Все дело в кузнеце - Кристина Шефер

Проснулась среди ночи от того, что меня кто-то трясет за плечо. В темноте я не поняла, кто это и испугалась, но зажглись в воздухе магические светлячки, и тогда я и смогла разглядеть, что будила меня Дайкира. Тогда же поняла, что она не одна. В паре шагов от нее стояла аббатиса.

— Фантис, сними иллюзию с Рины, — приказала нимфа.

Я села и потянулась за халатом, который положила перед сном на край кровати. Накинула его сверху и встала. Спать хотелось неумолимо. Фантис поднялся и, зевая, подошёл ко мне, проводил руками, как и когда накладывал иллюзию. Только в этот раз, после тренировок, которые показали мне нимфы, почувствовала всплеск силы.

— Спасибо, сын, — поблагодарила генерал и отошла. А аббатиса подошла ко мне ближе.

— Невероятно. А была как настоящая. В жизни бы не поверила, если бы не увидела своими глазами. — восхитилась аббатиса, разглядывая меня. А мне стало неловко. Вся лохматая, с помятым лицом.

— Не смущайся, девочка, — успокоила меня аббатиса и спросила — Прости, можно до тебя дотронуться. Сильно уж разница между тобой и нимфами большая.

— Да, конечно, — почти прошептала я.

Тогда аббатиса потрогала меня за волосы, провела по груди, которой ещё не было. Я видела, как она была впечатлена. Ведь до этого тут была пусть и небольшая, но вполне видимая грудь не обтягивала ткань. А закончив, похлопала меня по ладошке, которую взяла в свои руки, как бы благодаря и стараясь поддержать.

— Женевьева, мне очень важно сохранить этого ребенка. Чтобы ее никто не нашел и дали образование. Она уже многое знает, но ее нужно учить. И учить практическим вещам, а не всяким тонкостям философии и танцулькам. Хотя кто знает, что ей пригодится, — тут нимфа вздохнула и продолжила — Ее могут найти и тут, но, надеюсь, не скоро. Поэтому не слова о том, как она здесь оказалась.

— Я понимаю, — закивала, всё ещё разглядывая меня, аббатиса, но уже с какой-то отеческой улыбкой.

— Выдай ее за одну из сирот, что вы приютили. Деньги на дворянское образование я тебе оставлю. Мы хотели оставить ее с возможностью отработки, но сейчас она слишком будет у вас выделяться. Отрабатывающих всего две девочки.

— Отрабатывают ещё наказания, — добавила аббатиса.

— Все равно слишком заметно. Пусть учиться дворянкой. Остальное придумай сама. Откуда она как тут оказалась. Я знаю, что сейчас уже не начало года, но ты же можешь что-то придумать?

— Дети появляются у нас не только с наступлением осени. Этому никто не удивился. Я помогу этому ребенку. Сделаю все, что могу. Вот только лучше бы ее вывести и привести в человеческом виде и человеческой одежде. Чтобы видели, как она попала к нам, и не ассоциировали с вами. Еще лучше, если бы она появилась после вашего отъезда, но я так не скажу, куда ее можно временно разместить, да так, чтобы ее никто не увидел. Надо подумать.

— Дельная мысль.

— У вас есть наша одежда на девочку? — забеспокоилась аббатиса.

— У меня есть пара платьев, — ответила за всех я.

— Хорошо. Рина, так тебя зовут? — уточнила аббатиса.

— Да. Полное имя Катарина.

— Давай, останешься пока Риной. Это имя попроще. Я зайду попозже, через часа три, и заберу тебя. Возьмёшь с собой все, что нужно, кроме разве что этого мехового одеяла. Уж прости, сильно приметный. Заберите его с собой и вашу одежду тоже.

— Хорошо.

— Ладно. Теперь спи, дитя. Увидимся позже. Не так много времени осталось для полноценного сна, — сказала аббатиса, и они обе вышли.

В следующий раз за мной пришла одна аббатиса. Она меня разбудила, напомнила собрать вещи, но только человеческие и выходить. Я умылась, оделась, переплела косу и вытащила пару платьев нимфы из корзинки. Это, собственно, все их вещи. И вышла из комнаты, плотно прикрыв дверь.

Аббатиса поманила меня рукой, и мы быстро пошли до крытого коридора. Там свернули направо, в ту сторону, куда вчера ушли девочки. Шли долго. В итоге подошли к тупику коридора с кладовыми.

— Рина, ты меня прости, но другой комнаты, в которую я тебя могу спокойно поместить, нет. Кроме камер. Это место все же замок. Так что когда-то тут была и тюрьма. Но я думаю, что кладовая, чтобы пересидеть, будет лучше. Завтра я зайду за тобой и выведу на улицу, чтобы ты вошла уже официально, через новые ворота.

— Ничего. Я понимаю.

— Хорошо, раз так. Проходи, — с этими словами аббатиса отперла дверь, и я зашла в небольшое помещение, где находилась гора одеял, корзина с едой и ведерко для сами понимаете каких дел. Свет давало небольшое окошечко под потолком. В целом не так плохо. Разве что пыльно.

— Не лучшее место для ребенка, но сюда точно никто не заглянет, — извиняясь, пояснила аббатиса.

— Я понимаю. Не переживайте, — успокоила я старушку и села на гору одеял.

На это она покивала. Проверила, что у меня все есть, освятила меня святым знаком и шла.

За это время я привыкла к постоянной компании шумных и вечно неугомонных нимф, так что сейчас, оказавшись в тишине, быстро стало одиноко. Но я постаралась взять себя в руки. Мы и так и так расстанемся. Выбора у меня нет.

Аббатиса вернулась за мной, как и обещала, на следующее утро. Далее она, так же, как и прошлый раз, провела меня рядом коридоров, пока мы не оказались посередине коридора. У изначально казавшейся совершенно ровной стены.

— Рина, смотри внимательно, как я делаю, — сказала аббатиса и поднесла ближе к стене магический фонарь, которым сейчас пользовалась.

Она нажала на три почти незаметные точки на стене, которые неожиданно утонули. Сбоку раздался щелчок и открылся проход.

— Пойдем.

Мы вошли в темный коридор, не отделанный ничем, голый камень. Аббатиса снова привлекла мое внимание и показала, как закрывать вход в проход и как открыть с этой стороны.

Дальше мы пошли по коридору, периодически спускались по лестницам. В какой-то момент под ногами стало хлюпать, и при ближайшем рассмотрении я поняла, что снизу течет ручей. Из освещения оставался только фонарь, впереди кромешная тьма, сзади тоже. Пару раз мы выходили к развилкам. Аббатиса заставила меня выучить стишок, который позволял запомнить направление, в какой из