Медвежье сердце - Елена Михалёва

– Это ничего не значит, раз она осталась там, а вы тут, – канцеляристка сделала вид, что конверты в руках интересуют ее гораздо больше, чем эта неловкая ситуация. – Лично я бы вас одного ни за что не отпустила, будь я в вас влюблена. Я была бы рядом с вами на столь важном этапе жизни. Подумайте об этом.

Но Иврос лишь отрицательно покачал головой. Он не считал нужным оправдываться перед совершенно посторонним человеком. Особенно перед женщиной, которая вдруг решила продемонстрировать свой интерес.

– Доброго дня, Хиннари, – коротко попрощался он, покидая императорскую приемную.

Глава 14. Владение духом

Портьеры на окнах в спальне Керики оставались открытыми, но солнечный свет все равно проникал с трудом, потому что ему приходилось пробиваться сквозь занавес из плюща, который целыми лозами оплетал стеллажи, карнизы и полки. Его побеги цеплялись за мебель и карабкались к потолку. За семь лет растения выросли и переплелись настолько, что было сложно определить, где заканчивается один вид вьюна и начинается другой. Мастер Арвальд ухаживала за ними как умела. Она поливала и обрывала засохшие побеги, но справиться с буйным ростом уже не могла в силу возраста и слабости своих глаз. Потому спальня приобрела диковатый вид весьма запущенной оранжереи. В этой яркой зелени выделялись лишь комод, шкаф и большая кровать, устланная мехами. Впрочем, такая обстановка Керику вполне устраивала. Ей нравился легкий запах живых растений и влажной почвы.

Этим утром чародейку разбудил стук в дверь. Вставать совершенно не хотелось, но стук повторился спустя пару минут, громче и настойчивее.

Керика нехотя вылезла из кровати и как была, босиком и в одной черной рубахе до середины бедра, спустилась вниз, гадая, кого это принесло в такую рань.

Новый стук заставил ее поторопиться.

– Да иду я! Нет нужды вышибать дверь! – прокричала она с лестницы. А потом процедила сквозь зубы: – Бергард, если это ты, я убью тебя.

Но на пороге стоял Иврос Норлан.

– Я тебя разбудил? Прости, – импери окинул женщину озадаченным взглядом.

Черная свободная рубаха и распущенные волосы цвета вороньего пера, мелко вьющиеся после длительного пребывания в заплетенном состоянии. А еще такое количество витиеватых рун на открытой загорелой коже, что поверить сложно.

– Что-то случилось? – Керика нахмурилась.

– Нет, я просто…

– Решил зайти ко мне до того, как пойдешь к Императору?

– Я уже иду от него, – признался Иврос.

– Ничего не понимаю. Проходи, – Керика втащила колдуна в дом и закрыла за ним дверь, чтобы не выпускать тепло. – В чем дело?

Норлан деликатно отвел взгляд, чтобы не пялиться на женщину перед собой, и увидел горстку монет, почему-то лежащих у самого входа.

– Мне не спалось, – начал объяснять он. – Я пошел прогуляться на набережную. Там встретил Хиннари. Она уговорила меня пойти во дворец и дождаться Императора. Но он оказался на месте, опять же, в такую рань, и был явно чем-то огорчен уже с утра. Попросил меня продемонстрировать, что я умею, – Иврос вздохнул. – Я показал ему свое обращение в медведя. А он сказал, что этого недостаточно и я могу быть свободен. Я и пошел к тебе. Прости, что разбудил.

– Вот, значит, как, – Керика скрестила руки на груди, задумчиво глядя на колдуна.

Вид у того был если не несчастный, то весьма озадаченный.

– Надо было идти… домой… к Гарана, – размышлял он вслух. – Ты права, час слишком ранний. Я не подумал, что ты можешь еще спать.

– Или я могла быть не одна, – ухмыльнулась Керика, глядя на то, как изменился в лице Иврос.

– А ты не одна?

– Одна конечно. Глупостей не спрашивай, – она тихо рассмеялась. – Я просто решила выспаться. Несколько ночей провела на ногах, знаешь ли. То элюент варила, то с Алиссаной возилась. Я выносливая, мой мальчик, но не железная.

Она зевнула.

– Я лучше пойду. Отдыхай. – Норлан торопливо повернулся к двери, но Керика ухватила его за рукав.

– Вот еще, – она задумчиво пожевала губу. – Я все равно проснулась и уже не усну. Оставайся, раз пришел. Вот как мы поступим. – Она показала ему на горстку монет на полу. – Бери деньги и сходи нам за завтраком, а я пока приведу себя в порядок, – она широко улыбнулась.

– За завтраком? – на всякий случай переспросил он, поднимая монетки.

– Как выйдешь со двора, повернешь направо и по набережной дойдешь до пекаря, – пояснила Керика. – Он обычно рано открывается, но если вдруг булочная окажется закрыта, постучи, не стесняйся. Скажешь, что от меня. Он не станет возражать.

Норлан вскинул брови.

– Да кто вообще смеет возражать человеку из семьи Гарана? – Он поднял вверх руки, делая вид, что сдается, потому что мастер над рунами одарила его сердитым взором. – Хорошо, я понял и тоже не смею возражать. Уже иду, – и в дверях переспросил: – А что взять?

– Что захочешь. Только не бери слишком сладкое, – попросила чародейка и закрыла за ним дверь.

Когда спустя полчаса неторопливой прогулки до пекарни и обратно Иврос возвратился, Керика встретила его уже одетой в привычные черные брюки и бордовую рубашку с закатанными рукавами. Она занималась тем, что заплетала косички, сидя за кухонным столом. В помещении при этом висел горьковатый запах, отдаленно напомнивший Иву жареные орехи или семечки. Над очагом закипал чайничек, содержимое которого и источало непривычный аромат.

– Купил? – Чародейка окинула придирчивым взором объемный бумажный куль, который Норлан принес под плащом, чтобы булки не успели остыть. – Молодец, проходи.

Иврос снял сапоги и плащ, а Керика тем временем разлила по чашкам черно-коричневое варево из чайничка.

– Это зелье? – на всякий случай уточнил импери.

Он потянул носом землистый аромат, терпкий и одновременно приятный.

– Это отвар из обжаренных зерен, который популярен на юге, – терпеливо пояснила чародейка. – Давай сюда.

Она забрала бумажный куль у импери и принялась разворачивать. Поймала себя на том, что с возрастом не лишилась своей прежней страсти к сюрпризам. Даже простила Ивросу, что он так бесцеремонно разбудил ее.

В свертке оказались булочки с творожным сыром, пирожки с тыквой и корицей и слоеная выпечка в форме полумесяца, которую Керика особенно любила.

Она сунула нос в сверток и с наслаждением вдохнула запах свежей сдобы, прикрыв глаза от удовольствия.

– Ах, Иврос. Пусть твое здоровье будет крепким, мой мальчик. Спасибо, что ты пришел… Что смеешься, негодник?

Норлан уселся на стул напротив нее.

– Гвин делает так же, когда ей что-то нравится.

Чародейка выложила принесенные угощения на большое блюдо голубого цвета.

– Ну конечно так же. Это же моя девочка. Моя