Оранжевое Лето - Валерия Стругова

Он замолчал, его спина выпрямилась, и я пожалела о том, что вновь напомнила о Дракаре.

— Да что уж теперь? Вернёмся к расам? Кто там остался?

Валтер кивнул.

— Океанусы. Или Левиафаны. У них тёмные волосы и крылья. Их глаза могут быть синими или зелёными. Они способны копировать воспоминания и эмоции других существ. Это тоже причиняет им определённую боль, хоть и значительно меньшую, нежели мне подобным. Они наиболее близки по эмоциональному спектру к людям, способны испытывать всю гамму чувств: радость, гнев, любовь и зависть. Из-за этого они могут быть крайне эмоционально нестабильными и непредсказуемыми, но именно это парадоксальным образом делает их самыми живыми и человечными среди всех нас.

— Кай? — догадалась я, вспоминая его тёмные волосы и синие глаза.

— Верно. Он — океанус.

— Вот как, — пробормотала я, пережёвывая информацию. — Но почему именно Фениксы, Драконы и Левиафаны? Откуда такие названия?

Валтер наклонил голову в бок, заглядывая мне в глаза.

— Я могу долго контактировать с огнём. Кай может по несколько часов задерживать дыхание под водой, а Кара... их так больше называют из-за вида крыльев. Есть ещё глубокий исторический подтекст, связанный с древними войнами и легендами, но этой информацией я тебя пока нагружать не буду.

— Невероятно! — восхищённо прошептала я. — Ты можешь ходить по горящим углям?

— Что? — недоумённо переспросил он.

— Как эти люди из телешоу? — пояснила я с энтузиазмом. — Ну, из тех, где ещё все с какими-то суперспособностями приходят.

Валтер тяжело вздохнул и хитро улыбнулся.

— Однажды я не выдержу, переверну тебя и отшлёпаю Ия Крамер.

Я мгновенно закусила губу и потупила пылающий взгляд, чувствуя, как все слова разом высохли в горле. Воздух в палате сгустился, наполнившись каким-то новым, электрическим напряжением.

— Хочешь ещё что-то сказать? Что-то остроумное и смешное? — поинтересовался он с притворной невинностью, но в голосе явно читалось удовольствие от моей реакции.

Я отрицательно покачала головой, не решаясь поднять глаза.

— Прекрасно. Тогда я могу продолжить, — он всё ещё улыбался с явным самодовольством.

Валтеру определённо польстило то, как я покраснела от его двусмысленных слов. А я действительно пылала, как спелый помидор, потому что лицо горело так интенсивно, словно я часами стояла под лучами палящего экваториального солнца.

— На Эгниттере у всего и каждого своя цель. Фениксы правят и руководят, Драконы следят за порядком и информацией, Левиафаны занимаются безопасностью.

— Но если у вас действительно совершенный мир и все расы прекрасно ладят между собой, зачем вообще нужны те, кто занимается безопасностью? — спросила я. — Существует какая-то внешняя опасность или угроза?

Валтер прищурился, его золотые глаза потемнели.

— Совершенный мир — это красивая иллюзия. Даже у нас, к сожалению, периодически возникают конфликты. Мы изо всех сил стараемся поддерживать гармонию, но это далеко не всегда получается легко и просто.

— Какие конфликты? — спросила я.

Валтер задумался, словно подбирая слова.

— Есть определённые группы среди нас, которые не согласны с давно установленным порядком вещей, — наконец произнёс он. — Они считают, что система нуждается в кардинальных изменениях.

— Значит, у вас есть... оппозиция? — предположила я.

— В некотором смысле. Но это не то, что мне хотелось бы сейчас обсуждать.

По складке меж бровями я поняла, что для него это больная тема.

— Поняла, не буду настаивать, — поспешно согласилась я. — Тогда лучше расскажи, что вы делаете здесь, среди людей? И каким образом попали в наш мир? Вы используете какие-то продвинутые технологии, вроде машины времени или междимерных порталов?

Морщинка разгладилось. Валтер улыбнулся, и я облегчённо выдохнула.

— Нет, никаких фантастических технологий мы не применяем. Несколько тысячелетий назад в результате сложных генетических экспериментов был искусственно выведен совершенно уникальный ген. Сейчас это крайне редкая и невероятно ценная мутация, встречающаяся лишь у избранных. Именно этот ген делает нас предводителями и элитой в своём мире. — Его глаза загорелись гордостью. — Мы называем себя мироходцами.

— Мироходцами... — попробовала я слово на вкус. Звучит красиво. — Выходит, мироходцы тоже белые тигры, как я?

— Не совсем. Ты более уникальна.

— Более уникальна для вас и вашего мира, — поправила я, опуская взгляд. — В моём мире эта особенность абсолютно бесполезна.

— Мы не знаем этого наверняка, — мягко возразил он, приподнимая мой подбородок пальцем, заставляя встретиться взглядами. — Разве Кира не потирает твою руку на удачу перед важными событиями?

— Это забавы ради. Выходит, вы предводители, потому что путешествуете по мирам...

— Да. Мы используем это во благо нашей цивилизации. Игнисы путешествуют, чтобы копировать знания о технологиях, науке, медицине и других научных аспектах жизни. Океанусы-мироходцы, как Кай, следят за тем, чтобы путешествия проходили гладко, и защищают нас от непредвиденных ситуаций. А аурумы, подобные Каре, путешествуют по мирам крайне редко, только в критических случаях, когда всё выходит из-под контроля и срочно нужно замести следы нашего присутствия, полностью стирая память о нашем существовании у свидетелей.

— И сейчас вы пришли в наш мир, чтобы собрать информацию? — уточнила я.

— Вроде того, — ответил он. — Но на этот раз мы также хотели немного отдохнуть от государственных обязанностей и поближе познакомиться с современной человеческой культурой.

— Постой-ка, — я нахмурилась, пытаясь сложить пазл. — Получается, вы трое — важные шишки в своём мире, элита общества... и как бы... — Я замолчала, чувствуя, как мысли путаются. Хотелось спросить что-то важное, но не получалось сформулировать вопрос правильно.

Там, на горе он разговаривал с Каем приказным тоном. А потом говорил, что Дракара не сделает того, что не велено.

Правая нога внезапно нервно дёрнулась под одеялом, словно разряд электричества пронзил мышцы.

Неужели моя психика наконец начала подавать признаки жизни? Или это просто побочный эффект от лекарств?

Валтер положил руку мне на колено поверх больничного одеяла

— Всё в порядке? Ты побледнела. Снова что-то болит?

Вместо ответа я откинула одеяло в сторону и придвинулась к нему максимально близко. Больничная рубашка задралась, обнажив исцарапанные ноги, но меня это совершенно не волновало.

Теперь между нами оставались считанные сантиметры. Я чувствовала исходящее от него тепло, вдыхала знакомый аромат мяты.

— Ты Феникс и мироходец. Кай и Дракара слушаются тебя.

Валтер не отстранился. Его взгляд метался между моими глазами и губами, а дыхание стало неровным.

— Да, — произнёс он. — Мы — достаточно важные шишки. Кай жил в моём доме с самого детства, учась охранять меня. Так заведено уже несколько веков. Когда в королевской семье рождается наследник, к нему в обязательном порядке приставляют одного океануса и одного аурума в качестве компаньонов и телохранителей. Все дети должны быть мироходцами и примерно одного возраста. Проще говоря, каждый из нас происходит из