Смеющаяся Река - Людмила Семенова

хочешь — оставайся и посмотри, — пояснила Сэйд. — А что насчет развлечений… Раньше их было больше, хотя все равно не сравнишь с тем, что до наводнения. У нас ведь немало ребят погибло, многие дети осиротели, и у людей то же самое. Так что пока не до веселья, радуемся и благодарим богов, что сами еще целы.

— Ну а в этом году что стряслось? Будто у вас не праздник, а средневековая свадьба, после которой невесту потащат феодалу на заклание!

— Это праздник для самых смелых, — усмехнулась Сэйд. — К моменту разжигания костра магический туман накроет остров, и все, кто не успеет переплыть реку, заночуют здесь. А ночь предстоит беспокойная…

— Что это за туман? От кого вы прячетесь?

— А Велхо тебе не говорил? — прищурилась Сэйд. — Если так, то и мне нечего языком молоть! Спрашивай сам у него, или у нашего лесного хозяина, а я лисица маленькая, мне еще им служить.

— Да ладно прибедняться, лисица! — улыбнулся Гленн. — Не хочешь — не говори, я люблю тайны и приключения. А остров, отрезанный от внешнего мира, — это вообще находка для колдуна, все равно что для поэта или художника.

— Он будет отрезан лишь до завтрашнего полудня, — пояснила девушка более добродушно. — Большие открытые празднества Велхо пока не разрешает, а в Солнцестояние люди и духи особенно уязвимы. Мало ли какие непрошеные гости могут нагрянуть?

Гленн удовлетворенно кивнул, не собираясь больше терзать Сэйд расспросами. Он понял, что охотников на нечисть здесь уже поджидали, только не могли предусмотреть, что те явятся под личиной друзей и партнеров. Значит, у Патруля все же недостаточно длинные руки, да и уши растут не везде…

— Ну что же, теперь я тем более хочу взглянуть на этот костер, — ответил он. — Ты не согласишься быть моей провожатой, Сэйд? Все-таки я впервые на таком ритуале в чужой стране, и так близко к Среднему миру! После той неудачной вылазки в город я стал понимать, как важна для колдунов ваша поддержка. Ведь если бы не Кайса и Илмар, мы с Лин наверняка бы не выжили!

— Это уж само собой! — заверила Сэйд. — А вот бедная Солли до сих пор хворает, сидит затворницей или прячется где-то в реке невидимой. Ладно, можешь стоять рядом со мной, Тревор… или как тебя?

— Именно так, — кивнул Гленн. — Только твой парень не будет против?

— Нет у меня никакого парня! — отмахнулась Сэйд. — И знаешь, спасибо, что попросил… Не все колдуны ценят эту самую поддержку, как ты сказал, ох не все!

«Ясно, о ком ты говоришь, лисичка» — заключил Гленн. По ее глазам, по испарине, которая выступила на мраморно-белой коже, по флюидам, пронизавшим воздух подобно электрическому току, он понял, что влюбленность Сэйд — дело давнее, проросшее во все ее клетки и ауру, пропитанное страхом и кровью. Похоже, им с Яном когда-то угрожала общая опасность, и именно этой лисице сын колдуна был обязан жизнью. Жизнью, которую она намеревалась сделать яркой, дерзкой, вызывающей, полной риска, страсти и соратничества, как было у его отца. Только Ян ею распорядился совсем по-другому.

— Я буду рад, если мы составим друг другу компанию, — промолвил Гленн и протянул ей руку. — Ты очень красивая, Сэйд, и заслуживаешь того, чтобы тебя ценили, обожали и боялись, — поверь мне!

Последние слова он сказал вкрадчиво и тихо, мысленно переводя их на язык рун, а затем и на кожу Сэйд, по которой осторожно водил пальцем. Гленн видел, как тайные знаки вплетались в ее энергию, набухали под кожей бугорками, которые затем соединялись в сияющие магические рисунки. Девушка смотрела ему прямо в глаза, но видела совсем другого мужчину — голубоглазого, с застенчивой улыбкой, пахнущего парным молоком и конским по́том. Это он касался ее руки, откидывал назад ее спутавшуюся рыжую прядь, подмигивал и манил к себе, как тысячу раз было в снах и грезах.

Не желая обрывать транс, Гленн посидел с ней рядом около получаса. Илья куда-то отошел вместе с четой леших, а любопытства более мелких духов парень не боялся. Аура Солнцестояния надежно маскировала те легкие колебания, что вызывала его магия, зато рассудок Сэйд был перед ними беззащитен. Интересно, как же откликнется ее первобытное женское нутро?

Затем Водяной Змей вернулся и пригласил всех оставшихся гостей к реке. Тех и вправду было немного: другие успели сесть в лодки или пересечь мост до начала обряда. Туман подступал медленно, и их силуэты за полупрозрачной пеленой напоминали горожан, убегающих от нагрянувшего ливня. Только они бежали не от природы, а от неизвестности, которую Гленн сегодня во что бы то ни стало решил разгадать.

Все люди и несколько духов, включая Сэйд, собрались на берегу, около раскидистого дерева с вывернутыми наружу корнями. Рядом с Ильей стоял леший, которого Гленн видел после обрушения в гроте. Он выглядел еще молодым и был несомненно красив, но серая кожа, потрескавшаяся на скулах, подбородке и груди, темные жилки у висков, волосатые уши и выпирающие волчьи клыки делали мужчину похожим на кобольда, не знающего солнца и питающегося мертвечиной.

Он протянул Гленну сухую искривленную ветку, похожую на скорчившуюся мумию человека. Такие же были в руках у других людей, и на каждой мерцали искорки, зажженные дыханием лесных хозяев.

— На этих сучках знак Небесного деда-громовержца: все они от старейшего дерева в лесу, расколотого молнией, — шепотом пояснила Сэйд, стоящая за плечом Гленна. — Люди должны поджечь ими шатер, а оставшийся пепел мы отнесем в капища.

Кельт безмолвно кивнул, затем огляделся вокруг и чуть не вскрикнул — Смеющаяся Река превратилась в огромное море, в котором отражались бесцветные небеса. Исчезла без следа пристань с лодками и катерами, мост, соседние островки и очертания жилых построек на горизонте, остались только одинокие обломки скал. Остров четырех капищ стал одним из таких обломков — местом, где никого не ждали и откуда не возвращались.

— Господи! — невольно вырвалось у Гленна, отчего Илья предупреждающе хлопнул его по плечу, а леший гневно зашипел сквозь зубы.

— Не забывайся, — тихо сказала Сэйд. Затем колдун велел всем проследовать к шатру, мерно покачивающемуся на воде. Люди шли будто вслепую, уставившись не на дорогу, а на огоньки в своих руках, как на единственную точку опоры и источник сил. Гленн не знал, что их одурманило