В активном поиске новогоднего чуда - Пайпер Рейн

что произошедшем, и, возможно, он тоже не знает, потому что какое-то время никто из нас не говорит. Когда он наконец говорит, это не имеет ничего общего с нами.

— Ты готова к вечеринке фирмы через несколько дней?

— Мне нужно уладить несколько последних деталей, но я уверена, что проблем не будет.

Я скорее чувствую, чем вижу, как он кивает.

— Будет странно видеть тебя там и притворяться, что мы просто знакомые. Может, нам стоит...

— Эндрю, все в порядке.

По дороге домой с курорта на прошлых выходных мы обсуждали, стоит ли мне быть его партнершей на вечеринке. Большая часть меня хочет быть с ним под руку, но в то же время я там, чтобы работать. Я бы не хотела, чтобы мой профессионализм ставили под сомнение или чтобы люди думали, что я получила работу, потому что сплю с Эндрю.

Со своей стороны, он не хочет, чтобы его коллеги лезли в его личную жизнь. Я не уверена, связано ли это с его прошлым или он просто из тех парней, кто предпочитает держать бизнес и удовольствие отдельно, но мы согласились, что лучше всего притвориться, будто у нас платонические отношения на вечеринке. Это не значит, что никто на его работе никогда не узнает, что мы вместе. Просто сейчас так легче.

Я поднимаю голову, чтобы встретиться с его взглядом.

— Мы договорились, что сейчас так будет лучше.

Его губы сжимаются в тонкую линию, и он кивает.

Улыбаясь, я провожу пальцами по его прядке с сединой.

— Она у тебя всегда была?

— Да. — его губы слегка опускаются. — У нее даже есть название.

— Правда?

Он кивает.

— Это называется прядь Маллена. Боже, в начальной школе дети без конца надо мной издевались из-за нее. — свет в его глазах слегка меркнет, словно он вспоминает, как это было плохо.

Я приподнимаюсь и сажусь на него верхом, снова проводя рукой по седой прядке.

— Ну, а я ее обожаю. Я думаю, это сексуально.

Руки Эндрю ложатся на мои бедра.

— Правда, правда? Насколько сексуально?

Я чувствую, как его стержень становится тверже подо мной.

— Очень сексуально, — говорю я, наклоняясь, чтобы поцеловать его.

— Что ж, раз уж ты считаешь это сексуальным, это все, что имеет значение. — его руки скользят вверх и вниз по бокам моего тела, и мои соски затвердевают.

Эндрю замечает. Конечно, замечает. Он наклоняется вперед и берет один в рот.

С этого момента мы проводим остаток ночи в постели, и я очень ясно даю ему понять, насколько сексуальным я его считаю.

ГЛАВА 31

ЭНДРЮ

Настал вечер вечеринки. Хотел бы я сказать, что с нетерпением его жду после всей работы, которую Кензи вложила в вечеринку, но я, кажется, не могу избавиться от нервов, которые преследовали меня весь день.

Я никогда не нервничал перед рождественскими вечеринками фирмы, скорее раздражался, что приходится присутствовать, так что, полагаю, я нервничаю за Кензи. Я хочу, чтобы это стало огромным успехом для нее после всей работы, которую она вложила. Не говоря уже о том, что если нет, я буду чувствовать себя ответственным, поскольку это я втянул ее в это.

Я знал, какой ветреной и импульсивной может быть Бетани, когда уговаривал Кензи взять эту работу. Я просто надеюсь, что Бетани не предъявит Кензи никаких невыполнимых требований в последнюю минуту.

В последний раз проверяю себя в зеркале. На мне темно-синий костюм тройка, потому что Кензи настаивала, что синий цвет подчеркнет голубизну моих глаз. Раз ей понравилась эта идея, я без колебаний согласился. В последний раз поправив галстук, я кладу в карман телефон и кошелек и выхожу из своей квартиры.

Поездка на Uber к месту проведения кажется вечностью из-за пробок на Манхэттене, поэтому я пишу Кензи.

Эндрю: Уже в пути. Как дела?

Проходит пара минут, но она отвечает.

Кензи: Бетани приехала сюда час назад и хотела внести несколько последних корректировок, но ничего, с чем я не справлюсь.

Я усмехаюсь, вспоминая наш разговор в среду после того, как я побыл Сантой. Мы оба согласились, что Бетани подкинет Кензи что-нибудь в последнюю минуту.

Мысли о среде заставляют меня поежиться на сиденье.

Ни я, ни Кензи не обсуждали это, но очевидно, что то, чем мы поделились той ночью, было особенным и выходило за рамки простых свиданий и секса. Это означало нечто более глубоким, чем физическая разрядка.

Я прибываю в отель St. Regis и благодарю водителя, выходя на холодный ночной воздух. Мое дыхание видно, прежде чем я прохожу через двери, которые держит швейцар.

Я нервничаю, поднимаясь на лифте в бальный зал. Я не знаю, то ли это потому, что я очень хочу, чтобы все прошло хорошо ради моей девушки, то ли потому, что мне придется всю ночь притворяться, что она не моя девушка. Я бы хотел, чтобы сегодня она была со мной рядом.

Лифт достигает пункта назначения и издает звуковой сигнал, прежде чем двери открываются. Я выхожу и направляюсь ко входу в бальный зал, затем стою в дверях мгновение, чтобы оценить обстановку.

Зал выглядит именно так, как Кензи описывала его мне. Столы расставлены в одном конце зала для гостей, чтобы отдохнуть или поесть после того, как они возьмут что-то у разных поставщиков, затем вдоль другой половины зала расположены поставщики, устроенные как маленькие витрины небольшого городка, а танцпол заполняет «улицу» между ними.

Все украшено в праздничных цветах и декоре, от импровизированных витрин до скатертей и центральных украшений. Зал выглядит удивительно.

Затем в поле моего зрения появляется Кензи, и у меня перехватывает дыхание.

Она выглядит абсолютно великолепно. Ее светлые волосы распущены и завиты, на ней темно-красное платье на бретельках с достаточно глубоким вырезом, чтобы дать намек на ее декольте. Платье облегает ее талию и ниспадает вниз. К ткани ее платья кое-где прикреплены какие-то перьевидные штучки, которые создают впечатление, будто она почти парит, когда двигается по залу.

Удерживать руки от нее сегодня вечером будет настоящим испытанием сдержанности.

— Феноменально, правда?

Голос отвлекает меня от разглядывания моей девушки. Я поворачиваюсь направо и вижу Бетани с широкой улыбкой.

— Простите? — она что, поймала меня на том, что я смотрю на Кензи?

— Разве все не получилось феноменально?

— О да, выглядит фантастически. — я киваю.

— Еще раз спасибо, что познакомил меня с Кензи. Она просто спасительница.

Я снова смотрю в направлении Кензи. Она разговаривает с диджеем, который установился в углу.

— Это точно.

Она наклоняется и шепчет.

— Я все