Иней между нашими сердцами - Кира Шелухина

— Ох, слава богине! — облегчение выдохнула она. — А когда я смогу увидеть моего маленького дракона?

— Ну, он не такой уж и маленький, — с усмешкой возразил я. — А вот большой дракон очень соскучился по своей паре, — добавил, хватая жену и бросая на кровать.

— Ах, Дрейк, что ты делаешь? — удивленно вскрикнула, но я заметил, как в распахнутых глазах вспыхнуло пламя страсти, заставившее моего зверя зарычать от нетерпения.

Не в силах сдерживаться, я мгновенно избавился от своей одежды, после чего кинулся к жене, которая лежала неподвижно, наблюдая за мной с обожанием и любовью.

— Собираюсь доставить своей королеве удовольствие, — ответил охрипшим голосом, срывая с нее халат и сорочку, и припадая изголодавшимся ртом к тому сладкому месту, которое было уже влажным и жаждущим меня.

— О-ох, — простонала Дарина, шире расставляя бедра и вцепляясь рукой в мои волосы.

— Дрейк, о, Дрейк, пожалуйста! — взмолилась через несколько мгновений, прижимаясь ближе к моему рту.

И я дал ей то, о чем просила — с силой всосал клитор, одновременно проникая пальцами в горячее лоно, отчего она тут же громко закричала, содрогаясь, сжимая мои пальцы и покрывая своими соками. Не дождавшись, когда волны оргазма стихнут, я подхватил ее под дрожащие колени, поднимая их выше, и резко вошел на всю длину, вырывая у жены еще один громкий крик.

— Нас ведь мог услышать Лаэрис, — прошептала Дарина после того, как я подарил ей еще пару сильных оргазмов.

— Не волнуйся, птичка, его сейчас и пушкой не разбудишь, — усмехнулся я, любуясь ее прекрасным лицом, на котором сейчас горел румянец, а глаза светились от счастья. — Я после Первой Перемены проспал почти целые сутки.

— Когда же я увижу его дракона? — повторила она вопрос.

— Через несколько дней. В первое время ему не стоит превращаться слишком часто, — ответил я, обнимая жену и целуя в лоб.

Дарина

Я с трудом дождалась того для, когда Лаэрис продемонстрировал мне свою драконью ипостась. С восхищением и слезами на глазах наблюдала, как он раскидывает широкие крылья, а его чешуя сверкает на солнце. И еще заметила, что, как и в человеческом обличье, его дракон тоже был маленькой копией отца. А вскоре наступил не менее важный день, когда он должен был отправиться в первый полет, доверив свои крылья ветру.

Сын проснулся еще до рассвета. Едва за окнами Ледяного дворца начало светлеть небо, он уже в драконьем облике бегал по просторной ледяной террасе, то расправляя крылья, то снова складывая их.

— Папа! Ну, когда? — в нетерпении спросил, когда мы с Дрейком к нему присоединились.

— Настоящий ветер не любит тех, кто его торопит, — с улыбкой ответил муж.

Мы поднялись на самую высокую площадку дворца — туда, где заканчивались башни и начиналось небо. Отсюда открывался завораживающий вид на Холодные земли: вечные ледники, заснеженные пики, замерзшие озера, похожие на огромные зеркала, и сверкающее море льда, уходящее за горизонт.

Я с волнением увидела, как Лаэрис осторожно подошел к самому краю, под которым зияла пропасть.

— Очень высоко... - прошептал он, невольно делая шаг назад.

— Боишься? — спросил Дрейк, подходя к нему и становясь рядом.

— Да… — чуть слышно ответил сын.

— Это хорошо.

— Хорошо? — удивленно переспросил мальчик.

— Только тот, кто умеет признать свой страх, способен научиться летать. Безрассудство губит быстрее любой бури. Запомни главное правило. Не пытайся победить ветер. Позволь ему стать твоим другом.

Я отошла подальше, чтобы не мешать их разговору. Вначале Дрейк вообще не хотел брать меня с собой, но я настояла, так как хотела присутствовать на столь важном событии в жизни сына. И, хотя полностью доверяла Дрейку, все равно очень волновалась и должна была собственными глазами увидеть, что все пройдет хорошо.

Дрейк

— Ну что, готов? — спросил я сына

— Да, — ответил он, глядя в небо.

Кивнув в ответ, я закрыл глаза, призывая своего дракона и чувствуя, как меня наполняют сила и мощь.

— Теперь ты, — мысленно сказал сыну, расправляя крылья.

Подождав, когда он обратиться, я легко сорвался вниз. Несколько секунд почти не махал крыльями, скользя по восходящему потоку воздуха, который будто нес меня на своих ладонях. Потом плавно развернулся и завис напротив башни, призывая сына последовать за мной.

— Я... не смогу... — прозвучали в моей голове его тихие слова.

— Сможешь.

— А если упаду?

— Тогда я тебя поймаю, — заверил я, и эти слова оказались сильнее любого заклинания.

Маленький дракон глубоко вдохнул ледяной воздух, расправил еще немного неуклюжие крылья и шагнул вперед.

Дарина

Когда я увидела, как Лаэрис срывается вниз, сразу понеслась к краю площадки. Ветер с силой ударил в грудь, едва не сбив с ног, но мне было все равно, потому что сердце замерло и, казалось, перестало биться. Я в ужасе наблюдала, как он взмахнул крыльями слишком резко, и его сразу закрутило в воздухе. Левое крыло поднялось выше правого, и маленький дракон, отчаянно замахал крыльями, только сильнее теряя равновесие.

— Не-ет! — воскликнула я, видя, как он начинает падать.

И в этот момент рядом возникла огромная белоснежная фигура. Дрейк подставил под сына свое широкое крыло, слегка его коснувшись. Совсем чуть-чуть, но этого оказалось достаточно, чтобы тот перестал беспорядочно размахивать крыльями. Я облегченно вздохнула, видя, как сын осторожно расправил крылья шире и полетел. Сначала неуверенно, потом все смелее. Ледяной ветер скользил по прозрачным перепонкам его крыльев, подхватывал их и нес всё выше. И с каждым мгновением движения становились естественнее, будто тело само вспоминало древнее искусство, заложенное в него еще до рождения.

— Мама, ты видела, как я летал?! — закричал Лаэрис, когда они вернулись на площадку и приняли человеческий облик.

— Конечно, — ответила я, крепко его обнимая. — Ты такой молодец!

— Ты не просто летал, — сказал подошедший к нам Дрейк. — Ты возвратился туда, где всегда было твое место — в бескрайнее небо, и оно приняло и благословило тебя.

Эпилог

Через 5 лет

Дарина

Несколько лет пролетели незаметно, словно в счастливой сказке. Но теперь я не волновалось о том, что время так быстротечно, потому что оно, благодаря дарованному богиней бессмертию, не имело надо мной власти. Конечно, семейная жизнь не всегда была гладкой — случались и проблемы, и ссоры. Но, несмотря на это, с каждым днем я чувствовала, что Дрейк все больше раскрывался передо мной, и ни на миг не заставил усомниться в его бесконечной любви и преданности. И после ссоры всегда наступало примирение, а все проблемы мы решали вместе. Дрейку было нелегко выполнять