Сделка, окрашенная кровью - Василиса Дрейк

Она грациозно качнула бедром, и темная ткань колыхнулась от этого движения.

— Ты — Избранная короля. Единственное, о чем тебе нужно мечтать, — это о своем платье. Или, если хочешь, я просто сотворю его для тебя.

Блеск в ее глазах говорил о том, что эта идея нравилась ей все больше с каждой секундой. Я вырвала карту из ее пальцев, она с легкостью отпустила ее с торжествующей улыбкой.

— Только потому, что мне страшно представить, во что ты бы меня нарядила, — проворчала я.

— У меня, между прочим, превосходный вкус, — фыркнула она.

Я отошла от зеркала и осторожно сняла свое нынешнее одеяние, бросив тоскливый взгляд на удобную ткань. Я никогда раньше не пользовалась картой созидания, даже не держала ее в руках, но магия всегда была интуитивной. Я закрыла глаза и попыталась представить, что надену. Я понятия не имела, какая сейчас мода, не говоря уже о вампирских стилях, кроме того немногого, что рассказала Амалтея. Я передала карте лишь общее представление, надеясь, что, как и с маскировочной магией, она заполнит пробелы. Я не одна из них. Магия прошлась по моему телу, обволакивая его. Я не добыча. Ткань начала появляться из искрящегося света, еще бесформенная, пока магия считывала мои намерения.

Я не хочу, чтобы они прикасались ко мне.

Когда платье наконец материализовалось, я вышла, чтобы Тея могла меня увидеть.

Она моргнула, впервые слегка растерявшись.

— Что ж, это определенно несет в себе сигнал. — Она быстро пришла в себя и подошла ближе, протягивая мне руку. — Осмелюсь сказать, ты готова настолько, насколько это вообще возможно. Рафаэль будет удивлен, увидев тебя!

Глава тридцать первая

Потребовалось почти полчаса на то, чтобы пробраться через извилистый лабиринт коридоров горного замка, не говоря уже о дополнительной сложности с обувью, которую одолжила мне Амалтея. После стольких лет, проведенных босиком в мечтах о нормальной обуви, я поймала себя на желании сорвать с ног эти остроконечные пыточные устройства на каблуках. Толстые мозоли на моих ступнях не были созданы для таких изысков. Пока Амалтея вела меня под руку, я пыталась мысленно составить карту замка. Коридоры были почти полностью пусты, и по мере приближения к бальному залу я поняла почему.

Когда Амалтея заявила, что у нас есть три часа на подготовку, она явно не собиралась приходить вовремя.

— Похоже, бал начался уже несколько часов назад, — прошептала я ей.

Она бросила на меня насмешливый взгляд, серый глаз искрился весельем.

— Ну разумеется. Ты не могла прийти первой. Этому платью необходима публика.

Я не была в этом так уж уверена.

Платье получилось именно таким, как я хотела, но я никогда не смогла бы его представить сама. Теперь, когда магия воплотила суть моих мыслей в реальность, я засомневалась, было ли разумно позволять этим чувствам направлять магию созидания.

Юбки струились вокруг меня, лиф и рукава были тяжелыми. Я посмотрела на себя в зеркало перед уходом.

Если Рафаэлю оно не понравится, возможно, мне позволят немедленно уйти с бала.

Слуга распахнул двери, и без дальнейших указаний глашатай объявил о нашем прибытии:

— Представляем придворную провидицу и советницу короля Рафаэля, леди Амалтею, и человеческую избранницу короля Рафаэля, леди Самару!

В зале воцарилась тишина. А может, тишины и не было, просто ни один звук не мог перекрыть гул в моих ушах, пока сотни пар глаз смотрели на меня.

Добыча. Для них я была добычей.

Перед глазами все поплыло, взгляд метался от группы к группе — море белых волос, бледной кожи и красных глаз окружало меня.

А затем мой взгляд остановился на одной фигуре.

Рафаэль.

В миг он стал единственным, кого я видела. Он был одет великолепнее, чем я когда-либо. Как и у Амалтеи, его шея была обнажена, и у меня не было ни малейших сомнений, что это не приглашение, а угроза. Эта мода была совершенно непохожа ни на что из увиденного мной в Королевстве Ведьм. Он был полностью в черном: роскошный шелк тянулся от плеч вниз, переходя в широкие рукава с манжетами. Одеяние было инкрустировано рубинами, сверкавшими в свете люстры, один крупный камень прикреплял плащ в тон за спиной. Голову венчала грозная корона. Строгие серебряные шипы оставались без украшений, заявляя о нем как о короле, которому не требовались подобные излишества.

Он выглядел похожим на себя, чем когда-либо, и в то же время его было совершенно не узнать по сравнению с тем вампиром, рядом с которым я спала в лесу.

В первый миг мне показалось, что он был шокирован моим появлением. Теперь от удивления не осталось и следа, и вместо этого на его лице появился заметный отблеск удовлетворения — от блеска в глазах до легкого изгиба губ.

Он уверенно направился к подножию лестницы, ожидая нас.

— Ох, отлично, а то я боялась, что он рассердится из-за того, что я привела тебя, — прошептала Амалтея.

Ее слова встряхнули меня достаточно, чтобы вернуть в реальность. Да, я была в бальном зале полном вампиров, но будь я проклята до восьмого круга ада — мне и так уже пришлось находится в замке, кишащем ими. Я знала, на что шла, пусть это зрелище и выбивало из колеи. Мы начали спускаться по лестнице.

Мой взгляд не отрывался от Рафаэля.

Когда мы подошли к нему, он обратил внимание на Амалтею.

— Мы с тобой поговорим позже. — В этих словах таилась едва заметная угроза, но ее оказалось достаточно, чтобы Амалтея поспешно извинилась и упорхнула, сославшись на то, что «ужасно хочет пить».

Он протянул мне руку, и я схватилась за нее, словно за спасательный круг.

— Не ожидал тебя здесь увидеть, — сказал он так тихо, что мне пришлось напрячь слух.

— Я это поняла. Могу уйти, — быстро сказала я, но Рафаэль покачал головой, не дав мне договорить.

— Нет. Лучше пусть они увидят тебя такой, какая ты есть.

— Слабым человеком? — мой скепсис был очевиден.

— Неприкосновенной. — Он чуть наклонил голову набок. — Весьма… эффектное платье. Оно тебе идет.

Я тут же смутилась. Кем был этот Рафаэль? Он был таким же прямым и свирепым, как всегда. Но в его словах появилась некая шелковистость, а также то, что он был одет не как растрепанный бывший заключенный, а как королевская особа, заставляло меня чувствовать себя странно.

Мое платье было полнейшей противоположностью вампирской моде. Я просила карту создания об одном: «Я не хочу, чтобы вампиры ко мне прикасались».

Магия преобразовала