Целительница. Выбор - Наталья Владимировна Бульба

- Что случилось? – вновь опустилась я на лавку, но уже боком к столу, перекинув через нее ногу.

- И до этого дойдем, – тезка оказался немногословен. И, словно опровергая мысль, тут же добавил, обращаясь уже к Кириллу: - А ты не торопись. У нас новые вводные.

- У нас или у вас? – взглядом соединив меня и парней, хмуро уточнил Кир и, прежде чем тоже присесть, посмотрел на другой край стола.

Я тоже на мгновение оглянулась. За нами наблюдали. Не сказать, что откровенно, но внимание чувствовалось. Все-таки наша компания даже для этого места выглядела весьма колоритно.

- У нас, - отвлек меня от чужого любопытства многозначительно усмехнувшийся Трубецкой.

И замолчал. Вроде как ожидая новых вопросов.

Вот только с новыми вопросами никто не торопился. Все молчали, словно чего-то ждали.

Пришлось проявлять инициативу:

- Голодны?

Первым отреагировал Вяземский, качнул головой. Потом его жест повторил Тоха.

А вот Игорь и Сашка никак не показали, что услышали. Только оба смотрели на меня. По-разному.

У Игоря в глазах было сожаление. Неявное, неясно к чему относившееся, но точно сожаление. А вот Сашка, несмотря на внешнее недовольство, был в предвкушении. Азарт еще не пылал, но уже тлел, явно собираясь разгореться.

Сообразив, что на таком материале выводов не сделать, посмотрела на Тоху:

- Юлю видел?

Тема оказалась благодатной:

- Видел, - Антон лишь улыбнулся, но рванувшими эмоциями меня чуть не снесло.

- И не просто видел, - Вяземский подмигнул тут же смутившемуся Антону.

Я на миг прищурилась, пытаясь разобраться в тайном смысле сказанного, но тут же насмешливо усмехнулась. «Замазанный» лечебной магемой фингал под глазом я зацепила сразу, теперь определила и причину его появления.

Похоже, ребята с первого канала не упустили возможности пофлиртовать с новенькой.

Тоха тоже не упустил, но уже другой возможности – снять напряжение с помощью кулаков.

Плохо это или хорошо?

Я была против рукоприкладства, но в данном случае главное, чтобы без последствий. И не только физических. С дисциплиной здесь было строго. Как-никак, не развлекаться приехали.

- Ни на минуту вас нельзя оставить без надзора, - качнув головой, нарочито ворчливо протянула я.

Тоха сначала не понял, что его фингал секретом для меня не является, потом, явно играя на публику, несколько раз с энтузиазмом кивнул. Сашка с Юрой пусть и скромно, но улыбнулись, а вот Игорь посмурнел еще больше.

Нам бы поговорить, разобраться в отношениях, которые, то ли были, то ли нет, но…

Не время и не место. И легче от этого не становилось.

- Так что все-таки произошло? – сменила я тон. Несмотря на общий будоражащий эмоциональный фон, напряжение в парнях тоже ощущалось.

Первым дернулся Юрий, но тезка его опередил:

- Курсантов отправляют обратно. А нас оставляют.

Я уже собралась вновь вопросительно приподнять бровь, но стоило бросить взгляд на черную машину, как все встало на свои места.

Крестным и мой с ним разговор…

Контейнеры с холерным вибрионом. Места, где они могли быть вскрыты. Медицинский патруль и…

Я сама сказала Андрею, что готова участвовать в поиске. Ну а парни… Они уже и так оказались втянуты в эту историю, так что их присутствие не вызывало вопросов.

Внутри дернулось… Сначала – предвкушением. Затем – сожалением. Потом же только и оставалось, что хмыкнуть.

Всего полчаса назад была уверена в том, что всей своей сутью прочувствовала, в чем заключается мое предназначение, но стоило лишь поманить азартом поиска, как я оказалась готова забыть обо всем и броситься в адреналин нового приключения.

Отец, наверное, сказал бы о непостоянстве и был прав. Как ни горько об этом думать.

- Вы ведь знаете, в чем дело? – Кирилл перевел взгляд с Трубецкого на меня.

Ответить ни я, ни тезка не успели. Орлов подошел не один, с Людмилой Викторовной. И оба выглядели весьма недовольными.

- Саша, - не скрывая своего отношения к происходящему, начала Людмила Викторовна, - тебя перебрасывают в патруль. Пока на сутки… А вы почему еще здесь? – сведя брови к носу, резко бросила она братьям и Ане.

Те подскочили – на моей памяти Людмила Викторовна еще ни разу не повышала голос, переглянулись.

Кирилл все-таки был не только старше, но и умнее. Не дав младшенькому высказать все, что из него прямо-таки рвалось, легонько толкнул брата, предлагая ему помолчать. Потом подхватил Анну под руку, и, как совсем недавно со мной, потянул ее в сторону госпиталя.

Петр вздохнул и, посмотрев на меня исподлобья, направился следом.

- Саша, мне все это совершенно не нравится, - продолжила Людмила Викторовна, когда они отошли достаточно, чтобы не слышать нашего разговора, - так что я звоню Данилу Евгеньевичу. Начальник госпиталя так рассчитывал на нашу группу…

- Не надо, Людмила Викторовна, - перебила я ее. Говорила негромко, чтобы не привлекать к нам еще большего внимания. – Я потом все объясню.

И добавила, уже про себя: «Если позволят».

Людмила Викторовна в эмпатии тоже была весьма сильна, так что вот этой мысленной добавки не пропустила. Смотрела на меня внимательно, словно пытаясь добраться до нутра. Потом недовольно качнула головой, зыркнула на молчаливо стоявшего рядом Орлова и, развернувшись, тоже направилась к госпиталю.

А мне стало стыдно, как если бы предала.

Впрочем, с их стороны оно так и выглядело. Не будь того звонка, когда дала о себе знать, вряд ли бы Людмила Викторовна прилетела сюда сама, да привезла с собой ребят.

- Только не стоит винить себя в чем-то, - выбивая из размышлений, неожиданно схватил меня за плечи тезка.

Этого хватило, чтобы внутри рвануло:

- И не собиралась! – огрызнулась я. Дернув плечами, избавилась от чужой тяжести. – Нам куда? – перевела взгляд на Орлова.

Андрей поднялся с подножки, стряхнул с рук шелуху семечек, которые щелкал, дожидаясь нас, потом вытащил из кармана камуфляжа белоснежный платок и вытер ладони.

- Ну что, мальчики и девочки, - вернув платок в карман, окинул он нас насмешливым взглядом, - готовы к подвигам?

Я, нарочито скривившись – умел он взбодрить, демонстративно посмотрела на машину. Джип был тем же самым, с трассы, а вот водитель - другим. Того я запомнила и по внешности, и по ощущениям.

От этого тоже фонило силой, но мягче, не чувствовалось готовности действовать.

Впрочем, обстоятельства сейчас были другими.