500 лет ожидания - Рина Рофи

— Рэн? — я удивилась. — Ты разве не уехал?

— Я хотел увидеть тебя, — сказал он, отталкиваясь от машины. — Прежде чем ты уедешь.

Он протянул руку. Я вложила свою ладонь в его, и он мягко, но уверенно притянул меня к себе. Его руки сомкнулись на моей талии. Я оказалась в кольце его объятий — тёплых, надёжных, пахнущих древесным парфюмом и весенним ветром. Улица была пуста. Только мы, фонари и лепестки сакуры, что всё ещё кружились в воздухе.

— Ты не испугалась моих… духов? — спросил он тихо, глядя на меня сверху вниз.

— Немного, — честно призналась я. — Это было… странно. И неожиданно. Я не думала, что такое бывает в реальности.

— Просто мир сложнее, чем кажется, Мэй, — он провёл ладонью по моей спине. — Гораздо сложнее. И гораздо волшебнее.

Я помолчала, глядя на его лицо. На его платиновые волосы, на светлые глаза с янтарным отливом, на лёгкую улыбку в уголках губ.

— Как думаешь, а кицунэ… могут тоже существовать? По-настоящему?

Он улыбнулся. Шире. Теплее. В его глазах вспыхнули золотые искры.

— Думаю, да. Очень даже. Этот мир полон чудес, Мэй и некоторые из них ходят рядом с нами. Может быть, даже ближе, чем ты думаешь.

Я смотрела на него и чувствовала, как внутри что-то отзывается. Что-то знакомое.

— Мне пора, — прошептала я, хотя уходить не хотелось.

— Знаю, — он коснулся губами моего лба. — Поезжай к маме. К дедушке. А я буду ждать. Водитель отвезет тебя, куда скажешь.

Я улыбнулась.

— Тогда до завтра, Рэн.

— До завтра, Мэй.

Он открыл дверцу машины для меня. Я села, поправила юбку, помахала ему через стекло и назвала адрес водителю — тихий пригород Киото, где в старом доме у подножия гор жили мои родители. Водитель, молчаливый мужчина в тёмном костюме, кивнул и мягко тронулся с места. Рэн отдал своё авто, чтобы я доехала с комфортом, и этот жест тронул меня больше, чем любые слова.

Я достала телефон и набрала сообщение:

«Спасибо за заботу, Рэн. Ты не обязан был отдавать машину. Я могла бы доехать на автобусе.»

Ответ пришёл мгновенно:

«Автобус — это долго и неудобно, а ты заслуживаешь самого лучшего. Возвращайся скорее и береги себя, Мэй.»

Я улыбнулась и прижала телефон к груди.

Белый «Мерседес» мягко катил по вечерним улицам. Мы миновали центр, проехали мимо храма Фусими Инари с его знаменитыми красными ториями, что уходили вверх по склону горы, и выбрались на окраину. Город постепенно отступал, уступая место рисовым полям, бамбуковым рощам и маленьким домикам с черепичными крышами. За окном замелькали знакомые с детства пейзажи: узкая речушка с каменным мостиком, старый магазинчик у перекрёстка, деревенский храм с покосившейся торией. Воздух здесь был другим — чище, прохладнее, с лёгким ароматом влажной земли и полевых цветов.

Машина свернула на улочку, обсаженную старыми криптомериями, и остановилась у дома моего детства. Двухэтажный, деревянный, с широкой верандой и черепичной крышей, на которой рос мох. В окнах горел тёплый жёлтый свет. У калитки уже стояла мама.

Я вышла из машины, и она тут же всплеснула руками.

— Мэй! Дочка! На такой машине! — она обняла меня так крепко, что я чуть не задохнулась. — Я думала, это какой-то министр приехал! Ичиго! Ичиго, иди сюда! Посмотри, на чём наша дочь приехала!

Из дома вышел папа — спокойный, улыбчивый, в неизменной клетчатой рубашке. Он обнял меня, похлопал по плечу и сказал своё обычное: «С возвращением, Мэй. Выглядишь хорошо». Потом посмотрел на удаляющийся «Мерседес» и присвистнул.

— Это твой новый начальник так о тебе заботится?

— Пап…

— Молодец начальник, — папа усмехнулся. — Правильный начальник.

— Ичиго, не смущай ребёнка! — мама схватила меня за руку и потащила в дом. — Идём, идём! Дедушка тебя заждался! И ужин стынет! И у меня столько вопросов!

В прихожей пахло жареной рыбой, соевым соусом и чем-то сладким — кажется, мама пекла свой фирменный пирог с красными бобами. Я скинула туфли, надела домашние тапочки и прошла в гостиную. За низким столиком, на подушке, сидел дедушка. Он поднял голову, увидел меня, и его лицо осветилось улыбкой.

— Мэй! Внучка! Иди-ка сюда, дай на тебя посмотреть.

Я опустилась на колени рядом с ним, и он взял мои руки в свои — сухие, тёплые, шершавые от многолетней работы в саду.

— Совсем взрослая стала, — сказал он тихо. — И кольцо у тебя красивое. Необычное.

Я вздрогнула. Его взгляд задержался на лисьей морде с янтарными глазами. Он ничего не спросил, только улыбнулся таинственно.

— Рассказывай, дочка, — мама уже хлопотала вокруг, расставляя тарелки. — Как новая работа? Как начальник? Как свидание?

— Дорогая, дай ей хотя бы чай выпить, — папа сел за столик и подмигнул мне. — Но начальника покажи. Фотография есть?

Я засмеялась и достала телефон, открыла официальный сайт «Сирояма Интертеймент». На главной странице, в разделе «Руководство», красовалась фотография Рэна. Строгий тёмно-синий костюм, безупречная рубашка, лёгкая тень улыбки в уголках губ. Платиновые волосы зачёсаны назад, но одна прядь, как всегда, выбилась и упала на лоб. Светлые глаза смотрели прямо в камеру — спокойно, уверенно, с той самой хищной искрой, которую я знала слишком хорошо.

Мама выхватила телефон у меня из рук и поднесла к глазам. Папа заглянул через её плечо. Дедушка достал очки и тоже придвинулся ближе.

— Бо-о-оже! — мама прижала свободную руку к груди. — Да он красавчик! Как актёр из дорам! Вылитый герой-любовник из той, новой, про адвоката и медсестру! Помнишь, Ичиго? Мы смотрели!

— Не помню, — папа взял телефон и прищурился, изучая фотографию с придирчивостью человека, который всю жизнь проработал инженером и привык оценивать детали. — А сколько ему?

— Двадцать семь, — ответила я, чувствуя себя так, будто сдаю экзамен.

— Хм… — папа вернул телефон маме и почесал подбородок. — Молодой ещё. Но видно — серьёзный. Взгляд прямой. Плечи широкие. Не вертопрах.

— Ичиго, ты говоришь так, будто коня покупаешь! — мама отмахнулась от него и снова уставилась в экран. — Ты посмотри на него! Порода! Сразу видно. Высокий, красивый, богатый. И глаза… глаза светлые, как янтарь. Вроде японец, а как будто из Европы. Может, у него мать иностранка?

— Не знаю, — честно ответила я. — Мы не обсуждали его семью. Только брата видела. Лин. Волосы тоже платиновые и те же глаза.

— Брат? — мама всплеснула руками. — У него ещё и брат есть? Мэй, ты должна узнать всё! Семья — это важно! Кто родители? Чем занимаются? Есть ли наследство?

— Мам!

— А что «мам»? — она положила телефон на стол и упёрла