Школа драконьих жен, или Мама, вас здесь не стояло! - Дарина Ромм

— Вылезай! Иди сюда! — шипел Сарган.

— Да пошёл ты! — отвечала я.

— Глупая, счастья своего не понимаешь! — настаивал он.

— Себе его оставь! — упорствовала я.

Не знаю, чем бы это закончилось, возможно, обезумевший мужчина справился бы со мной, оторвав от подоконника. Но вдруг рука Саргана соскользнула с моего запястья. Как раз в этот момент я дёрнулась и, не встретив сопротивления, по инерции отлетела вглубь комнаты.

Грохнулась на пол, отбив зад и локти, и зависла, слушая звуки скандала за окном. Кроме голоса принца там звучал ещё один, принадлежавший Нарру. И, кажется, к громкой ругани добавились звуки банальной драки.

Не раздумывая, я подскочила с пола, кинулась к окну и захлопнула его. Несколько секунд через стекло смотрела, как Нарр и Сарган машут кулаками, затем рванула к двери. Выскочила в общий зал, где заполошно носились королевские отборницы. Плюхнулась на ближайший стул и выдохнула – лучше здесь, в людном месте посижу и подожду начала смотрин.

Но только и тут меня нашли неприятности…

61

61

Пока суматоха в корпусе продолжалась, я сидела, прилипнув попой к стулу, и судорожно обдумывала только что произошедшее.

Что случилось с принцем, почему он начал так странно себя вести? В наши предыдущие встречи Сарган показался мне спокойным, чуть застенчивым, с чувством юмора молодым мужчиной. Но только что я видела агрессора, если не сказать хуже. Маньяка какого-то, право слово!

Вспомнив его пожелтевшие, ставшие тусклыми и мертвыми глаза, искривлённый рот, я поёжилась – бр-р-р, аж мороз по коже. Но, главное, он в жены меня хочет, и очень сильно. Настолько, что примчался ко мне под окно, едва узнал, что отбор для короля назначен на сегодня… Испугался, что его брат по праву сильнейшего заберет меня, оставив его с носом? Но зачем я Саргану?! А королю зачем?

Мысли снова вернулись к Нарру и нашему разговору в гостиной, рядом с артефактом. Было в нём что-то, зацепившее меня. Мелочь, но важная, раз сказанное до сих пор зудело на краю памяти и беспокоило. Ещё и странное выражение лица блондина, когда я заговорила про Пушкина и Золотого петушка. Моя интуиция просто вопила, что вокруг персоны Аполлинарии Милославич что-то плетётся, какой-то мужской заговор.

Оглянувшись по сторонам, я полезла в карман и достала бархатный мешочек, который отдала мне помощница лекаря. Вытряхнула из него на ладонь содержимое и долго смотрела на маленького золотистого цвета петушка, детскую игрушку, знакомую мне до боли. У меня в детстве была пара петушков, подарок бабушки. И сейчас на моей ладони лежал один из них, тот самый, что пропал несколько лет назад.

Я сразу его узнала по примятому краешку пера на хвосте – это я долбанула игрушкой о бетонную ступеньку в подъезде. Получила тогда от бабули жесткий втык и наказ никому не показывать и беречь петушков пуще глаза. Одного вот не уберегла, он исчез после смерти родителей. Или раньше, я точно не выяснила… Но откуда, откуда он мог взяться здесь, в вещах таинственной и подозрительной Аполлинарии Милославич?!

— Чего расселась?! — неприязненный вопрос и пинок по ножке стула заставили меня торопливо сжать пальцы, пряча игрушку в ладони.

Я подняла глаза – возле меня стояла Зольдана, носатая блондинка со стервозным лицом.

— Чего тебе? — поинтересовалась я, незаметно складывая петушка в мешочек, а тот – в карман.

— Чего расселась на дороге, спрашиваю?! Не видишь, ты мешаешь пройти!

Не зная, что ответить на этот наезд, я рассматривала девицу, поражаясь, как она сумела так быстро собраться на смотрины. На Зольдане было ярко-жёлтое платье, ни разу не похожее на форму. На голове вавилоны, или как называется эта многоярусная конструкция из кудрей? На лице – недовольство. Девица сложила на тощей груди руки и постукивала по полу ножкой в жёлтой, в тон платью, туфельке.

Из-за спины Зольданы появились ещё две девы из компании Элоди. Тоже полностью собранные, наряженные в праздничные платья и с идентичными завитушками на голове. Ой-ой, кажется, кто-то всё же применял магию, создавшую такую одинаковую «красоту»! Интересно, что Шнобель скажет на это? Или подружкам её племяшки правила не писаны? Представляю, как «роскошно» тогда будет выглядеть сама Элоди!

— Девочки, вы уже полностью собрались на смотрины? Носики попудрили, платочки надушили? — спросила я, всё ещё надеясь, что эта троица просто так мимо шла, а не чьё-то задание меня побить выполняет.

— Не волнуйся, разноглазая, всё приготовили. А вот ты, смотрю, даже не потрудилась в приличный вид себя привести. — Зольдана прошлась брезгливым взглядом по моему форменному платью и собранным в простую косу волосам. — Позоришься сама и нас позоришь!

Я тоже себя оглядела – и какие претензии? Платье у меня чистое, обувь аккуратная, грязи под ногтями не наблюдается. Всё в точности с требованиями Шнобель.

— Девочки, я выгляжу так, как велела мэтра директриса. Так что идите своей дорогой, — посоветовала мирно. Краем глаза заметила пробегавшую мимо достопочтенную Доротею. В какой-то момент показалось, что она сейчас подойдёт и разгонит девиц, хотя бы заставит их пойти и переодеться в форму. Но нет, толстушка только глянула в нашу сторону и понеслась дальше.

— Девочки, она нам хамит? — Зольдана приподняла бровь и повернулась к своим подельницам.

— Хамит, — поддакнула та, что стояла справа.

— Нагло хамит. Нужно на неё пожаловаться, — посоветовала та, что слева.

Зольдана покрутила головой.

— Ну не-е-ет, жалобы – это недостойно. Мы сами её проучим!

Не успела я моргнуть, как блондинка наклонилась ко мне и взмахнула рукой. «Вжик» – и по коже ноги скользнул холодок острого металла.

— С ума сошла! Зарезать меня решила?! — взвизгнула я, вскакивая на ноги и отступая назад.

— О чём ты, Милославич? Где ты видишь у меня нож или что-то острое? — Зольдана показала пустые ладони. — Просто ты неуклюжая: зацепилась за гвоздь и порвала платье. Зато теперь выглядишь просто отлично!

Пакостные девки довольно захихикали и дружно смылись. Ну а я осталась тупо смотреть на идеально ровный разрез на юбке, открывающий ногу от щиколотки до самого бедра. Е-моё, Анджелина Джоли на «Оскаре», не меньше!

Решив, что я не гордая, могу и переодеться, пошла в свою «келью». Сначала