Предатель. Оклеветанная жена. Книга 1 - Алиса Лаврова

Я вижу, как его руки, заведённые за спину, дрожат и как он нервно дёргает головой, словно вспомнив о чём-то.

— Впрочем, вы, Лейла, не увидите солнца никогда. У вас нет никакой надежды, — говоря эти слова, он поворачивается ко мне. — Кроме одной. Если вы поможете мне, я сделаю вашу жизнь куда более сносной, и кто знает, быть может, я смогу вытащить вас отсюда…

47

47

Он быстро подходит к двери, ведущей на лестницу, заглядывает за неё, потом закрывает дверь и проворачивает ключ, а после идёт к шкафу и вынимает оттуда тяжёлую шкатулку. Капитан Брайс внимательно смотрит мне в глаза, а потом ставит её передо мной. — Я хочу кое-что вам показать. Думаю, вам должно быть интересно.

Я зажмуриваюсь, уже догадываясь, что там увижу, но всё ещё не веря, и качаю головой. — Откройте глаза, Лейла, не бойтесь.

Наконец, сделав усилие над собой, я открываю глаза. Целая пригоршня чёрных камней лежит на красном бархате внутри шкатулки. Они точно такие же, как тот, что я видела у Дария. Смотреть на них одновременно страшно и вместе с тем нестерпимо хочется коснуться их, и я поневоле тяну дрожащую руку вперёд. — Осторожнее, — восклицает Брайс, и я, усилием воли, останавливаюсь.

Брайс натягивает на руку перчатку, затем берёт один из камней и вертит его пальцами.

— Как вы думаете, Лейла, откуда они здесь?

— Я не знаю, — растерянно говорю я.

— Мы добываем их здесь. Они попадаются крайне редко, но если удаётся найти один-другой, тот, кто находит камень, умирает. — Спаркс… — шепчу я.

— Вы уже успели познакомиться с несчастным? Да, в последний раз их нашёл этот старик. И как вы думаете, куда потом направляются эти камни? — Уничтожаются… Их должны уничтожать…

Брайс уже откровенно смеётся, но его смех резко обрывается. Он сжимает камень в руке, словно пытаясь тщетно впитать его силу. — Они отправляются напрямую к светлейшему магистру Амонтису.

— Не может быть… Ведь он же член совета… — То, что позволено одним, не позволено другим. Я не осуждаю вас за то, что вы захотели воспользоваться силой чёрных камней. Теперь я начинаю кое-что понимать и, признаюсь, ваше появление здесь открыло мне глаза на многое. Я долго задавался вопросом, почему их не уничтожают, и теперь, кажется, знаю ответ. Мне только непонятно, зачем вы мне лжёте.

— Я сказала правду.

— Вы играете очень убедительно, Лейла, — говорит он. — Я почти верю вам, что вы не замешаны в чёрной магии. Но эта игра вам не на руку, поверьте. Скоро за камнями прибудет представитель Магистра, и тогда у вас не останется шанса помочь мне, а значит, вы станете бесполезны, и ваша участь будет решена.

— Что вы хотите сделать? — по спине пробегают ледяные мурашки, а в душу закрадывается страх. Взгляд Брайса в эту минуту кажется безумным.

— Я хочу, чтобы вы научили меня владеть этой тёмной силой. Я часами смотрю на эти камни и теперь точно знаю, что это единственный выход. Обрести могущество и разбить эти оковы, вырваться отсюда. Встать выше тех, кто считает, что может вершить чужие судьбы. Я знаю, теперь знаю точно, вижу это по вашим глазам, вы хотели того же, но не успели… Теперь же, вместе, мы сможем обвести совет вокруг пальца. Ваша сила и знания, кровь вашего рода и моё упорство, целеустремлённость и выдержка. Теперь я понимаю, почему они запрещают смотреть на них, почему запрещают всем говорить о них и бросают каждого, кто соприкоснётся с этой древней силой, сюда, лишая дара. Теперь мне это ясно. Я был слеп, но теперь прозрел.

Последние слова он говорит так быстро, словно боится, что не успеет всё выговорить. В глубине его серых глаз плескается безумие. Мышцы его лица дёргаются, будто он не управляет ими. Мне становится по-настоящему страшно. Я понимаю, что капитан Брайс безумен.

— Даже если бы я и знала как, — шёпотом говорю я.

— Послушайте. Послушайте же. За десять лет, что я здесь, я по крупицам собрал о них немного информации. Я слышал о том, как сила этих камней в умелых руках способна наделять даром владения стихиями тех, кто не получил такого дара при рождении, или усиливать слабо выраженный дар, как у меня. Я видел, как старатели, коснувшиеся их, перед самой своей смертью обретали дар, который, впрочем, тут же угасал, подавленный этим проклятым местом. Если вы сможете усилить мой дар, я сделаю всё, что в моих силах, чтобы помочь вам со своей стороны. Я знаю, что вы это можете. Я чувствую это.

Испуганная его напором, я встаю с места и стараюсь не смотреть на камни, лежащие в коробке, хотя их зловещая сила словно требует глядеть на них неотрывно. О чём он говорит? Чёрная магия? Он безумен?

— Никто не может наделить даром человека, который его лишён. Дар либо есть, либо его нет… Я не знаю, кто вам сказал, что такое возможно. Дар нельзя усилить никакой магией, я никогда о таком не слышала… Вам не стоит смотреть на эти камни, не стоит их касаться. Они опасны, они убивают, забирают силу, а не дают её, это знает каждый.

Он качает головой, разочарованный моим ответом. Потом кидает камень в коробку и с глухим звуком захлопывает крышку. Его лицо смягчается, и в нём почти не ощущается то безумие, что владело им минуту назад.

— Вам решать.

Я, будто неосознанно, делаю шаг к двери, но Брайс наступает, пока я не упираюсь в неё спиной.

Он нависает надо мной.

— Но я прошу вас, Лейла, подумайте о вашем будущем ребёнке. У вас нет шанса уберечь его. Они заберут ваше дитя, как только оно появится на свет, — мне уже сообщили о том, что скоро за ним прибудут… Подумайте, Лейла, хорошенько подумайте. Стоит ли платить такую цену за сохранение вашей тайны? Вы мне нравитесь, но я ничем не смогу помочь.

При словах о моем нерожденном ребенке я вжимаюсь в дверь, как будто если я сделаю это достаточно сильно, я смогу просочиться насквозь и убежать отсюда. Глупое детское желание. Бежать некуда… Я в ловушке, в западне. Если бы я могла сделать то, что