Последняя из древнего рода - Ирина Властная

мы лохматых малышей обнаружили, чуть в стороне от них светловолосый мужчина лежал, а в паре шагов от него ещё один, с красными, как закат, волосами… и все они не подавали признаков жизни.

— Брай! Что у вас здесь творится? — севшим голосом у старосты поинтересовалась и первой к светловолосому мужчине бросилась.

Мне только неопознанных трупов в своих владениях не хватало! Словно и так проблем было мало!

Глава 25

— Они из наших? Из Лесной? — потребовала я ответа у господина Брая, одновременно стараясь нащупать пульс на мужском запястье… в отличие от крепкой руки, которую я щупала, пульс был слабым и едва угадывался, но он был! Зачем-то прижалась к широкой груди незнакомца ухом, старательно вслушиваясь в биение чужого сердца, потом по непонятным даже для себя причинам ощупала мужское лицо, подмечая каждую чёрточку и каждую морщинку, задержалась взглядом на мужских губах, раздумывая, насколько будет уместно сделать искусственное дыхание…

— Это не наши! — однозначно ответил Брай, вспугивая своим голосом настолько же приятные, насколько и несвоевременные мысли. — Эти двое, вообще, из благородных! — и сказал это уважаемый староста так, словно это огромный недостаток был. — Одежда хорошая, дорогая, особенно у того, краснопёрого, да и украшения не простые…

— Господин Брай совершенно прав, — поддакнул Оларт, проверяя признаки жизни у мужчины с красными волосами, которого Сорк «краснопёрым» обозвал, — я могу ошибаться, но этот мужчина, скорее всего, представитель Поднебесной, дракон, то есть.

— Дракон? — бросила я заинтересованный взгляд в сторону обсуждаемой личности. Красивый дракон, ничего не скажешь: правильные черты лица, породистый нос, густые темные брови, упрямый подбородок… наверное, женщины по нему с ума сходят. — Что дракон забыл на наших землях? Это, вообще, нормально, что у нас не баронство, а какой-то проходной двор! Да ещё у каждого меч! И куча ножей! — это я путём непосредственного контакта с бесчувственным телом светловолосого мужчины обнаружила… мне же надо было проверить его на наличие ран! Вот и проверила. Стоит отметить, что то, что чувствовалась под руками, было крайне привлекательно. — Что с ними случилось? Нет ни следов борьбы, ни крови… почему они едва дышат? А если они на наших землях так и останутся? Только этого нам не хватало! Их же искать будут! Попробуй потом докажи, что мы ни при чём, и уже нашли их на последнем издыхании! Нам только подтверждённой славы отравителей и убийц не хватало!

По мере того как я говорила, страх холодными щупальцами по позвоночнику начал ползти… потому что мои слова пророческими могли оказаться и такое развитие событий было бы самым нежелательным и проблематичным из всех возможных.

— Чего шумите? Вас за несколько вёрст слышно, всё зверьё распугали! — с противоположной стороны поляны показался Дарт, ведя под уздцы лошадь. — О, сами всех уложили или помог кто? — окинул он беглым взглядом живописную картину.

— Дедушка Дарт, поторопитесь! — взмолилась я к старику, который неспешно лошадь к дереву привязывал. Где только взял? — Они все едва дышат, но никаких ран на их телах нет…

— Поди не убегут уже никуда, — авторитетно Дарт заявил и около красноволосого мужчины кряхтя на колени опустился, приступая к осмотру.

На поляну тишина опустилась, даже от штыреня ни звука не доносилось, все замерли в ожидании вердикта мудрого Дарта. Он, недовольно сопя, обнюхал лицо предположительно дракона, заглянул тому в уши, влепил пару звонких пощёчин, когда те не принесли никакого результата, обследовал ухоженные руки, задрал манжеты…

— Элька, а глянь-ка у своего, на запястье или шее, две небольшие красные точки есть? Воспалённые такие? — что-то углядел Дарт на руке бесчувственного незнакомца.

К совету Дарта прислушалась моментально и провела более тщательный осмотр «своего» пациента.

— Да ты чего его наглаживаешь? Ищи давай! — прикрикнул Дарт, понаблюдав пару мгновений за моим бережным осмотром.

Ну что за люди? Командуют мною, все кому не лень!

— Есть! На внешней стороне ладони следы от укуса, припухшие и красный! — обрадованно вскрикнула. Если Дарт знал, что искать надо, значит, и знает, что это за напасть такая. — Они выживут?

— Куда же они денутся. Выживут, конечно. Паук их укусил, древесник каменный, он обычно безобидный, никого не трогает, живёт себе под корнями, в трухе да прелых листьях, — Дарт на ноги поднялся и к дереву подошёл, около которого так и лежали двое связанных мужчин, потом посохом своим в корнях ворошить принялся.

Дэйм с господином Олартом, не сговариваясь, подальше от дерева мужчин оттащили. Господин Брай, предусмотрительно тоже пару шагов назад сделал, всё так же мелких лохматышей в руках удерживая, даже штырень оскалилась, тихо зарычала и попятилась.

— Укус этого древесника только парализует? У него никаких дополнительных малоприятных эффектов нет? — с трудом отцепилась я от руки светловолосого мужчины, которую до сих пор неосознанно сжимала, и к Дарту подошла, остановились за ним и осторожно ему через плечо заглянула… интересно же.

— Если через двое суток в себя не придут, то уже никогда не очнутся. О, гляди! Кто-то из них убежище паучье потревожил, вот те и отомстили, как умеют…

Какой, однако, опасный лес здесь. Как только жители деревень до такого почтенного возраста, как Дарт и Ревяк, доживают?

— Уважаемый Дэйм, сходите в Лесную за помощью, и телегу какую-нибудь максимально близко подгоните, мы этих несчастных с собой в Жемчужный заберём! — стряхнула я с себя неуверенность, и мой голос силой наполнился. — Дедушка Дарт, у нас есть какое-то лекарство от яда древесника?

— Так самое простое и действенное, это мякоть листьев руттиса в кашицу размять, добавить пару капель отвара из златоцвета и каплю жизни, потом всё перемешать и на рану приложить, — у Дарта, вообще, всё всегда просто было.

— То есть, сделать лекарство мы сможем, — неодобрительно посмотрела на старика, который с умильным выражением за пауком следил, судя по всему тем самым, который незваных гостей покусал.

Я ничего милого в этом создании не находила — паучье тело не хитином, а словно корой покрыто было, отколотой от дерева. Восемь лап, длинных и тонких, как корни, заканчивались острыми, как шипы когтями, которыми он сейчас посох Дарта атаковал. Паучьи глаза, будто тлеющие угли в костре, то тускнели, то вспыхивали злобой.

— Сможем, сможем, — пробормотал Дарт и достал из сумки маленькую круглую берестяную коробочку, — иди сюда,