за последние недели. Мы шли часами — через поля и просёлочные дорожки, а Хью рассказывал мне обо всём, что произошло с нашей последней встречи. Я не могла запомнить большую часть из того, что он говорил, но звук его голоса был таким успокаивающим, что я не хотела, чтобы он замолкал. Я могла бы слушать его голос до конца жизни — и мне бы не надоело.

Сложно было объяснить, какое утешение приносило его присутствие.

С ним жить было проще.

Я знала, что это звучит странно, но именно так я себя чувствовала.

Жизнь становилась легче, когда рядом был Хью.

Когда я жила эту жизнь вместе с ним.

К тому времени, как мы вернулись к моему дому — после того, как провели целую вечность, бродя по сельской местности, — на улице уже стемнело. Но мне не было страшно. Не тогда, когда рядом был мой храбрый рыцарь. Я верила, что он сумеет отпугнуть всех монстров. Я доверяла ему — что он никогда не отпустит мою руку.

Несмотря ни на что.

— О, чёрт, — простонал Хью, когда мы обогнули угол моего дома и встретились глазами с его мамой. — Мне конец, Лиз.

Я уже открыла рот, чтобы спросить почему, но его мама опередила меня.

— Хью Эндрю Биггс! — крикнула Шинейд. — Это ты там крадёшься за домом?!

Прячась за стеной, Хью громко застонал:

— Господи, она реально злится.

— Почему? — спросила я, повернувшись к нему.

— Ну, я как бы не сказал ей, что иду к тебе, — объяснил он с виноватым видом. — И как бы не спросил разрешения, чтобы поехать к тебе на велике.

— А-а. — Я рассмеялась впервые за несколько недель. — Тебе реально конец.

— Элизабет Элеонор Янг! — донёсся голос моей матери. — Немедленно верни мальчика его матери!

— Да, Элизабет, — усмехнулся Хью и игриво повёл бровями. — Немеделнно верни меня моей матери.

На этот раз моя улыбка превратилась в настоящую, полную, сияющую улыбку.

ЧАСТЬ 5

Спасительные нити дружбы

РЕМОНТ ВЕЛОСИПЕДОВ И ДРУЖБЫ

Хьюи

17 марта 1997 года

После парада в честь дня Святого Патрика в городе сегодня днём Кэтрин Янг пригласила нас поиграть в Олд-Холл-Хаусе. Погода была слишком хорошей, чтобы сидеть дома, и мы впятером решили построить домик на дереве.

Пока Гибси, Фели и Клэр рылись в конюшнях в поисках материалов, которые могли бы пригодиться, мы с Лиз обшаривали хозблоки на другой стороне участка.

Однако все наши планы построить домик на дереве тут же вылетели в окно, как только мы заметили покрытый паутиной велосипед в самом углу одного из сараев.

— Подержишь?

— Ага.

— Удержишь, Лиз?

— Удержу, Хью.

— Молодец.

Кивнув одобрительно, я смазал цепь у найденной рухляди. Натянул звенья, поправил, чтобы держались, и убедился, что цепь не слетит.

— Кажется, готово.

— И всё так просто? — спросила Лиз с восхищением.

— Ага. — Подняв подножку, я удержал руль, пока она забиралась на сиденье. — Прокатись, проверь, держится ли цепь.

Оттолкнувшись от земли, она полетела вниз по гравийной дорожке, лихо крутя педали.

— Переключи передачу! — крикнул я с весёлым смехом, не сводя глаз с светловолосой девчонки, мчащейся на велосипеде. — Смотри, держится?

— Держится! — откликнулась она, голос был полон восторга. — Ты починил!

Улыбаясь с удовлетворением, я вытер масло с рук тряпкой и наблюдал, как моя лучшая подруга катается.

— Осторожно, Лиз, тормоза там ни к чёрту.

— Да мне всё равно, — закричала она в ответ, смеясь, когда пронеслась мимо. — Я не хочу тормозить, Хью. Я хочу ехать быстрее! — Она счастлива, — услышал я голос и обернулся. У входной двери стояла мама Лиззи. Её улыбка была почти такой же широкой, как у дочери. — Посмотри, как она летит.

— Ага, — хмыкнул я, подходя к ней. — Она у нас сорвиголова. — Ты хороший друг для неё, Хью, — сказала она, переведя взгляд на меня. — Спасибо тебе.

— Она тоже для меня хороший друг, — пожал я плечами, взглянув на хрупкую женщину. — Как вы себя чувствуете, Кэтрин?

— Вот уж милый мальчик, — рассмеялась она, глаза увлажнились. — Намного лучше в последнее время.

Я улыбнулся в ответ с облегчением — мне очень нравилась Кэтрин Янг. Она была действительно хорошей женщиной, и было ужасно, что ей так часто приходилось лежать в больнице. Я понимал, почему — мама объяснила мне её болезнь — и я очень хотел, чтобы она поправилась. Я даже молился за неё перед сном. Каждый вечер.

Никогда не пропускал. На всякий случай.

— Лиз тоже чувствует себя лучше в последнее время, — решил я сказать, зная, что она хочет спросить, но не решается. В её голубых глазах мелькнуло такое облегчение, что я сразу продолжил: — Она снова смеётся, снова шутит, как раньше.

Это было правдой. Лиз с Нового года заметно повеселела. Она попрежнему не говорила прямо о своём диагнозе, но больше и не пряталась от меня.

Доверяя мне, она