Приват для Ректора, или Возраст имеет значение - Рика Лав

прислушиваться к тому, как он двигается за моей спиной, меняя положение. И вдруг почувствовала его дыхание там, между бедер, где я была столь влажной, что стыдно было даже думать об этом. О том, что он видит... Что трогает.

Я ахнула, когда Вадим Дамирович провёл языком от пульсирующего бугорка до входа, медленным плоским движением, собирая влагу. Вскрикнула в подушку, вцепляясь в неё пальцами. Он повторил это движение, потом ещё раз, каждый раз задерживаясь чуть дольше у входа, и вдруг кончиком языка проник внутрь, вытягивая из меня громкие стоны, которые я пыталась заглушить, но не могла.

— Не сдерживайся, җаным, — прошептал Вадим между движениями языка. — Я хочу слышать каждый твой звук. Хочу знать, что делает тебе особенно хорошо.

И проник глубже языком, заставляя меня зажмуриться до искр за веками, двигался он внутри меня в каком-то особенном ритме, то быстро, то медленно, то скользя к центру, чтобы обвести его кругами, то возвращаясь обратно. Руки его лежали на моих ягодицах, раздвигая их шире, давая себе доступ. Я ощущала себя невероятно открытой и уязвимой, но и одновременно защищённой, потому что это был Вадим Дамирович, и отчего-то я доверяла ему больше, чем кому-либо на свете.

Он продолжал ласкать меня языком, иногда добавляя пальцы, вновь вводя их внутрь, как на кухне. Напряжение все нарастало клубочком внизу, но в последний момент Вадим отстранялся, растягивая удовольствие до той грани, за которой начиналось безумие. Если… если он сейчас снова уйдет…

— Пожалуйста, — отчаянно простонала я в подушку. — Вадим Дамирович, пожалуйста, не останавливайтесь...

— Ещё рано, девочка, — усмехнулся он, легко шлёпая меня по ягодице и заставляя удивленно вскрикнуть. — Я ещё не закончил с тобой.

И Вадим быстро перевернул меня на спину, устраиваясь между моих бедер и продолжая ласкать языком, но уже в другом темпе, более настойчивом и жёстком. Губы его сомкнулись на чувствительном центре, посасывая так, что я начинала задыхаться в стонах, а потом язык снова скользнул ниже, проникая внутрь меня и двигаясь там, отчего я начала подаваться бёдрами навстречу его рту, забыв про стыд и приличия.

— Да… вот так, җаным, — прошептал он, отрываясь на мгновение и осыпая мои бедра поцелуями. — Двигайся. Покажи мне, чего ты хочешь.

Но я не могла показать, потому что сама не знала, чего хочу, только чувствовала, что мне нужно больше, намного больше из того, что он даёт. Вадим Дамирович снова отстранился, оставляя меня на грани, и я разочарованно застонала, открывая глаза и находя его темный взгляд.

— А теперь десерт, — Вадим Дамирович усмехнулся, ложась на спину рядом и похлопывая себя по груди. — Иди ко мне, девочка. Хочу, чтобы ты села мне на лицо.

На… я… на…

Я замерла, не веря своим ушам.

— Что? — переспросила, вмиг краснея до корней волос. — Я не... я не могу... это же...

— Тш-ш-ш, — он протянул ко мне руку. — Иди сюда, Лерочка.

В его голосе звучало что-то, отчего я невольно сжала бедра. Это безумие, настоящее безумие…

Но я подползла к нему на коленях, останавливаясь у его головы и не зная, как именно это делается. Нет, слышала... Я же работала в стрип-клубе. Но многое из того, что я слышала, у меня не укладывается в голове. Многое было стыдно даже представлять. Даже словами называть.

Поняв мои сомнения, как всегда понимал — без слов, Вадим Дамирович обхватил мои бёдра руками, направляя и помогая встать на колени по обе стороны от его головы лицом к… к… его плоти. Я так и замерла в этом положении, почувствовав, как его горячее дыхание коснулось моего лона.

— Опустись ниже, җаным, — скомандовал Вадим, жёстко притягивая меня вниз, и я послушалась, опускаясь, задержав дыхание. — Вот так. Да, красавица. А теперь возьми мой член в руку и попробуй его на ощупь.

Я посмотрела на его плоть, она стояла так твёрдо, что верхушка её почти касалась живота. Вздохнула и несмело протянула руку, обхватывая её пальцами. Вадим Дамирович низко застонал, притягивая меня ещё ниже, полностью садя меня на себя, и его язык коснулся меня, обводя кругами самое чувствительное место. Я всхлипнула, не отрываясь смотря на то, что было в моей ладони.

— Двигай рукой, моя девочка, — прошептал он между движениями языка. — Вверх-вниз, сжимая у основания и ослабляя хватку у верхушки. Да, вот так... Вот так... Ммм…

Я пыталась делать то, что он говорил, старательно двигая рукой по его плоти. Она пульсировала в моей ладони, влажная от жидкости, которая выделялась из верхушки. Вадим Дамирович продолжал ласкать меня языком, проникая внутрь, проходя вдоль лона, посасывая бугорок, возвращаясь обратно.

Я прикусила губу, начиная двигать бёдрами в такт его движениям, думая только о том, как хорошо мне сейчас. Так хорошо, как не было ещё никогда…

— Быстрее, җаным, — глухой голос, искажённый тем, что рот его был занят. — Да...

И Вадим ввёл два пальца внутрь меня, продолжая ласкать языком снаружи. Я вскрикнула, выгибаясь от сладкой волны внизу живота, страшась что он снова бросит меня на краю, но Вадим Дамирович не останавливался на этот раз.

Наоборот, он ускорял темп, пальцы его двигались внутри меня всё быстрее, лаская стенки, язык массировал снаружи безостановочно. Я чувствовала себя расплавленным золотом в руках опытного ювелира…

Что-то очень большое нарастало во мне, как огненный шар, пугая своей интенсивностью.

— Вадим Дамирович... Я… Я… — испуганно прошептала я, но он только мягко рассмеялся в ответ. Вибрация от этого прошла по моему лону, и этого хватило, чтобы я сорвалась в бездну удовольствия над его ртом, покачиваясь и невольно сжимая его голову бёдрами.

Вадим Дамирович гортанно застонал, прижимая мои бедра к себе ещё плотнее, продолжая ласкать языком, и только когда я начала отстраняться, слишком чувствительная для продолжения, он отпустил меня, бережно помогая опуститься на кровать рядом с ним.

Я лежала, тяжело дыша и пытаясь прийти в себя, смотря в потолок, а Вадим поднялся на локте, глядя на меня сверху вниз.

Боялась пошевелиться, потому что каждое движение отдавалось сладкой судорогой внизу живота и между бедрами. Мне казалось, что если я сейчас открою рот, то оттуда вырвется не голос, а этот жар, которым Вадим меня наполнил.

“Это” было похоже на то, как если бы я всю жизнь пила горькую воду, а меня вдруг напоили горячим медом. Я даже не заметила, как мой собственный язык коснулся нёба, пробуя этот воображаемый вкус. Восторг, такой робкий и непривычный восторг. Я не знала, что быть настолько слабой в мужских руках — это самое сильное удовольствие