Графиня Фортескью - жена фермера - Эва Гринерс

Наконец-то на свежем воздухе! Мы ехали домой на своих лошадях. Ветер приятно трепал волосы, развеивая остатки напряжения. Я чувствовала себя опустошенной, но в то же время невероятно окрыленной.

- Слушай, Себ, - сказала я, - может, заедем к доктору, навестим Грету?

Себастьян покачал головой.

- Нет, Эйлин, не сегодня. Мне этот директор всю душу вымотал.

Его голос был странно глухим, и я почувствовала, что дело вовсе не в директоре Абернати. Мы ехали молча некоторое время, и я украдкой поглядывала на него. Он выглядел задумчивым, его брови были слегка нахмурены.

- Знаешь, - нарушил он тишину, его голос был едва слышен, - кажется, я нравлюсь Грете.

Я слегка повернула голову, чтобы лучше видеть его профиль.

- Правда? Ну, она милая девушка. Очень добрая. И красивая.

Себастьян горько усмехнулся.

- Да. Но я… я не могу ответить ей взаимностью.

Я не знала, что сказать. Мое сердце вдруг начало биться сильнее. В голове пронеслись десятки вопросов, но я не осмеливалась задать ни один из них. Внезапно Себастьян осадил свою лошадь, и она встала прямо на моем пути. Я вынуждена была остановиться. Он посмотрел мне прямо в глаза, и его взгляд был таким пронзительным, что у меня перехватило дыхание.

- Потому что я люблю другую, Эйлин, - сказал он. Его голос дрожал.

Меня как будто оглушило, а в ушах звенело. Его слова эхом отдавались в моей голове, переплетаясь с шумом ветра и тихим лошадиным всхрапыванием. Радость? Бессилие? Я не могла понять, что чувствую. Мое сердце металось между эйфорией и каким-то щемящим страхом. Он любит меня? И что теперь? Что мне с этим делать?

В этот момент единственное, что я могла сделать, это бежать. Бежать от этих чувств, от его взгляда, от этой неопределенности. Я стеганула свою лошадь, и она рванула вперед, как будто сама чувствуя мое отчаяние. Я скакала во всю мочь, оставляя Себастьяна далеко позади, чувствуя, как ветер хлещет по лицу, а слезы смешиваются с дорожной пылью.

Дни после той странной поездки домой пролетели в бешеном темпе. Я старалась не думать о словах Себастьяна, погружаясь с головой в тренировки. Ипподром стал моим вторым домом. Утром и вечером я была там, а Саймон, как верный оруженосец, сопровождал меня. Он был мальчишкой со смышлеными глазами и невероятной жаждой знаний, и я решила научить его всему, что знала сама. На всякий случай. Ведь если я буду участвовать в скачках под видом мужчины, мне нужен будет кто-то, кто сможет мне помочь, прикрыть, если что. Или, не дай Бог, заменить вовсе.

- Смотри, Саймон, - объясняла я ему, наклонившись над головой моей лошади, пока она пощипывала траву, - главное в скачках - это не только скорость лошади, но и твоя голова. Жокей должен быть хитрым, как лис.

Я перечисляла ему все хитрости, которыми пользовались жокеи и профессиональные наездники:

- Во-первых, всегда следи за положением других лошадей. Не дай себя зажать у борта, особенно на повороте. Это худшее, что может случиться. Потеряешь скорость, а вырваться будет очень сложно.

- Во-вторых, научись читать свою лошадь. Если она устала, не гони ее до изнеможения, придержи силы для финишного рывка. Но если она полна энергии, используй это. Чувствуй ее дыхание, ее ритм.

- В-третьих, это позиция. У каждого жокея свой стиль, но есть основы. Легкий наклон вперед, ноги плотно к бокам лошади, чтобы чувствовать каждый ее мускул. Руки должны быть расслаблены, чтобы не мешать ей двигаться, но в то же время держать повод крепко.

- В-четвертых, стартовый рывок. Это критически важно. Нельзя медлить, но и нельзя потратить все силы сразу. Нужно найти золотую середину. Некоторые жокеи специально немного тормозят, чтобы другие лошади их обогнали, а потом, когда те устают, вырываются вперед. Это рискованно, но иногда работает.

- И последнее, но очень важное - это финиш. В последние сто метров отдай все, что у тебя есть. Кричи на лошадь, подбадривай ее, стегай легонько, если нужно. Она чувствует твою энергию. Но помни: никогда не выбивай ее из сил совсем, оставь немного, чтобы она смогла безопасно вернуться.

Саймон слушал меня, широко раскрыв глаза, впитывая каждое слово. Я видела, что он горит желанием узнать все эти секреты. Он был моей тенью, моим помощником, и я чувствовала, что могу на него положиться.

Наконец наступил день скачек. Мое сердце колотилось, как барабан, и по спине бежали мурашки от предвкушения. Я стояла перед зеркалом в маленькой каморке за конюшнями, где мне предстояло перевоплотиться. На столе лежала мужская одежда: брюки, плотная рубашка, жилет, короткий сюртук и жокейская фуражка.

Сначала я тщательно заплела свои длинные волосы в тугую косу, а затем уложила ее так низко на затылке, чтобы она могла полностью скрыться под фуражкой. Это было непросто, и я потратила на это уйму времени. Когда я, наконец, справилась, волосы были настолько плотно прижаты, что голова болела.

Затем настала очередь одежды. Брюки были немного великоваты, но я затянула их ремнем так туго, что чуть не задохнулась. Рубашка сидела вполне сносно, а вот жилет и сюртук… Ох, они были просто огромными! Я выглядела так, будто надела вещи на три размера больше. Я попыталась подтянуть плечи, расправить грудь, чтобы придать себе хоть какую-то мужественность.

- Ну и зрелище! - пробормотала я своему отражению, пытаясь сдержать смех.

Я натянула высокие кожаные сапоги, которые, к счастью, подошли. Последним штрихом была фуражка. Я глубоко натянула ее на лоб, стараясь максимально скрыть черты лица. Мои глаза, кажется, были единственной частью, которая выдавала меня. Они блестели азартом и вызовом.

Я взглянула на себя в зеркало. Молодой человек, немного нескладный, но решительный. Под этой маскировкой я чувствовала себя одновременно смешно и невероятно сильно. Это было странное ощущение - быть собой и кем-то совершенно другим одновременно. Мое сердце стучало в предвкушении. Я готова была выйти на дорожку и показать этим мужчинам, на что способна женщина.

Глава 26