В активном поиске новогоднего чуда - Пайпер Рейн

Я резко поворачиваю голову в сторону Бетани.

— Что вы имеете в виду?

Она пожимает плечами с хитрой ухмылкой.

— Я знаю, что вы в отношениях. Или, по крайней мере, что вы нравитесь друг другу. — она отпивает какой-то розовый напиток из своего бокала.

Я прочищаю горло и ерзаю на месте.

— Не уверен, что вы имеете в виду.

— Ой, да бросьте. — она закатывает глаза. — Это было очевидно, когда я впервые увидела вас вместе. Сексуальное напряжение можно было ножом резать.

Я открываю рот, чтобы что-то сказать, но прежде, чем я успеваю, мистер Саймонс подходит и обнимает Бетани за талию.

— Вот ты где, дорогая. Я уже думал, ты потерялась.

— Нет, просто болтала с Эндрю.

Мистер Саймонс оглядывает зал.

— Ты молодец, детка. Это место выглядит потрясающе. Намного лучше, чем обычные скучные мероприятия, которые у нас всегда бывают. Я прав? — он смотрит на меня с приподнятой бровью.

— Определенное улучшение. — я киваю.

Бетани впитывает нашу похвалу, сияя.

— Спасибо вам обоим. А теперь, если вы извините, мне нужно пройти по кругу. Я хочу убедиться, что все хорошо проводят время.

— Хорошо. Только не забудь приберечь для меня танец. — он шлепает ее по заднице, и она взвизгивает. К моему удивлению, мистер Саймонс обнимает меня за плечи, наблюдая, как его невеста уходит. — Я хочу поблагодарить тебя за то, что нашел того организатора мероприятий, чтобы помочь Бетани с этим. Я знаю, она может быть... чрезмерно восторженной время от времени, но для нее это было важно. Она рассматривает это как свое представление всем сотрудникам фирмы и хотела справиться хорошо. Так что спасибо за твою роль в этом.

Не знаю, почему любовь, которую я слышу в его голосе, удивляет меня, но это так. Я думал, что она для него не что иное, как хорошее времяпрепровождение и горячая украшение для выходов в свет, но ясно, что она нечто большее. Возможно, он любит ее.

— Всегда пожалуйста.

Он сжимает мое плечо и убирает руку.

— Позиция партнера выглядит для тебя все лучше и лучше, Уэйнрайт. — более ничего не добавив, он уходит.

Пульс учащается, и мне приходится сдерживать ликующий возглас.

Конечно, я знаю, что ничего еще не решено, но его поддержка — ключ к тому, чтобы убедить других партнеров, что именно я должен стать партнером, когда Бернс уйдет на пенсию в следующем году.

Вместо того чтобы сразу броситься к Кензи, чего мне и хочется, я решаю сделать крюк к бару. Я вижу, что она все еще разговаривает с Бетани. В руках у каждой по одному из тех розовых напитков, они улыбаются и чокаются бокалами.

По пути к бару я обмениваюсь парой слов, изо всех сил стараясь избежать Дарлы. Я терпеть не могу необходимость разговаривать со своей ассистенткой ежедневно на работе, и уж точно не хочу делать это на светском мероприятии. Но не повезло. Она загоняет меня в угол, пока я жду, пока бармен приготовит мой напиток.

— Привет, Эндрю. То есть, мистер Уэйнрайт.

Я даю ей небольшую улыбку.

— Привет, Дарла. Как ты сегодня вечером? — я даже не поворачиваюсь к ней, надеясь, что она поймет мой намек.

— Отлично! Разве вечеринка не получилась потрясающей? Бетани действительно превзошла себя.

Мне хочется сказать ей, что это не имеет никакого отношения к Бетани и все дело в Кензи и ее способности уводить Бетани от ее идиотских идей, но вместо этого я говорю.

— Все выглядит замечательно.

Бармен пододвигает мне мой напиток, и я бросаю купюру в чаевые.

— Что ты взял выпить?

Я сжимаю в руке холодный стакан.

— Скотч со льдом.

— О, тебе стоит попробовать один из напитков, которые дала мне Бетани. Они такие вкусные. Даже не чувствуется, что в них есть алкоголь. — она поднимает стакан с тем же розовым напитком, что был у Бетани. — Я забыла, как они называются, так что надеюсь, бармен будет знать.

— Что ж, я отойду и дам тебе заняться этим. Было приятно тебя видеть. — я киваю ей и исчезаю в толпе.

В зале стало намного оживленнее, чем когда я только приехал, и мне требуется мгновение, чтобы снова найти Кензи. Мне нужно подойти и сказать ей, как красиво она выглядит. Но когда я замечаю ее, у меня опускается сердце, а вскоре за ним следует и моя мертвая хватка на стакане в руке.

Она на окраине танцпола, болтает с Томом Хардингом — моим главным конкурентом на партнерство. Ему явно она нравится. Это очевидно по его языку тела и тому, как он наклоняется к ней больше, чем вежливо, когда она говорит.

Со своей стороны, Кензи не имела бы понятия, кто он, и, более того, у нее есть улыбка, но она не достигает ее глаз так, как когда она разговаривает со мной.

Это знание не останавливает ревность, вспыхнувшую во мне, и мои ноги, движущиеся в их направлении. Я пробиваюсь через толпу, не останавливаясь, чтобы поговорить с горсткой людей, которые говорят «привет», пока не достигаю их.

— Добрый вечер. Что тут такого смешного? — я делаю глоток скотча и сужаю глаза над краем стакана на Тома. Корпоративное право — не совсем повод для веселья, и, кажется, только об этом Том и хочет говорить, независимо от аудитории.

— Привет, Уэйнрайт. Я просто подошел, чтобы сказать нашему организатору, какую отличную работу она проделала. Намного лучше, чем в прошлые годы, я прав?

Я что-то вроде хрюкаю и киваю, затем наконец решаюсь посмотреть на Кензи. Она смотрит на нас обоих с каким-то забавным выражением.

— Ну, я вижу Саймонса вон там. Лучше пойду и скажу ему, какую отличную работу проделала Бетани со всем этим. — Том хлопает меня по плечу. — Партнерская позиция сама себя не заполнит. — он делает мне дурацкое подмигивание, от которого мне хочется стереть это выражение с его лица. Это чувство усиливается, когда он поворачивается к Кензи и говорит. — Прибереги для меня танец сегодня вечером, ладно, красавица?

Она несколько раз моргает.

— Не думаю, что буду сегодня танцевать. Я должна следить за всем и убедиться, что все идет гладко. — затем она делает большой глоток своего напитка.

Том пожимает плечами и уходит.

Хотя ревность жжет, как раскаленный уголь, в груди на месте моего сердца, я принимаю, как мне кажется, зрелое решение и решаю не упоминать об этом.

— Ты выглядишь потрясающе сегодня вечером. — мой взгляд опускается на ее декольте, скользит вниз по ее телу и затем снова поднимается.

— Эта старушка? — она оттягивает край юбки в стороны и