Янтарный господин - Елена Ахметова

А самым неожиданным даром стала огромная волчья шуба.

Увидев в дверях дома ворох серых шкур, я невольно подскочила и выронила веретено, с головой захлестнутая надеждой — что это он, Тоддрик, мой Тоддрик как-то прознал, договорился, добрался...

Но обычный человек, конечно, не смог бы пройти по холодной соленой топи, не зная троп. Через порог переступил огромный матерый волк — будто в насмешку накинувший поверх своей шкуры еще и шубу.

На веранде было слишком мало места, чтобы Лагот Фрейский мог свободно перекувырнуться через себя и обернуться человеком. Он и в самом доме-то едва не треснулся об стену и пересчитал все лавки — и тут же блаженно стек на ближайшую к печи, нисколько не стесняясь своей наготы: шуба осталась лежать у входа.

— Не мог устоять, когда услышал, что всех Серых зовут помочь беглой ведьме в положении, — не дожидаясь расспросов, сообщил виконт и протянул руки к теплу. — Так и думал, что это ты.

Я развела руками. Положение пока выдавало себя разве что щиплющей болью в подмышке да бесконечной сонливостью, но Лагот, должно быть, чуял все не хуже Старой Морри — и наверняка догадался обо всем ещё в замке.

— Это тебе, — провозгласил Лагот и небрежно махнул рукой в сторону шубы. — Трофей с совместной охоты.

Я подобрала щедрый дар и не без труда повесила на гвоздь при входе — прямо поверх шерстяного плаща. От шубы пахло какими-то травами и совсем немного — зверем.

— Вы снова выезжали на совместную охоту с Тоддриком? — спросила я и достала из корзинки заранее заготовленный оберег: плетеный браслет, черный как ночь, с тонкой серебряной вязью из звездного света и лунных дорожек на воде. Я делала его для ведьмаков со способностью к обороту, но и волколаку он пригодится — поможет контролировать ипостаси.

— Конечно нет, — Лагот с готовностью протянул мне руку, и я обернула браслет вокруг его запястья. — Мне вроде как положено быть страшно оскорбленным поведением его сестры, а ему — всячески задабривать меня дарами и льстивыми речами... на дары он и правда не скупится, а вот с речами у него в последнее время как-то не очень.

— «Вроде как положено»? — заинтригованно переспросила я и тут же сообразила и сама: уж волколак-то прекрасно чуял, что невеста не хранит ему верность, — просто не придавал этому значения, пока лорд Беренгарий с его изобличениями не вынудил! — То есть вы все еще гостите у Беренгария, милорд?

Виконт лениво смерил меня взглядом и, видимо, решил, что требовать уважения имеет смысл разве что в том случае, если чуточку реже мелькаешь перед подданными то голышом, то на четырех лапах, потому что напоминать мне, где мое место, не стал.

— Лорд любезен, в отличие от янтарного чистоплюя, и у него гжвижжв есть дочь на выданье, которая тоже даст кое-какую связь с этими берегами, — заметил волколак и тут же устало закатил глаза: — Да не собираюсь я обрюхатить девчонку! Не делай такое лицо, будет мне еще каждая мышь на совесть давить, будто Эммы не хватило... но если не наложить лапу на дочь Беренгария сейчас, то после меня он может предложить ее кому-нибудь менее переборчивому. Девчонку с таким папашей в любом случае не ждет ничего хорошего, и лучшее, что я могу для нее сделать, — это забрать ее сейчас.

— Справедливо, — признала я и опустила глаза, заканчивая завязывать браслет.

Эти новости и шуба едва ли были истинной целью визита, а от идеи взять меня под свое покровительство Лагот отказался еще в тот день, когда я принесла ему мазь от оборота. «Ты вся пропахла этим чистоплюем», ха, ещё бы!..

Виконт проследил за тем, как я заканчиваю выплетать браслет прямо вокруг его запястья, небрежно покрутил рукой и по-хозяйски похлопал по лавке, приглашая сесть рядом. Я старательно подавила усмешку и подчинилась.

— С женитьбой на дочери Беренгария есть одно «но», — неохотно изрек Лагот и поморщился. — Нидер.

— Ваш семейный консистор? — я с любопытством вскинула брови.

— Да, поначалу это казалось мне весьма остроумным решением, — кисло подтвердил виконт. — Кто же станет подозревать в колдовстве дворянина, который всюду таскает за собой священнослужителя и шагу ступить не может без духовного совета? Проблема в том, что Нидер куда наблюдательнее, чем нужно для его собственного блага, и тоже умеет просчитывать собственную выгоду. Тебя он упустил — Орден будет недоволен и им, и Тоддриком. Причем янтарного господина сменили совсем недавно, и назначение нового ответственного надзирателя вызовет никому не нужный шум вокруг должности: что ж это за члены Ордена, что ни один не может удержать хозяйство в штанах? Только и успевай назначать новых!.. Сейчас Ордену проще назначить покаяние для Тоддрика, чем отыскать нового янтарного господина, так что он-то легко отделался. А вот Нидеру срочно нужно выслужиться. Хоть как-то.

— Он начал копать под вас, милорд? — догадалась я.

Лагот досадливо поморщился.

— Пока он не понимает, под кого именно копает. Но твоя просьба созвать волков, чтобы отвлечь служителей Ордена и поместных господ от охоты на ведьм, в конечном счете и навела консистора на мысль, что волки никогда не приходят в людские поселения просто так. В этом году не было ни морозов, ни голода, и даже оленей в лесах никто не убивал просто так — тогда почему весь берег кишит серой смертью?..

Бикон тяжело вздохнул и погладил кончиками пальцев новый браслет на запястье.

— Все было бы гораздо проще, если бы Нидер начал копать тихо, — заметил он. — Даже если бы он дошел до меня, то предпочел бы замолчать, потому что ему же было бы хуже — столько лет под покровительством волколака, а заподозрил светлый консистор что-то только сейчас?.. Да у Ордена к нему самому будет больше вопросов, чем ко мне! Но из-за шумихи вокруг твоего ареста и еще большей — после твоего побега Нидер заговорил открыто. И что на Горьком Берегу явно творятся какие-то чары, и что Янтарный орден обязан вмешаться, потому что даже до господ добрались ведьмы... — виконт раздраженно махнул рукой и повернулся ко мне.

— В твоих же интересах, чтобы он замолчал.

— В моих? — не сдержавшись, насмешливо переспросила я. — Про меня он уже сказал все, что мог!

— В твоих, — невозмутимо подтвердил Лагот. — Выставь его на посмешище. Докажи, что он не прав. Лиши его сана. Сделай так, чтобы ни