Волчья ягода - Екатерина Мордвинцева

Он повернулся ко мне.

— Ты невыносима.

— Я знаю.

Он обнял меня, прижал к себе.

— Спи, — сказал он. — Иначе я сойду с ума.

Я закрыла глаза. Но спать не хотелось. Хотелось быть с ним, чувствовать его, слушать его дыхание.

Мы пролежали так до утра — не сомкнув глаз, держась за руки.

Утром я проснулась от того, что Вадим встал с кровати.

— Кофе? — сонно спросила я.

— Сейчас.

Я потянулась. В окно пробивался тусклый утренний свет. Я посмотрела на часы — половина седьмого.

Вадим вернулся с двумя кружками кофе. Мы пили молча, сидя на кровати, укрывшись одним одеялом.

— Ты не спал? — спросила я.

— Немного. А ты?

— Почти нет.

— Странно. Я обычно сплю лучше, когда ты рядом.

— А сегодня?

— Сегодня я думал.

— О чём?

Он отставил кружку.

— О будущем. О том, что будет после полнолуния. Если мы выживем.

— Когда выживем, — поправила я.

— Когда выживем, нам нужно будет уехать. Я уже говорил.

— Далеко?

— Чем дальше, тем лучше. «Охотничий круг» имеет связи по всей стране. Может, за границу.

— За границу? — я удивилась. — А как же университет, работа, Алина?

— Всё придётся бросить.

Я замолчала. Бросить университет на втором курсе? Бросить Алину, единственную подругу? Бросить родителей, которые ничего не знают?

— Я не готова, — сказала я.

— А другого выхода нет.

— Есть. Мы можем остаться и сражаться.

— И проиграть?

— Или победить. — Я посмотрела на него. — Ты же хранитель. У тебя есть связи. Другие стаи, другие оборотни. Мы можем собрать союзников.

— «Охотничий круг» силён. Очень. Никто не захочет с ним связываться.

— Руслан захотел.

— Руслан — изгнанник. Ему нечего терять.

— Может, и нам нечего терять?

Он покачал головой.

— У меня есть ты. Я не хочу тебя терять.

— И я не хочу терять тебя. Поэтому мы должны бороться. А не бежать.

Он долго смотрел на меня.

— Ты невыносима, — сказал он в который раз.

— Я знаю.

Он поцеловал меня.

Когда мы вышли в коридор, чтобы проводить меня до выхода (я решила вернуться в общежитие до пар), то заметили листок на полу.

Белый, сложенный вчетверо. Вадим поднял его, развернул.

На листке было написано от руки — печатными буквами, чёрной пастой:

«ИЗГНАННИКИ ЗНАЮТ О ВАШЕЙ СВЯЗИ. БЕРЕГИТЕСЬ. СЛЕДУЮЩЕЕ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ БУДЕТ СЕРЕБРЯНЫМ.»

Я прочитала два раза. Потом подняла глаза на Вадима.

— Это они, — сказала я.

— «Охотничий круг». — Он сжал бумагу, и она рассыпалась в клочья. — Как они узнали адрес?

— Может, следили за нами. Или Руслан сказал.

— Руслан предупредил нас. Он не стал бы сообщать им, где я живу.

— Тогда как?

— Не важно. — Он взял меня за руку. — Теперь ты не будешь здесь появляться. Это опасно.

— А где я буду?

— В общежитии. С Алиной. Я буду приходить к тебе.

— Но они знают, где я учусь, где живу. Это не спасёт.

— Спасёт, если мы будем осторожны.

Он отвёл меня к выходу.

— Сегодня пары отменяются, — сказал он. — Я позвоню декану, скажу, что заболел. А ты сиди в комнате. Не выходи лишний раз.

— Вадим...

— Пожалуйста. Ради меня.

Я кивнула. Поцеловала его на прощание и вышла.

В общежитии я застала Алину за завтраком. Она жарила яичницу и слушала музыку в наушниках. Увидев меня, сняла наушники.

— О, явилась. А я уже хотела заявление в полицию писать.

— Всё нормально. — Я села на стул. — Были... обстоятельства.

— Какие?

Я рассказала про записку. Алина побледнела.

— Это серьёзно?

— Очень. «Охотничий круг» — опасные ребята. Они не шутят.

— И что вы будете делать?

— Вадим хочет уехать. Бросить всё и скрываться.

— А ты?

— Я хочу сражаться.

Алина села напротив.

— Я с тобой, — сказала она. — Чем могу помочь?

— Ты человек, Алин. Ты не сможешь противостоять оборотням.

— Зато я умею готовить печенье. И прятать улики. И выгуливать твоего волка, когда ты устанешь.

Я невесело усмехнулась.

— Спасибо. Но я не хочу впутывать тебя в это.

— Ты уже впутала, когда рассказала мне правду. Теперь я часть этой истории.

— Алин...

— Никаких «алин». Мы подруги. Мы вместе.

Она обняла меня. Я уткнулась в её плечо и почувствовала, как к глазам подступают слёзы.

— Всё будет хорошо, — сказала она. — Я верю.

— Спасибо.

Вадим пришёл вечером. Я впустила его в комнату — Алина ушла к своей подруге, оставив нас одних.

— Как ты? — спросил он.

— Нормально. А ты?

— Я договорился с Русланом.

— О чём?

— О помощи. Он приведёт своих людей. И ещё одна стая согласилась выступить на нашей стороне.

Я удивилась.

— Как тебе это удалось?

— Я рассказал им о планах «Охотничьего круга». Они не хотят войны. Но если мы проиграем, война начнётся в любом случае.

— И сколько у нас людей?

— Около двадцати. Против тридцати-сорока у них.

— Шансы невелики.

— Но они есть.

Он сел на мою кровать, я — рядом.

— Если мы победим, — сказала я, — что тогда?

— Тогда мы сможем остаться. «Охотничий круг» будет разгромлен, угроза исчезнет.

— А если проиграем?

— Не будем о грустном.

Он обнял меня.

— Я боюсь, — призналась я.

— Я тоже.

— Ты же никогда не боишься.

— Раньше — нет. А теперь — боюсь. Потому что есть кого терять.

Мы сидели обнявшись, глядя в окно на закат.

— Останься сегодня, — попросила я.

— В общежитии? Алина...

— Алина не придёт. Я попросила.

Он кивнул.

Мы легли на мою узкую кровать. Было тесно, но уютно.

— Спокойной ночи, Виктория.

— Спокойной ночи, Вадим.

Я закрыла глаза.

Сон не шёл, но страх отступил. Рядом с ним я чувствовала себя в безопасности.

Ночью мне снился сон.

Я стояла на поляне, окружённая волками. Их глаза горели золотом, они рычали, но не нападали. В центре стоял Вадим — в человеческой форме, с серебряным клинком в руке.

— Убей меня, — сказал он. — Убей, пока я не убил тебя.

— Не убью, — ответила я.

Волки расступились. Из темноты вышел Руслан.

— Она слаба, — сказал он. — Она не сможет защитить тебя.

— Зато я смогу защитить её, — ответил Вадим.

Руслан рассмеялся и превратился в волка.

Я проснулась в холодном поту.

Вадим спал рядом, его дыхание было ровным. Я посмотрела на него — на его спокойное лицо, на волосы, упавшие на лоб. Он был таким уязвимым во сне.

Я поцеловала его в щёку и снова закрыла глаза.

Утром мы проснулись от звонка. Алина стояла в дверях, с круглыми от удивления глазами.

— Ой, — сказала она. — Извините.

— Заходи, — сказала я, натягивая одеяло. — Уже всё нормально.

— Я ненадолго, — она проскользнула в комнату. — Там, внизу, какие-то люди. Спрашивают тебя, Вика. Говорят, из «Охотничьего круга».

Вадим мгновенно проснулся,