Тёмная советница - Ольга Дмитриевна Силаева

штамповала себе новых Светлых, и никто даже пальцем не пошевелил, чтобы разогнать охрану и сжечь её лаборатории со всей начинкой! Я сам оказался идиотом! Всё, на что меня хватило, – отправиться к ней пограбить!

– Ты защищаешь Хлою.

– Защищаю, – огрызнулся Вернон. – А ты на моём месте не защищал бы? И вообще, шёл бы ты лесом… Светлый. Покорми вон сынишку с ложечки.

Во взгляде Дира мелькнуло что-то. Скорее боль, чем нежность.

– Давайте вернёмся, – произнёс он. – Думаю, мы сказали друг другу достаточно.

Едва они приземлились в конференц-зале, Рамона тут же шагнула вперёд.

– Я уже обсудила меры безопасности для Таиссы, – произнесла она. – Приемлемо. Всё зависит от неё.

Все взгляды устремились на Таиссу. Если она скажет, что хочет нырнуть под одеяло с головой и скорее прыгнет в глубокий космос, чем отправится обратно под взгляд нечеловеческих глаз, её никто не поймёт. Точнее, поймут-то её все, но…

Таисса глубоко вздохнула. Ей нельзя быть трусихой. В конце концов, даже Лара, кем бы она сейчас ни была, чувствует страх, боль и одиночество. Может быть, она всё-таки захочет вспомнить и о сострадании?

– Завтра, – решительно сказала Таисса. – Я встречусь с Ларой завтра. Место и время выберете вы.

Дир покачал головой.

– Завтрашний день вряд ли её устроит. Сегодня…

– «Сегодня» наша дорогая новая Светлая может полюбоваться на разрушенные небоскрёбы и тела среди обломков, – отрезал Вернон. – Сутки перемирия – это самое малое, что мы вообще можем потребовать. И вообще, Пирс не должна…

– Должна, – тихо сказала Таисса. – Это я разозлила её прошлой ночью.

Ей очень хотелось отдохнуть. Хотя бы пару часов. Таисса с тоской посмотрела на выход. Может быть, где-нибудь есть тихая спальня, где найдётся одеяло?

Их с Диром взгляды встретились, и невидимое стекло под пальцами Таиссы вновь заледенело. Стена, которую появление новых Светлых сделало лишь толще. Разобьётся ли это стекло хоть когда-нибудь?

– Мне пора, – произнёс Дир. – Место и время обсудим чуть позже. Только… ещё одна вещь.

– Под каким соусом её будут жрать? – съязвил Вернон. – Очень важный вопрос, я уверен.

– Хлоя.

Повисла тишина. Имя зазвенело в воздухе, отзываясь неслышным эхом.

– Пока Лара не высказала никаких мыслей на её счёт, – сказал Дир, не отрывая взгляда от Вернона. – Никаких требований. Но…

Дир не договорил. Все и так его поняли.

Лара, угрожающая всему земному шару, не забыла ни Хлое, ни Харону их преступлений. И даже если бывшие Тёмные согласятся укрыть Хлою, вряд ли эта защита продержится долго.

– Прощайте, – негромко сказал Дир. – Прощай, Найт.

И исчез.

Глава 18

Дверь спальни почти бесшумно отошла в сторону и тут же закрылась.

Таисса вздрогнула, пробуждаясь ото сна.

– Это я, Пирс, – послышался негромкий голос Вернона.

– Вернон, – сонно сказала Таисса в полумраке. – Зажжёшь свет?

– Зачем? Посмотрим на звёзды.

Таисса недоумённо заморгала.

– Разве мы не под землёй?

– Над нами сотни и сотни тонн, – согласился Вернон. Он присел на край кровати. – Если наш инопланетный товарищ по разуму решит обрушить эту толщу, одной лопаты точно не хватит, чтобы выкарабкаться. Поможешь, Таисса-гробокопательница?

– Очень смешно, – пробормотала Таисса.

– Что поделать? Сегодня чёрный юмор – наше всё.

Таисса наконец смогла разглядеть лицо Вернона в полутьме и протянула руку. Пальцы Вернона осторожно вплелись в её пальцы.

– Что бы я делала без твоего чувства юмора?

– Соблазняла бы весь Совет без разбора и придумывала бы за меня мои шутки, – легко отозвался Вернон. – Ты отлично сыграла роль, Таисса-самозванка. Увы, вместо антракта тебе придётся вновь выйти на подмостки.

– Но получится ли у меня заинтересовать это существо? – Таисса вздохнула. – Это будет посложнее, чем поводить за нос членов Совета. Вернон… а чего хочешь ты?

Вернон почесал в затылке.

– Хороший вопрос. Ты ведь помнишь, что я умираю?

– Спасибо, что об этом напоминаешь, – без тени улыбки отозвалась Таисса.

– Всегда пожалуйста, Таисса-очевидность. Так вот, я умираю, и мне хочется оставить мир… – Вернон запнулся, – чтобы он хотя бы был.

– Было бы неплохо.

– Вот-вот. Солнце, смеющиеся дети и всё остальное. Банально, но правда.

Таисса прикрыла глаза. Во сне на неё вдруг нахлынуло детство: яркий воздушный змей, знакомый осенний парк и тёплая рука матери. Арахисовое печенье в кармане. Тепло.

В горле вдруг стало очень тесно.

– Мне снилась мама, – с трудом проговорила Таисса. – Я очень надеюсь, что она жива сейчас. Что с ней всё будет хорошо.

Вернон молчал.

– Ты в это не веришь, – тихо сказала Таисса. – Не веришь, что всё будет хорошо. Не позволяешь себе в это верить. Вернон… ты хочешь убить это существо?

Пальцы Вернона сжались в её пальцах.

– Главным образом я хочу, чтобы оно не поубивало нас, Таисса-беззащитность. Убить его видится мне самым напрашивающимся выходом. Мир сложен, да, но некоторые вещи просты.

– Но это невозможно. У нас нет средств. Нет способа.

– Верно, Таисса-изобретательность. Пока нет. – Вернон вздохнул. – Я ломаю голову, как нейтрализовать новых Светлых. Собрать все проекты «Бионикс», усилить электронное внушение Виктории, собрать на коленке сверхоружие? Но результат неясен, а меж тем погибнет столько людей. Стоит ли?

– Нет, – тихо сказала Таисса.

– Нет. И я знаю, что нет, знаю, что эти планы стоит пометить «в порядке бреда», но проблема в том, что «в порядке бреда» совсем скоро перерастёт в «как обычно». Новая норма, Пирс. Никому она не нравится, но приходится учиться стоять на одной ноге.

Таисса кивнула. Существо, которое впустили в мир они сами, перевернуло этот мир.

– Всё-таки это случилось, – с силой произнёс Вернон. – Мы впустили на нашу чистую, уютную человеческую Землю инопланетную заразу. Другую жизнь, которой здесь не место. Будь у нас Страж, он бы отправил это существо сначала в нокдаун, а потом в стазис, если не в печку. Великий – тем более. – Вернон потёр лоб. – Может, у Великих изначально была такая роль? Гонять с веником непрошеных гостей?

– Но кто защитит нас от Великих?

– Хороший вопрос.

Вернон помолчал.

– А вообще я устал ужасно. Постоянно какие-то враги стучатся, уже вытоптали весь коврик под дверью. – Он зевнул. – Где-то там есть совсем другая жизнь. Клубника на обнажённых бёдрах, взбитые сливки на коленках… или в других местах…

Его вторая рука скользнула выше, остановившись на кромке одеяла. Таисса подняла бровь.

– Это ты про свои вечеринки?

– Не было никаких вечеринок, кроме постановочных, – отмахнулся Вернон. – Знала бы ты, сколько у меня других дел…

– И трёх подружек в твоей постели тоже не было? – уточнила Таисса.

– Кто