Целительница. Выбор - Наталья Владимировна Бульба

Она недовольно качнула головой – на разговоры за спиной ей было наплевать, но огорчать Данилу, которому обязательно доложат о столь эмоциональном порыве со стороны Орлова, ей не хотелось. Однако Людмила Викторовна не только остановилась, но и, развернувшись, пошла навстречу быстро приближавшемуся к ней Орлову.

- Людмила Викторовна…

- Володя, – перебила она, когда они встретились рядом с цистернами с питьевой водой, - я же Вас просила…

- Людмила Викторовна… - перебив, твердо начал Орлов. Потом замолчал, глядя ей в глаза.

С Владимиром она познакомилась на месте ЧС будучи уже глубоко замужней дамой.

Людмила Викторовна прекрасно понимала, что данный факт для большинства не повод отказаться хотя бы от легкого флирта, тем более что Владимир был не только по-мужски хорош собой, но и оказался весьма интересным собеседником, привлекая к себе и харизмой, и эрудированностью.

Вот только… Спустя столько лет брака Людмила продолжала любить Данилу, как и в те волшебные дни начала их отношений.

Впрочем, даже не будь чувств, вряд ли бы она позволила себе хоть намеком запятнать свое имя. Не так ее воспитывали.

В отличие от Владимира, который, как только на месте ЧС стало чуть спокойнее, попытался взять ее приступом и остановился, только получив жесткий отпор.

Тот их разговор она помнила дословно до сих пор. И была рада, что второго общения на ту же тему не потребовалось. Орлов, несмотря на некоторые опасения, ее понял. Понял и принял все, что Людмила хотела ему донести.

Но! Как оказалось, для ветреного мужчины, которым считали Владимира, она стала той единственной, жить без которой ему стало невозможно. И это стало неприятным открытием для них обоих.

Они встречались – оба сотрудники МЧС, так что всяческие катастрофы и аварии сводили их с завидным постоянством. Он ничего не говорил, только смотрел нежно и печально. Она делала вид, что не замечает, но в душе все рвалось. Нет, не от жалости – он в ней не нуждался, от осознания коварства судьбы, сыгравшей с ним такую шутку.

А годы шли. И ничего не менялось. Ни с его, ни с ее стороны.

Грустно, но не ей себя корить за это.

- Люда, - неожиданно продолжил Владимир как-то даже не категорично – уперто глядя на нее, - я не имею права разглашать…

- Володя, не надо! – качнула она головой, сообразив, что речь точно пойдет не о его чувствах.

- Надо, Люда, ты должна знать! - резко выдохнул он и торопливо продолжил, словно опасаясь, что она вновь его перебьет: – Из филиала БиоХима пропало три контейнера с магическим модификантом холерного вибриона. В каждом по пять ампул с возбудителем. Во время похищения Саши ребята случайно обнаружили один из контейнеров. Осталось два.

Ее качнуло. От неожиданности – использование подобного рода возбудителей грозило поистине катастрофой, но мгновение смятения оказалось коротким.

Спрашивать, какое отношение сам Орлов имел к этой информации, она не стала – был членом центрального Штаба по ликвидации ЧС, так что обладал соответствующими полномочиями.

Уточнила то, что интересовало больше:

- Что предпринимает Штаб? - не позволила она даже тени беспокойства проявиться в голосе.

Владимир сразу как-то обмяк, продолжив уже без нажима:

- Начата активная эвакуация по списку приоритетов. Будем вывозить, пока хватит транспорта. Увеличено количество патрулей целителей в эвакуационных лагерях и на площадках, где ведутся работы. Ждем партию защитных артефактов. Борт уже сел в Баку, к вечеру они будут здесь.

- Но может оказаться поздно, - задумчиво сжала она пальцами подбородок. Отпустив руку, твердо посмотрела на Орлова: - Спасибо!

Глаза в глаза затянулось всего на пару секунд – Орлов кивнул и, развернувшись, направился к палаткам спасателей, а вот вслед ему она смотрела значительно дольше.

Смотрела, но видела одновременно и настоящее, и прошлое. Вот только самого Владимира в том прошлом не было.

С магоформой холерного вибриона она столкнулась, будучи студенткой последнего курса Академии.

Та весна была ранней и дружной. Солнце радостно топило темнеющий снег, выдавливая из него задорные ручьи. Птицы, словно обожравшиеся пьяной вишни, вопили с утра до вечера, как оглашенные. Девушек, торопливо выбиравшихся из зимних одежд, окутывал флер притягательности. Парни то ли с ужасом, то ли с восхищением наблюдали за происходящим, поддаваясь творившемуся волшебству. Ну а взрослые смотрели на них с понимающими улыбками и вспоминали молодость.

Тот день, несмотря на загрузку в Академии, тоже был бесшабашным и смешливым. Даже преподаватели, казалось, поддались общему безумию и не так строго относились к собственным студентам.

А потом все изменилось. Резко. Они только зашли в аудиторию после большого перерыва, когда по нервам буквально ударил звук включившегося тревожного сигнала.

Затем были быстрые сборы, тревожная поездка до уже оцепленного войсками подмосковного городка, где из лаборатории произошла утечка особо опасной формы холерного вибриона. И надежда, что успеют, что не будет слишком поздно.

Когда они добрались до городка, из двенадцати тысяч населения погибла уже половина. В ближайшие сутки за ними последовали еще две три.

Для целителей и обладающих стихийным даром холера, как и многие другие инфекционные заболевания практически не опасны. А вот для простых людей…

Больше с этой дрянью она не встречалась и не сожалела об этом. Ей хватало и вполне обычных, но, тем не менее, весьма опасных инфекций, частенько сопровождавших места чрезвычайных ситуаций.

- Людмила Викторовна…

Она так задумалась, что едва не забыла, где и почему находится. Вздохнув – чужой голос ее слегка напугал, повернулась к подошедшему Кириллу.

Еще один Орлов.

И ведь не родственник, всего лишь однофамилец, но вот эта харизма, перед которой молодым девицам не удавалось устоять, чисто орловская.

Петр был другим. Более мягким, хоть и не без стрежня. И более одаренным, что его старшего брата нисколько не смущало.

И это Людмилу Викторовну радовало. Хотя бы тем, что в отношениях братьев не было черной зависти, лишь легкое соперничество, нередко становившееся предметом беззлобных шуток.

- Вернись в госпиталь, - попросила она, надеясь на еще на пару минут одиночества.

Известие о холерном вибрионе. Беспокойство за Сашу, чья роль в патрулировании ей была теперь более чем понятна. Разговор с Владимиром…

Чтобы несколько растеряться, хватило бы и чего-нибудь одного.

- Людмила Викторовна, - не сдвинулся с места Кирилл, - где Саша?

Людмила Викторовна мысленно качнула головой. Еще один ветреный мальчишка, неожиданно нашедший ту, что изменит жизнь…

Если это так, то ни Кириллу, ни Александре она не завидовала. Даже если