Тотем - Шерил Винд

Кайра находила спасение. Она не хотела, чтобы Нисен знал правду. Не хотела, чтобы его детское сердце омывалось кровью и сжималось от боли так же сильно, как её собственное. Не хотела, чтобы он видел кошмары и боялся засыпать в окружении росомах.

Пройдя дальше по двору, она остановилась, заметив брата, вооружённого деревянным мечом. Забавляясь, он больше походил на подрастающего воина, но его движения и выпады уже не были такими детскими и наивными, как у простого мальчишки, который всего лишь играется со взрослыми, воображая себя героем. Его обучали, и он вбирал чужой опыт.

– Будь у меня две руки, я бы вас победил.

– Будь у тебя их две, ничего бы не изменилось! – весело парировал Нисен, смеясь.

Кайре показалось, что она ослышалась, но, присмотревшись, узнала в учителе медвежьего княжича. Визэр держал такой же деревянный меч. Вторая рука княжича была надёжно спрятана в лубок. Княжна не ожидала увидеть его здесь. Не рядом с Нисеном – точно.

Оглянувшись, Кайра заметила стражника, приставленного к брату, и по его хмурому виду поняла, что ему такая затея не нравится, но отказать в прихоти лисьему князю он не мог, пока сам Сэт не запретит.

Кайра наблюдала за ними, оставаясь в стороне, и неосознанно проводила параллель между Визэром и Сэтом. Между тем, как они оба вели дела и как общались с Нисеном. В то время как князь росомах делал из мальчика воина, оттачивая его навыки и передавая свой опыт, Визэр оставлял ему детство, весело забавлялся с ним, лишь иногда поправляя и направляя, уча доверять интуиции. Оба – и Сэт и Визэр – были славными воинами, и сражение в Ракашаасе, против князя Полоза, это доказало. Кайра сама видела, как они оба сражаются, и не могла бы сказать, кто из них лучший воин, но…

Визэр смотрелся старшим братом, заботливым и энергичным. Кайра невольно им залюбовалась, и от этой картины становилось по-особенному тепло на душе.

Если бы можно было сбежать втроём…

Визэр первым заметил её, подняв взгляд. Сначала на его лице отразилось удивление, а после – появилась улыбка. Заметив его взгляд, Нисен закрутил головой, пытаясь понять, что такого увидел новый наставник.

– Сестра! – радостно закричал мальчик и кинулся к ней, позабыв про игры.

Перехватив корзинку одной рукой, Кайра поймала брата в объятия, ласково погладила его по волосам, улыбаясь.

– Ты видела? – Нисен поднял на неё горящий взгляд. – Видела, как я сражался с медведем? Я стану воином! Самым лучшим воином-лисом!

– Станешь. Обязательно станешь. – И Кайра в этом нисколько не сомневалась. Как не сомневалась и в том, что, узнав правду о семье, Нисен обернёт это умение против Сэта.

Нисен отстранился и с игривым боевым кличем побежал к стражнику с мечом наперевес. Пока росомаха был занят, сражаясь с мальчиком, Кайра наблюдала за ними и не заметила, как Визэр подошёл ближе.

– Чувствую себя разбойником, – шепнул Визэр на ухо Кайре, весело усмехнувшись. Он не отводил взгляда от воина, но не из-за ощущения угрозы, а потому что происходящее казалось ему забавным и немного нелепым.

– А ты и есть разбойник, – невозмутимо ответила лиса. – Ты украл жену князя.

– И никто не учитывает того, что я тебя спас, – вздохнул княжич, притворно огорчившись.

Кайра не сдержала улыбки, но старалась не бросать взгляды на медведя, помня, что они здесь не одни.

– Вижу, что ты идёшь на поправку, – голос Сэта прозвучал как гром среди ясного неба.

Кайра и Визэр отвлеклись, перевели взгляд на князя росомах. Он встал рядом с Нисеном, опустив руку ему на плечо. Стражник, склонив голову, стоял рядом, не говоря ни слова. Детский смех и забавы прервались, словно с появлением отца. По непроницаемому лицу Сэта едва ли что-то читалось, но росомаха был сдержанным в словах и жестах.

Визэр не растерялся и не испугался незримой угрозы. Положив на грудь руку, он поклонился и сказал:

– Благодарю за беспокойство росомашьего князя и за лекарей, что помогли мне встать на ноги.

Визэр выпрямился и ровно посмотрел на Сэта. Он чувствовал страх и напряжение Кайры, но всё, что мог, это оставаться спокойным и таким же светлым, как раньше. Сейчас из него непутёвый защитник, но она должна знать, что ради неё он готов сражаться до конца.

Сэт неожиданно кивнул, отдавая приказ служке. Мальчишка подошёл ближе и протянул Визэру его меч.

– Ты можешь забрать своё оружие, – пояснил Сэт. – Я не буду сражаться с тем, кто не может держать в руке собственный меч.

Визэра удивило, что князь возвращает ему клинок. Стражник с недоверием и предупреждением во взгляде посмотрел на медведя, обещая тому смерть, если он выкинет какую-то глупость. Княжич усмехнулся, взвесив меч в руке.

– Я предпочёл бы секиру, – улыбнулся он. Стражник на его словах прыснул, но подобрался под взглядом Сэта. – Благодарю князя за оказанное доверие.

Визэр поклонился, улыбаясь. Он знал, что это значит. Через несколько недель, которые ему дали, чтобы восстановиться и вспомнить, как держать меч в руках, их ждёт поединок.

Сэт повернулся к Нисену. Положив руку на плечо мальчика, он вместе с ним пошёл к ристалищу.

Медведь заметил, как побледнела Кайра. Он едва коснулся её пальцев, желая немного успокоить, и улыбнулся ей приободряюще и тепло, когда она подняла на него испуганный взгляд.

«Всё хорошо, лисонька, я выживу», – говорил он взглядом и хотел бы тронуть губами её пальцы, обласкать и согреть в объятиях, но где там, когда хмурый стражник остался рядом с ними, следить, чтобы медведь не учинил разгром.

* * *

Молва о тягости лисицы разошлась быстро, но никто, за исключением старой няньки да княжича-медведя, не встречал Кайру с радостными поздравлениями и пожеланиями родить князю крепкого наследника-сына. На неё смотрели искоса, подозревая в связи с Визэром. Распущенный слушок говорил, что лиса тайно встречалась с медведем ещё до похищения, и не иначе как он – отец её дитя. Лучше бы князю отпустить пару на все четыре стороны, чтоб не позорили росомаший род, но рыжая дурёха больно полюбилась князю. При нём не разрешалось и слова дурного сказать о девушке. Слаб он стал. И мягкотел.

Визэра ползущие слухи злили. Он хотел укутать лисицу в объятия и увезти её из Стронгхолда, оставив и владения росомах, и собственное племя. От решительного поступка останавливала Кайра и её привязанность к брату.

Сэт злил медведя своим бездействием, молчанием поощряя гнусные слухи.

Визэр видел грусть в глазах девушки и старался изо всех сил вызвать у неё улыбку, чтобы Кайра хотя бы на