Мастер Ночи и белая кошка - Дарья Нико

Теперь уж точно высшему свету будет о чем поговорить. Мастер Ночи только что весьма ярко выразил свое отношение к новоявленной супруге.

Дархад отстранился, сохраняя совершенно невозмутимый вид, и направился к чужому столику.

Мариик Терваль хоть и старался делать вид, что не видит надвигающейся высокой и мощной фигуры, все-таки был вынужден прервать разговор, когда Мастер Ночи встал сбоку от его спутницы.

— Мы с супругой не можем принять ваш подарок, — произнес Дархад, ставя бутылку вина по центру чужого стола так, что легко звякнул весь наставленный на него хрусталь и фарфор. — Он не соответствует нашему вкусу. Урожай указанного года впитал в себя крайне мало солнца, я уверен, что напиток кислит.

Владелец издательства криво усмехнулся.

— Не думаю, что вы имеете право разговаривать со мной, даже не представившись, — излишне надменно произнес Мариик. И, пожалуй, это и выдало его волнение больше прочего.

— Мне неинтересно слышать ваше имя в ответ, — сухо отрезал Дархад.

Мариик Терваль крепче сжал столовые приборы и полоснул взглядом по Мастеру Ночи. Взгляд буквально сломался о непроницаемую черноту глаз противника.

— В любом случае, любые недопонимания айиса Эрфарин может решить со мной лично. Мы с ней давние знакомые, — неловко вывернулся владелец издательства.

— Айиса Рамхеа, — голосом всех северных вод произнес Дархад и подчеркнул еще ярче: — Никто, чьего имени я не знаю, не имеет права на личное обращение к моей жене. Что касается вашего замечания, то, если бы женщины этого мира могли бы решать все вопросы самостоятельно, стоило бы нам, мужчинам, рождаться на свет?

Пока Мариик Терваль пытался подобрать ответное слово, которое могло бы звучать достойно сразу же ко всему, что произнес Мастер Ночи, Дархад наконец перевел взгляд на молодую женщину, остававшуюся за столом и сохранявшую полное молчание.

— Айиса, — обратился к ней Мастер Ночи.

Представительница Дома удовольствий любезно улыбнулась в ответ. Она не нервничала и не беспокоилась из-за разговора, он ее не касался. Она всего лишь атрибут, равный дорогим карманным часам или роскошному перстню на руке. Не более и не менее того.

— Имею честь слушать вас, айис Форгаз, — со всей вежливостью произнесла молодая женщина. Она, конечно же, получила от своего Дома самое лучшее образование и знала все нюансы этикета, чтобы иметь право быть атрибутом в рамках высшего света, а не рядом с портовой таверной. Потому она говорила вежливо и размеренно.

— Не думаю, что вам стоит проводить время с тем, кто столь скуден даже на речи, — едва заметно улыбнулся Дархад, но его улыбка была любезной, никакой холодности и враждебности. Ее помада на бутылке — это приказ мужчины, а не ее воля. — Скорее всего, к концу вы и вовсе заскучаете.

— Развлекать — это как раз скорее моя роль, — хохотнула собеседница.

— Поэтому и будет лучше, если вы обретете лучшего спутника…

Дархад выложил перед молодой женщиной на стол предмет и слегка придвинул к ней. Представительница Дома удовольствий впилась в предмет взглядом.

Он выглядел как чересчур крупная монета, но не имел ни блеска золота, ни опознавательных знаков.

Магический артефакт, служивший кошельком. Кошельком, в котором умещалось очень много золотых монет. Прекрасно заменял необходимость сыпать их горстями, когда требуется выложить крупную сумму.

Молодая женщина коснулась пальцами «монетки», и в ее сознании пронесся крайне приятный образ многих золотых, что хранились в артефакте. Она даже прикусила губу от удовольствия.

— Как прикажете, айис Форгаз, — тут же поднялась из-за стола женщина.

— Сядь немедленно, — процедил Мариик Терваль.

— Айис, — отстраненно, по-деловому, взглянула на него спутница, протягивая ему артефакт, — тогда вам нужно перебить сумму. Вы же знаете закон Домов?

Дархад наблюдал и едва заметно усмехался.

Служители Домов удовольствий всегда подчинялись простому правилу: где бы они ни находились — они исполняют желания того, кто платит больше. Поэтому теперь владелец издательства действительно должен был перебить сумму Мастера Ночи.

Но Мариик унизит себя самим фактом, если вздумает проверять, сколько именно хранится в такой «монетке» Мастера Ночи. И унизит еще раз, если не сможет заплатить своей теперь уже бывшей спутнице больше.

Айис Терваль скрипнул зубами.

— Всем приятного вечера, — пропела молодая женщина и легкой походкой удалилась из ресторанного зала.

— Надеюсь, она компенсирует вам все затраты, что вы на нее производите, — едва ворочая челюстью, проговорил владелец издательства, кидая яростный взгляд на Эрфарин.

Девушка за все это время так ни разу и не повернула голову в сторону, где происходило целое представление. А в эту секунду и вовсе охотно встретила вторую подачу блюд. Словно ей действительно не о чем беспокоиться, словно она теперь неприкосновенна…

Продуманная стерва. Вовремя заключила брак. Он лишь чуть-чуть не успел…

— Не обременяйте себя тяжелыми экономическими вопросами на нетрезвую голову, — произнес Дархад, с нескрываемым удовольствием разделываясь с противником последним ударом.

Мариик Терваль покосился на початую бутылку вина, которую он заказал для себя ранее.

Мастер Ночи тем временем махнул рукой одному из официантов, и тот поспешил приблизиться к гостям.

— Айис потерял аппетит, да и без спутницы ему будет одиноко присутствовать здесь и дальше. Думаю, он закончил свою трапезу, его счет я оплачу.

— Вы переходите границы! — рявкнул Мариик Терваль и отбросил наконец столовые приборы, из-за чего фарфор и хрусталь зазвенели неприлично громко. — Мастер Ночи или хоть харды знает кто, но у всего есть пределы!

— Можете остаться, — как ни в чем не бывало ответил ему Дархад, окидывая врага сочувствующим взглядом. — Развлечете публику, им в цирк идти не придется. Быть всеобщим посмешищем — личный выбор каждого.

Расплатившись с официантом, Мастер Ночи пошел обратно к своему столу.

Мариик Терваль, обнаружив на себе бесконечное перекрестье взглядов присутствующих в ресторане гостей, поспешно поднялся со своего места. Но, как бы он ни торопился, его слуха все равно коснулись издевательские смешки, равные щелканью пропитанной ядом плети над головой и заставившие его ноги двигаться быстрее возможного.

Дархад, потерявший всякий интерес к побежденному, сел на свое место.

— Нам не позволят побыть наедине, — еле слышно пробормотала Эрфарин, направив взгляд за спину своего супруга.

К ним приближалась Адалан Хораф. Как и всегда, двигалась она неторопливо, словно прогуливалась, словно не имела конечной цели. Черные волосы ниспадали по ее плечам наподобие плаща и окутывали слишком худые плечи. Ярко очерченные красным губы попытались изобразить улыбку. Вышло слишком неумело. Надменность, которая текла в жилах этой торговки вместе с кровью, не позволяла почти никого считать истинно равным себе.

— Тоже враг? — лишь уточнил Дархад, не считая нужным оборачиваться. — Тоже лучше будет, если отправится к хардам?

По едва уловимым эмоциям он догадывался,