Волчья ягода - Екатерина Мордвинцева

Он не спал несколько дней. Это было очевидно.

— Ты не спал, — сказала я.

— Не твоё дело.

— Моё. — Я подошла ближе. — Ты избегаешь меня неделю. Не смотришь на лекциях. Притворяешься, что ничего не было. А сам не спишь.

— Уйди, пожалуйста.

— Нет.

Он поднял голову. Его глаза были красными — не золотыми, а красными от бессонницы.

— Я не могу быть рядом с тобой, — сказал он. — Ты разрушаешь меня.

— Я не разрушаю. Я пытаюсь спасти.

— От кого?

— От тебя самого.

Он покачал головой.

— Ты не понимаешь. Каждый раз, когда ты рядом, я чувствую твой запах. Твоё тепло. Твой пульс. И я теряю контроль. Я начинаю думать не как хранитель, а как зверь, который хочет...

— Что хочет? — спросила я, глядя ему в глаза.

Он замолчал.

— Что хочет, Вадим?

— Тебя, — выдохнул он. — Каждую клетку твоего тела. Каждый вздох. Каждый миг. Я хочу быть с тобой настолько, что забываю о долге. А если я забуду о долге — ты умрёшь. Как Ирина.

— Не умру, — сказала я. — Потому что я не Ирина. Потому что я сильнее. Потому что я — твоя сила, а не слабость.

Он встал. Мы стояли друг напротив друга — разделённые лунным светом и собственными страхами.

— Докажи, — сказал он. — Докажи, что ты не пропадёшь.

— Как?

— Останься. На ночь. Не уходи. Посмотрим, сможем ли мы быть рядом без того, чтобы я не сошёл с ума.

— Ты предлагаешь эксперимент?

— Я предлагаю тебе выбор. Уйти или остаться.

Я посмотрела на него. На его осунувшееся лицо, на дрожащие руки, на глаза, в которых боролись надежда и отчаяние.

— Хватит бегать, — сказала я. — Ты нужен мне. Весь, с ушами и хвостом.

Он замер.

— Что?

— Ты слышал. — Я шагнула к нему. — Я не боюсь твоей тёмной стороны. Не боюсь оборотня. Не боюсь, что ты причинишь мне боль. Я боюсь только одного — что ты уйдёшь и оставишь меня одну.

— Виктория...

— Заткнись. — Я подошла вплотную. — Ты неделю мучил меня. Не смотрел, не разговаривал, притворялся, что я пустое место. Ты думал, мне легко? Я плакала по ночам. Я не спала. Я ненавидела тебя и любила одновременно.

Он смотрел на меня, не дыша.

— Я пришла, чтобы сказать: хватит. Хватит прятаться за маской. Хватит бояться. Если ты хочешь быть со мной — будь. Если нет — скажи прямо. И я уйду. Навсегда.

— Не уходи, — прошептал он.

— Тогда докажи. Не словами. Делом.

Он протянул руку. Коснулся моего лица — осторожно, как будто боялся разбить.

— Я не знаю, как быть нормальным, — сказал он. — Я не знаю, как любить и не бояться. Но я хочу попробовать. С тобой.

— Это всё, что мне нужно.

Он наклонился и поцеловал меня. Не в уголок губ — по-настоящему. Глубоко, жадно, как будто хотел выпить меня всю.

Я ответила. Ещё никогда я не чувствовала такой полноты — его руки на моей спине, его дыхание, его сердце, бьющееся в унисон с моим.

— Прости, — прошептал он, отрываясь. — За эту неделю. За то, что сделал тебе больно.

— Прощу, если больше не повторится.

— Обещаю.

Мы стояли обнявшись, слушая тишину. Луна светила сквозь шторы, освещая наши тени на полу.

Мы легли на его кровать. Не для секса — просто быть рядом. Я положила голову ему на плечо, он обнимал меня, гладил по волосам.

— Я скучал, — сказал он. — Безумно.

— Я тоже.

— Твой запах остался на подушке. Я не мог спать. Всю неделю. Просто лежал и вдыхал его.

— Поэтому ты написал смс?

— Я не писал смс.

Я приподнялась.

— Ты не писал? А кто тогда?

Он нахмурился, взял телефон с тумбочки, показал мне экран. Последнее сообщение от меня — «Спокойной ночи» — было отправлено три дня назад. Никакого «Я не могу спать. Твой запах остался на подушке».

— Это не я, — сказал он.

У меня похолодело внутри. Я достала свой телефон. Сообщение, которое я получила сегодня вечером, было от его номера. Точно от его.

— Как это возможно? — прошептала я.

— Кто-то взломал мой номер. Или подделал. — Он сел, напряжённый. — Виктория, это ловушка.

— Ловушка?

— Тебя заманили сюда. Нарочно.

Я почувствовала, как по спине ползёт холодок.

— Кто?

— Руслан? Или кто-то из «Охотничьего круга». Они знают, что мы вместе. И хотят использовать это.

В этот момент в дверь постучали.

— Фролов, — раздался голос Руслана. — Открывай. Не прячься за девчонкой.

Вадим вскочил, заслонил меня собой.

— Тихо, — прошептал он. — Сиди здесь. Не выходи.

— Я не буду сидеть, когда он за дверью!

— Сиди, я сказал!

Он вышел из спальни. Я слышала, как открылась входная дверь, как зазвучали голоса — два мужских, напряжённые.

— Зачем ты здесь? — спросил Вадим.

— Хочу поговорить. С тобой и с ней.

— Она не выйдет.

— Выйдет, — сказал Руслан. — Или я войду. Выбирай.

Я не стала ждать. Встала, вышла из спальни.

Руслан стоял в дверях, одетый в чёрную куртку и джинсы. За его спиной — двое мужчин в таких же чёрных куртках.

— Виктория, — он улыбнулся своей волчьей улыбкой. — Рад тебя видеть. Ты хорошо выглядишь.

— Чего ты хочешь? — спросила я.

— Поговорить. Без Фролова.

— Я никуда без неё не пойду, — отрезал Вадим.

— И не надо. Поговорим здесь.

Он вошёл, его спутники остались снаружи. Закрыл дверь.

— Я знаю, что вы стали парой, — сказал Руслан. — Настоящей, не притворной. И я знаю, что это делает Фролова уязвимым.

— Уязвимым для чего? — спросила я.

— Для тех, кто хочет его уничтожить. — Руслан посмотрел на Вадима. — «Охотничий круг» знает о ваших отношениях. Они планируют нападение. Скоро.

— Откуда ты знаешь? — спросил Вадим.

— Я был с ними. Я слушал их планы. Я ушёл, потому что не хочу участвовать в убийстве невинных. Но они не остановятся. Им нужна она, — он кивнул на меня. — Как оружие. А ты — препятствие. Они убьют тебя, чтобы добраться до неё.

Вадим напрягся.

— Когда?

— Через неделю. В полнолуние.

— Этого не случится, — сказал Вадим. — Я защищу её.

— Ты не сможешь. Их много, ты один.

— Я не один, — я подошла к Вадиму, взяла его за руку. — Мы вместе.

Руслан усмехнулся.

— Мило. Но наивно. Она не умеет защищаться. А ты ослаблен своей любовью. Вы идеальная мишень.

— Так зачем ты пришёл? — спросила я. — Предупредить? Помочь?

— Я пришёл предложить сделку. — Он посмотрел на меня. — Вы отдаёте мне Викторию на время. Я прячу её в безопасном месте. Ты, Фролов, остаёшься здесь и берёшь удар на себя. Если выживешь — она вернётся.

— Нет, — отрезал Вадим.

— Другого выхода нет.

— Есть. —