Оранжевое Лето - Валерия Стругова

Внезапно на меня опустилась небольшая прохладная тень. Обернувшись, в этой тени я с изумлением узнала Киру.

— Что ты здесь делаешь? — недоуменно спросила я у подруги, её белое подвенечное платье развивалось на ветру.

Почему она в таком наряде? Неужели собралась выйти замуж? За кого? За Кая?

— Ты не должна быть в этом мире.

— Это ты не должна быть здесь! Это не наш мир, — тихо возразила подруга. — Я обязана тебя спасти.

С побелевшим от страха лицом, она потянула меня за руку, пытаясь поднять. Я отрицательно покачала головой.

— Нет, я хочу остаться!

— Ия, пожалуйста, — взмолилась Кира. — Позволь, мне помочь.

— Я должна быть здесь! — вскрикнула я, вырвав руку. — Я останусь с ним. Я выбираю его!

Слеза покатилась по бледной коже подруги, и мой взгляд переместился к расплывающемуся алому пятну на безупречно белом платье. Из груди девушки торчало лезвие ножа. Она нежно, почти блаженно улыбнулась мне в последний раз и беззвучно упала рядом.

— Кира! — закричала я, опускаясь на колени и бережно прикладывая дрожащие ладони к её уже остывающим щекам.

— Беги, — тихо прохрипела она с закрытыми глазами, протягивая из последних сил руку, сжатую в кулаке. — Не забывай, кто ты.

Её ладонь разжалась, и я смогла разглядеть миниатюрную статуэтку черепахи.

Взяв вещицу из рук подруги, я поднялась и посмотрела наверх. Над нами с абсолютно непроницаемым, холодным лицом величественно завис Валтер. Его кроваво-красные крылья мощно двигались, без усилий удерживая хозяина в воздухе. Глаза пылали зловещим бордовым огнём.

Плавно подлетев ближе, он молча протянул мне руку. Не раздумывая, я потянулась к нему в ответ, но даже не успела коснуться его кожи — парень резко отдёрнул ладонь и оглушительно, истерично рассмеялся.

— Ты же не думала, что нужна мне? — жестоко, ледяным тоном проговорил Валтер и снова разразился хриплым, демоническим смехом. — Мне нужно то, что ты можешь дать.

Резко открыв глаза от ужаса, я сразу же зажмурилась от яркого света. В комнате по-прежнему горела лампа, а я лежала на неразобранной постели в одежде, вся в холодном поту. Сердце колотилось в груди, угрожая выскочить из рёбер. Сбитая с толку кошмарным видением, я взглянула на светящийся циферблат часов на запястье. Четыре часа утра.

В наушниках играл Linkin Park — видимо алгоритмы сайта сами подобрали следующий альбом.

Какой пугающий сон!

Убрав наушники и выключив свет, я постаралась заснуть, но сон больше не шёл ко мне. Образ кроваво-красных крыльев с острыми перьями никак не выходил из головы. Оттягивать неизбежное больше не имело смысла.

«Эгниттера», — набрала я в поисковике ноутбука.

Поиск выдал ссылки и картинки с какими-то запчастями для автомобиля. Поскольку в автомеханике я разбираюсь примерно как свинья в апельсинах, я быстро промотала вниз.

Всё

не то!

Я тихо бесилась, не находя ничего стоящего или похожего.

При наборе слова «Аларисы» поисковик выдал на первой же строчке википедию фандома «Звёздных войн».

«Аларис (англ. Alaris) — газовый гигант Пространства Аларис системы Кашиик, располагавшейся в секторе Митаранор в Среднем Кольце. Вокруг планеты вращались 8 спутников, в том числе Аларис-Прайм.»

Следующий сайт вёл на какую-то строительную компанию. Как можно было так прятаться, чтобы не было ни единого упоминания их цивилизации? Судя по всему, они и правда хороши в защите информации и скрытности.

Но тогда зачем рассказывать всё нам? Зачем так рисковать?

Страх снова начал подбираться в горлу, заставляя меня нервно сглатывать горькую слюну.

Так ничего толкового и не найдя, я решила обратиться к искусственному интеллекту с вопросом: «Как бы выглядел человек-феникс, если бы существовал в реальности?»

На что получила быстрый ответ:

«Гипотетический человек-феникс, вероятно, обладал бы следующими характеристиками: огненно-рыжие или золотисто-красные волосы, необычайно яркие глаза янтарного, золотого или красного цвета, повышенная температура тела, способность к регенерации, устойчивость к высоким температурам. Наиболее яркой особенностью были бы большие крылья с красно-золотистым оперением, похожие на крылья орла или ястреба, но значительно больших размеров. Возможны сверхъестественные способности, связанные с огнём и возрождением...»

Я задержала дыхание, читая это. Сгенерированное описание было похоже на действительность.

Когда я спросила то же самое о Левиафанах, сайт завис на бесконечной загрузке. И я подумала, что всё вокруг намекает на то, что пора перестать прятаться в комнате и уже спокойно поговорить обо всём с братьями напрямую. Никто мне не расскажет о них, кроме их самих. Нужно столкнуться со своими страхами лицом к лицу. Если продолжать терзаться в сомнениях, то точно можно потерять остатки рассудка.

Взяв телефон, я посмотрела на экран. Шестнадцать пропущенных звонков с одного и того же неизвестного номера и одно лаконичное сообщение, присланное вчера поздним вечером: «Дай знать, когда будешь готова поговорить. В.Н.»

Он даже инициалы написал.

Как старомодно.

Если бы он только знал, как панически сильно я его сейчас боюсь — и его самого, и того, что он олицетворяет.

Разозлившись на себя, я закрыла ноутбук. Раздражение, смешанное с неуверенностью, заливало с головой.

С каких пор я стала такой трусихой? Д

едушка ведь с детства рассказывал мне странные истории о мифических существах. Да и вообще однажды он сказал, что его старая соседка — ведьма, которая летает по ночам.

Я осеклась в своих воспоминаниях. Странный образ возник в голове: мне четыре, я рву созревшую, низко висящую вишню в палисаднике деда, и меня зовёт к себе старая женщина. Она протягивает мне конфету, и я двигаюсь по направлению к ней. В это время выходит дедушка и что-то кричит старушке. Она одёргивает руку с конфетой, и её глаза сверкают ярким фиолетовым цветом.

В тот день дед сказал мне, что она ведьма, и к ней нельзя подходить. Я запомнила его слова и потом часто смотрела на неё с подозрением, пока не выросла и не забыла об этом. Я даже не знаю, куда в итоге подевалась эта старушка. Она просто перестала появляться на нашей улице. С возрастом я даже не помнила её лица и думала, что женщина просто скончалась, ведь она была очень пожилой уже тогда, но фиолетовые глаза не давали мне покоя ещё долгое время.

В тот же год я встретила девочку с такими же глазами. Она была моей ровесницей и родственницей той женщины. Помню, как она ехала на велосипеде и сильно упала. Я помогла ей подняться и обняла, чтобы успокоить плачущую малышку. В моей голове тогда возникло чувство, будто мы были знакомы раньше. Успокоившись, девочка прошептала мне что-то на ухо, но я уже не помню, что это было.