Ненавистники любви - Кэтрин Сентер

— Так вот она какая? — А потом: — Вы такие милые вместе!

Я отступила от Коула и обернулась… Это была Салливан.

Наша начальница. Та самая волчица.

Не в офисе в Техасе, не в деловом костюме. А здесь, в Ки-Уэсте, в саронге, таком ярком и цветастом, что его будто вытащили прямиком из Vitamin Sea.

Я только и могла, что смотреть то на Коула, то на… Салливан.

Салливан, которая хотела меня уволить.

Салливан, стоящая здесь, в Starlite.

Коул воспользовался моей заминкой, чтобы вернуть себе инициативу. Он схватил чей-то бокал с сангрией и поднял его.

— Как же здорово быть снова здесь! — провозгласил он чересчур громким голосом, словно был на сцене.

Гости стихли и обратили на него внимание.

— Я так рад, — продолжил он, — видеть мою прекрасную тётушку Рю и моего героического старшего брата Хатча.

(Это «героического» прозвучало саркастично, но люди всё равно подняли бокалы.)

И да, он угнал день рождения Джинджер!

Совсем не круто.

Но Джинджер не возражала. Она хлопала и радовалась вместе со всеми.

Коул продолжил:

— И с днём рождения, Джинджер и всех, у кого был день рождения в последнее время!

Все продолжали хлопать, будто не заметили, как мир только что встал с ног на голову.

Я воспользовалась моментом, чтобы отойти подальше от Коула и влиться обратно в толпу.

Безопаснее среди людей, верно?

Я взглянула на Хатча — единственного, кто смотрел на Коула так же, как и я.

Затем Коул обернулся к Салливан и поднял бокал.

— Все, наверное, знают, что компания, в которой я работаю, снимает промо-видео для Береговой охраны США с участием самого Хатча Хатчесона, и я рад представить вам женщину, благодаря которой всё это стало возможным — нашего босса, Карен Салливан.

Салливан встала рядом с ним, и толпа снова зааплодировала.

Я огляделась. Что вообще происходит?

— И прежде чем мы продолжим наш вечер, — сказал Коул, обернувшись к тому месту, где я только что стояла… и заметив, что меня там нет. Он оглядел лица, пока не нашёл меня. — Кэти, подойди, пожалуйста.

Чёрт. Что бы это ни было — это плохо.

Я покачала головой и сделала шаг назад.

— Ну же, — сказал Коул, жестом подзывая меня.

Я снова покачала головой.

— Мне и здесь хорошо.

Коул перешёл в дурашливый тон, явно пытаясь замаскировать командный подтекст.

— Кэти, — сказал он сюсюкающе, — ну иди сюда.

Я не знала, что он задумал. Но знала, что не хочу это узнавать.

Я больше не собиралась ему подыгрывать.

Что бы это ни было за игра — я выхожу.

Толпа ожидала, что я с милой улыбкой подойду и присоединюсь. Но я снова покачала головой. А потом развернулась и пошла к своему коттеджу.

Позади послышался голос Коула.

— Кэти? Кэти! — Толпа зашепталась в замешательстве. — Не злись, милая! — подбросил он, будто мы поссорились по-влюблённому.

Следом послышались торопливые шаги — очевидно, Коула. Он догнал меня и попытался приобнять за плечи.

— Убери руки, — сказала я, отстраняясь.

Мы уже отошли достаточно далеко, чтобы нас не слышали сквозь музыку, но Коул всё равно понизил голос.

— Что ты делаешь? Я же сказал — доверься мне!

— Да, ну нет, — отрезала я, продолжая идти.

Коул потянул меня за край рубашки.

— Просто поговори со мной. Дай мне объяснить.

Я остановилась и обернулась.

— Ладно, — сказала я. — Объясняй.

Но вместо объяснений Коул бросил взгляд через плечо в сторону вечеринки.

— Думаешь, он умеет читать по губам?

Я повернулась.

Он смотрел прямо на Хатча.

И Хатч смотрел прямо на него в ответ.

Рядом с Хатчем, кстати, стояла Салливан. Болтала с ним так, будто поддразнивала часового у ворот дворца.

— Коул! — сказала я. — Сосредоточься! Что происходит?

— Ладно, — сказал он, поворачиваясь ко мне. — На днях по телефону я сказал Хатчу, что мы с тобой встречаемся.

— Что?!

— Мне пришлось.

— Ты сказал ему, что мы... Почему?!

— Сработало же, не так ли?

Я была совершенно сбита с толку.

— Что сработало? — спросила я.

— Он согласился на «Один день из жизни» с тобой.

— Но я же тебе писала, что этого не будет! Я тебе текстом отправила!

— Он отказал тебе, — ответил Коул. — Но я знал, что мне он не сможет отказать.

— Но это уже было решено!

— Он мне должен, — сказал Коул. — И он это знает.

— Он знает, что ты так считаешь, — поправила я.

Коул пожал плечами.

— У меня был ядерный вариант, и я его использовал. Вообще-то, ты должна меня поблагодарить.

— Ты имеешь в виду — из-за того, что случилось на твоей свадьбе?

— Он тебе об этом рассказал?

— Значит, ты решил, что если скажешь Хатчу, будто я тебе дорога, он сделает для меня всё, потому что готов сделать всё для тебя?

Коул пожал плечами.

— Примерно так. И я оказался прав.

Но… Теперь всё начало складываться в единую картину. Резкая перемена Хатча — сначала он целовал меня, как сумасшедший, а на следующий день едва терпел. Отстранённость. То, как он выгнал меня из постели.

— Но… ты же соврал ему. Это ведь огромная ложь, Коул!

— Послушай, ты рассказала ему про Салливан, и он всё равно сказал «нет». Нам нужна была серьёзная ложь.

— Я не рассказывала ему про Салливан.

— Ты не рассказала?

Я покачала головой.

— Почему нет?

— Потому что он сам сказал мне, почему не хочет становиться знаменитым.

Коул не ожидал такого ответа.

— Правда? Он рассказал?

— Да. И я уважала его решение.

— Почему он не хочет славы?

— Ты не знаешь?

Он явно не знал.

— Я просто хотел проверить, совпадёт ли твой ответ с моим.

Я вздохнула. Сколько я готова ему рассказать?

— Ну… — наконец сказала я, — у него есть причины.

— Ты не собираешься мне их называть?

— Спроси у него сам.

— Я у этого парня вообще ничего спрашивать не буду.

— Послушай, — сказала я. — Хатч… Он…

— Что? — потребовал Коул.

— Он не тот человек, которому можно вот так вот врать без причины.

— У меня была причина.

— Какая — месть?

— Почему бы и нет?

— Он — человек, Коул. Он твой брат. И он тебя любит.

— Ты тут всего три недели. Не делай вид, будто всё про всех знаешь.

Но я покачала головой.

— Я в это не играю. Ты должен сказать ему правду.

— О чём ты вообще говоришь? Ты его едва знаешь!

Но вдруг лицо Коула изменилось.

— Подожди… У тебя что, что-то к моему брату? Ты приехала сюда и влюбилась в него?

Ну… Да. Влюбилась.

Но я не собиралась говорить это Коулу.

Я прикрылась.

— Что за глупости?