Разбитая осколками - Айрин Крюкова

Я чувствовала его дыхание у своего уха, и уже не понимала, где нахожусь. Всё слилось в одно. Его запах, жар его тела, биение крови в висках.

И вдруг крик.

Тея.

Резкий, отчаянный, родной.

Мэддокс замер. Его тело всё ещё было прижато ко мне, дыхание сбивалось о мою кожу, но в его взгляде мелькнуло осознание.

Меня будто облили холодной водой. Я вырвалась, судорожно натянула кофту, пуговицы дрожали в пальцах. Сердце колотилось где-то в горле.

— Всё… уходи, — выдавила я, даже не глядя на него.

— Ария…

— Уходи, — перебила я, голос дрогнул, но я заставила себя смотреть ему прямо в глаза.

Он стоял секунду с сжатыми кулаками, с тяжёлым дыханием, с этим диким, потухшим взглядом. Потом кивнул и шагнул к двери. Я услышала, как она закрылась, и только тогда позволила себе выдохнуть.

Я тут же бросилась к дочери.

Она плакала, а я будто тоже. Только внутри.

Что это было? Как я могла позволить этому случиться снова?

Я села рядом с кроватью, провела рукой по мягким волосам Теи и прижала её к себе.

Мне хотелось кричать. Или смеяться. Или просто исчезнуть.

Глава 27. Опять он

АРИЯ

— Ари, ты меня слышишь? — вырвала из мыслей Джак.

— А, да, прости, — неловко улыбнулась я, выныривая из своих кошмарных раздумий.

Со вчерашнего дня я будто хожу в тумане. Всё вокруг лица, голоса, лекции проходит мимо, а внутри глухо гудит одно и то же: как я могла?

Как я вообще могла позволить ему… такое?

Стоит только вспомнить его руки, его дыхание у шеи, и меня будто током бьёт. Боль, стыд и ярость вспыхивают одновременно.

Я же обещала себе, что никогда больше не позволю ему приблизиться. Никогда.

А потом в один миг, одно прикосновение и я забыла обо всём. Будто внутри меня снова включили ту самую, глупую, влюблённую девчонку, которая всегда сдаётся, когда дело касается Мэддокса.

Нет, к чёрту. Это не из-за него. Просто… я слишком давно не чувствовала ничего подобного. Отсутствие секса, постоянное напряжение, одиночество — вот и всё объяснение. Он здесь вообще ни при чём. Он просто был рядом в тот момент, когда моё тело, а не разум, взяло верх.

Я не рассказала Джаконде. Не смогла. Если бы открыла рот не хватило бы сил выговорить всё это. Да и что я скажу? Что позволила ему коснуться меня, после всего, что он сделал? Нет. Пусть это останется внутри.

Мы с Джак шли по коридору университета, когда из-за угла появился Тайлер. Он, как всегда, уверенный, в спокойной рубашке с закатанными рукавами, с тем самым мягким взглядом, который он оставляет только для Джаконды. Он подошёл, обнял её, поцеловал в губы. Коротко, но нежно.

А потом повернулся ко мне, и с привычной теплотой приобнял за плечи.

— Как ты? — спросил он, и я услышала в его голосе искреннюю заботу.

— Отлично, — ответила я, стараясь звучать естественно. — А ты?

— То же самое, — улыбнулся он, а потом добавил: — Как дочка?

При упоминании Теи внутри что-то смягчилось.

— Всё хорошо, — ответила я. — Скоро ей уже три месяца.

Он улыбнулся шире, глаза потеплели.

— Ты уже рассказала ей? — спросил он, глядя на Джак.

— Ещё нет, — ответила она, хитро улыбаясь.

Я вопросительно приподняла брови.

— Что рассказала?

— Мы собираемся в Финляндию, смотреть северное сияние, — выпалила Джак, едва сдерживая восторг.

— Круто, — искренне сказала я. — Хорошей вам поездки.

— Что? Ты тоже поедешь с нами! — тут же всплеснула руками Джак, будто заранее знала мой ответ.

— Что? — удивилась я. — Как я оставлю Тею? Давайте без меня.

— Ну Арии! — надула губы Джак, схватила меня за руки. — Ты всегда отказываешься. Ну пожалуйста! Всего на день. Мы переночуем одну ночь и сразу обратно.

Я задумалась. Один день. Всего один. Тея ведь будет с миссис Моникой, она надёжная. И… почему бы и нет?

— Ну, раз только на один день… — протянула я неуверенно.

— Ураааа! — радостно подпрыгнула Джак, будто ребёнок. — Я знала, что ты согласишься!

Я не удержалась и улыбнулась в ответ.

— И, кстати, с нами поедет Дэймон.

— Чудесно.

* * *

На следующий день мы с Джакондой поехали за покупками. Как ни крути, Финляндия не Лондон. Там холод пробирает до костей, и я, как всегда, оказалась не готова к этому.

Здесь, в промозглом, но мягком лондонском климате, я могла позволить себе ходить без шапки, с расстёгнутым пальто, с чашкой кофе вместо перчаток. Но там, на Севере, всё иначе. Мороз сжимает кожу, дыхание превращается в пар, и даже мысли становятся хрупкими, словно хрусталь.

Мы целый день бродили по торговому центру. Джаконда, как всегда, сияла. Ей хватало пары часов, чтобы растормошить любого, даже самую мрачную душу. Она примеряла яркие пуховики, смеялась, крутилась перед зеркалом, а я только закатывала глаза и улыбалась. Её энергия была заразительной.

— Ари, возьми хоть что-то не чёрное, — сказала она, подавая мне белоснежную шапку с помпоном. — Ты выглядишь так, будто в траур по всему миру.

— Я просто не люблю яркое, — ответила я, бережно поправляя пакеты в руках.

— Не любишь или боишься выделяться? — приподняла она бровь.

Я ничего не ответила. Просто пожала плечами.

Она снова рассмеялась и обняла меня за плечи.

— Ладно, ладно. Будешь самой стильной тенью на фоне северного сияния.

Мы всё купили. Тёплые костюмы, термобельё, шапки, перчатки. Когда вышли из последнего магазина, сумерки уже окутывали улицы, и город зажигал огни.

— Я умираю с голоду, — сказала Джак. — Пошли перекусим.

Мы нашли уютную кафешку у торгового центра. Небольшую, с деревянными столиками и мягким жёлтым светом. Внутри пахло корицей, кофе и чем-то ванильным, домашним. Мы уселись у окна, поставили пакеты на пол.

— Послезавтра, Ари! — радостно сказала Джаконда, хлопая ладонями по столу. — Послезавтра мы будем под северным сиянием! Это же настоящее чудо!

— Надеюсь, оно не подведёт, — улыбнулась я, разглядывая снежинки на стекле.

Она болтала без умолку о том, как они с Тайлером выбрали маршрут, о фотографиях, которые обязательно нужно сделать, о