Единственная повелителя орков - Елена Сергеева

— Называй как хочешь, но ваша легенда теперь бессмертна благодаря мне. Не благодарите меня, лучше намекни мужу, что неплохо бы учредить должность придворного барда повелителя. Как идея?

Я покачала головой, и снова не смогла сдержать смех.

— Не думаю, что он ее оценит, Ликах, — честно сказала я.

Бард только тряхнул головой и небрежно махнул рукой.

— Ладно, тогда мне стоит самому заняться распространением своего шедевра, — его глаза при этом так знакомо загорелись восторженным азартом, что я просто пожелала ему удачи.

Что касается вознаграждения, то, как я знала, Тааган весьма достойно отблагодарил барда. Повелитель всегд был щедр.

Ликах бы мог уже бросить кочевую жизнь, купить дом и остепениться. Но это было точно не в его характере. Выпросив себе хорошего коня, он попрощался и отправился в путь уже на следующее утро.

Его вел его азарт. Он снова повторил мне, что собирается покорить новой песней всех. Я не спорила. Видела, как горят его глаза. Я верила, что он точно добьется своего…

* * *

Прошли месяцы. Степь изменилась. Теперь на границах чаще видели торговые караваны, а не разведывательные отряды.

Черная веялка больше не возвращалась. И это уже сильно грело мое сердце.

Отношение к оркам среди людей тоже постепенно менялось.

Оживилась торговля и другие сферы взаимодействия. Орков охотно стали принимать в качестве наемников для охраны, как проводников и заключали контракты на долгосрочные поставки магического металла.

Мой авторитет целительницы настолько возрос, что уже другие лекари, не только из числа орков, считали за честь получить у меня консультацию. Даже особо смелые эльфы приезжали несколько раз.

Я восстановила свою память полностью. И теперь пользовалась двойным опытом целителя: как эльфийки и как человеческой знахарки. К тому же я много общалась и расширяла свои знания за счет разговоров с орчанками-целительницами. В степи встречали совершенно незнакомые растения, о которых я слышала только мельком.

Я задумала составить полный справочник известных мне лесных и степных целебных растений и Тааган целиком поддержал меня.

Он всегда поддерживал любую мою инициативу, если только она не была во вред мне. Я не искала славы, проводя дни в своем большом, новом шатре-лазарете, куда мог прийти за помощью любой — орк, человек или даже эльф. Но она сама пришла ко мне.

Мне нравилось, что мои труды помогают лечить и создавать лекарства, подходящие для всех рас без исключения. Это и стало моей целью в итоге.

Тааган, у которого тоже было немало работы в качестве правителя, наблюдая за мной, часто просто подходил, клал руку на плечо и хмурился:

— Ты снова забыла поесть, Меора. Или поспать. Я не для того тебя вернул, чтобы ты сгорела от усталости, любовь моя.

В его голосе не было приказа, только глубокая, тихая забота. Тогда я, улыбаясь, откладывала ступку, чтобы ненадолго прижаться к нему.

Однажды мы вернулись к тому холму, откуда открывался вид на черный лес. Теперь его было не узнать. Мы смотрели не на пепелище, а на ожившую степь. Лес оживал на наших глазах. Тонкие ростки тысячи новых деревьев тянули вверх свои ветви. Золотой лес возрождался. Духи вернулись в него, как и звери с птицами и насекомыми.

Я со слезами наблюдала дальние огни новых поселений эльфов.

Все же мир намного лучше мести и крови.

Той же ночью я сидела, прижавшись спиной к груди Таагана, чувствуя его ровное спокойное дыхание.

— Я больше не Риянэль, — тихо сказала я, глядя на звезды. — И я даже не та Меора, которую ты нашел в хижине знахарки. Я... просто я. Твоя.

Тааган крепче обнял меня, и его горячие губы нежно коснулись моего виска.

— Все правильно, любимая. Ты — мое настоящее. И мое будущее. Все остальное осталось там, в песне Ликаха. Пусть поют. А у нас с тобой своя жизнь. Новая и только наша…

Он осторожно опустил руку на мой еще плоский живот. Совсем недавно я узнала, что в нем зародилась новая жизнь. Наш желанный и долгожданный малыш. Я еще не знала сын это будет или дочь, одно с уверенностью могла предсказать — это дитя самой невероятной сильной любви какая только была на свете.

Я верила, что и его ждет только любовь с самого рождения. Ведь мы были вместе.

Эпилог

10 лет спустя.

Тихий, теплый степной ветер развевал мои волосы. Густой сладкий воздух пах нагретой за день землей и полынью. Я стояла на окраине стойбища и наблюдала как резвятся мои дети в компании своих сверстников и не могла наглядеться.

За эти годы я так и не устала от своей роли матери. Упивалась ею не меньше, чем целительским делом.

Именно в материнстве, как мне кажется, раскрылись новые грани моего характера.

Сынишка Угнар, наш маленький метеор, с темными вихрями волос, доставшимися ему от отца, с визгом носится по высокой траве от погони в виде двух таких же орчат.

А моя старшая, моя разумница, спокойная и рассудительная Неима. В ее осанке, в серьезном взгляде карих глаз уже проглядывает маленькая женщина. Она моя гордость.

С каким восторгом она учится различать травы. Хочет лечить, как я. И я верю, что она добьется своей цели. Такой упорной и усидчивой малышки я еще не видела.

Сейчас она с терпением, не свойственным ее девяти годам, пытается сортировать цветы, которые нарвала тут же в степи. Не для венка, а чтобы составить простой лекарственный сбор, который я ей показывала.

Сердце мое сжимается от любви, такой острой и безграничной, что кажется, вот-вот выплеснется через край.

Когда-то мое сердце было полно страха неизвестности и жутких тайн прошлого. Теперь же оно больше похоже на эту степную долину — полную жизни, света и покоя.

И вдруг этот покой нарушила знакомая тень. Сильные руки обняли меня сзади, и я почувствовала тепло его щеки на своем виске, запах ветра, кожи и просто… его.

Тааган. Любимый.

— Смотрю, ты опять работала до поздна. Ялса сказала, что ты так и не пообедала, — прошептал он своим низким, грудным голосом, от которого по коже всегда бегут мурашки.

Я рассмеялась, положив ладони поверх его рук. В его объятиях я всегда чувствовала себя защищенной.

— Она опять жаловалась на меня?

— Конечно, она беспокоиться о тебе. Ведь ты обещала помочь ей с завтрашним обрядом.

— Ой!

— Ты забыла, — мягко усмехнулся он мне в макушку.

— Совсем вылетело из головы, — со вздохом призналась я.

С недавнего времени, заполучить меня в качестве одной