Школа драконьих жен, или Мама, вас здесь не стояло! - Дарина Ромм

Сегодня леди была одета в алый бархат, перекликающийся оттенком с платьем Элоди. Украшения гроздьями свисали с её ушей и запястий, а колье на груди было таким массивным, что, как доспех, закрывало всё декольте и шею. И даже на живот спускалось! Достойная свекровь для богатырши Марник получилась бы, кстати. Вкусы у дамочек похожи, судя по всему.

Девушки, все как одна, при виде королевы присели в реверансах. Одна я осталась стоять, забыв о манерах. Может, сейчас мне поставят двойку за поведение и вычеркнут из списка королевских кандидаток?

— Милославич, живо поклонись! — долетел до меня злой шёпот, и сзади меня дёрнули за юбку. Ох ты, достопочтенная Доротея что ли так агрессивно за мои манеры переживает? Я кое-как согнула колени и изобразила некую фигуру, больше похожую на журавля с радикулитом.

— Ваше Величество! — кинулась к королеве Шнобель. Заискивающе засюсюкала: — Девочки в полной готовности, как видите. Все в нетерпении и предвкушении. Нервничают и мечтают оказаться достойными одобрения Его Величества!

При упоминании короля лицо Лукрелии чуть заметно дрогнуло в неприязненной гримаске. Но тут же разгладилось и вновь стало надменным и властным. Женщина прошлась взглядом по нашей нестройной шеренге. Надолго задержалась на Элоди, но никаких замечаний её внешнему виду не высказала. Видимо, алый шелк, украшения и декольте до пупа – обычное явление для сироток из пансиона «Ласточка».

Дойдя до меня, Лукрелия брезгливо поморщилась и сразу отвела взгляд. Объявила:

— Его Величество Нарравар уже прибыл и ждёт вашего появления, девушки. Хотя сегодня лишь предварительный этап смотрин, советую вам проявить себя с лучшей стороны. Помните, что первое впечатление – самое яркое и стойкое. Не упустите свой шанс привлечь внимание короля.

С этим напутствием она указала на узкую неприметную дверь сбоку от главного входа:

— Заходите, поднимайтесь на сцену и выстраивайтесь в одну шеренгу.

Девушки по очереди начали протискиваться в узкий проход, причём богатырше Марник пришлось встать бочком. Я шла последней, и в спину мне упорно дышала достопочтенная Доротея. Да чего она ко мне прилипла-то? В груди появилось неприятное сосущее чувство. К тому же, от женщины так сильно пахло какой-то тухлятиной, что меня затошнило.

Быстро проскользнув в дверь, я обернулась и решительно захлопнула её за собой, отрезая проход Доротее. Тётка, оставшись снаружи, завопила что-то ругательное и начала дёргать ручку, пытаясь открыть. Но я уже задвинула засов, так удачно оказавшийся на двери. Нет уж, пусть идёт через центральный вход, нечего липнуть ко мне.

Пока я разбиралась с толстухой, девушки уже выстроились в ряд. Элоди в центре, по бокам её свита, остальные – куда смогли встать. Камилла и Женезин оказались с самого края на противоположной стороне сцены.

Решив, что мне надо туда же, я поднялась по лесенке на сцену и посеменила к девчонкам. По дороге усердно всматривалась в зрительный зал, где, судя по всему, и находился король. Увы, на первых рядах сидели все те же самые «господа драконы», которых я уже видела. И ни одного нового лица!

Страшный Стаур, рыжий Варнар и блондинистый Нарр устроились с краешка в пятом или шестом ряду. Дальше зрительный зал терялся в темноте, и кто именно там спрятался, было не разглядеть. Но кто-то там точно сидел! Наверняка сам неуловимый король Нарравар, а может, и принц Сарган с ним… Судя по всему, король показывать нам свой светлый лик не собирался. Вот гад!

Я так засмотрелась на ряды зрителей, что совсем забыла про осторожность в окружающем меня гадюшнике. За что и поплатилась, естественно.

65

65

Я шла по сцене, моя голова была повернута в сторону зрительного зала, а затылок – к ждущим королевского внимания девицам. Именно поэтому я не заметила, какая гадина дернула меня за фартук!

Но это сделали, и так удачно, что передник мгновенно оказался на полу. Еще не поняв, что произошло, я по инерции сделала широкий шаг правой ногой. Разрез на юбке, сотворенный Зольданой и теперь ничем не прикрытый, широко распахнулся… Со стороны зрительного зала донесся дружный восторженный выдох десятка мужиков.

Я сделала второй шаг, и в разрезе показалась левая нога. Длинная, белая… Из зала полетел радостный свист и улюлюканье, а я собралась сделать третий шаг. Ну и пусть такой разрез – это неприлично! Смущаться уже поздно, а зрителям мой недостриптиз, судя по всему, очень даже нравится.

В общем, третий шаг я хотела сделать, да не успела… Раздалось оглушающее рычание, и меня подхватила какая-то сила. Оторвала от пола, стиснула бока, и в одно мгновение я оказалась за кулисами. Да не просто так, а закутанная в занавес, который только что висел, а теперь был обмотан вокруг меня, не давая ни шевельнуться, ни вздохнуть от посыпавшейся с него пыли.

— Лукрелия, мэтра Трюфлешнабель, почему участницы смотрин ходят полуголые?! — взревел господин дракон по имени Нарр, продолжая обматывать меня пыльной тряпкой. Где-то неподалеку маячили бледные лица королевы и Шнобель, а блондин разве что пламя из носа не пускал. Ой и ай, как говорится, похоже, сорвала я смотрины! Или это только для меня они закончены?

— Аполлинария, у тебя что, целой одежды нет?! — блондин злобно уставился на меня. В глазах у него полыхало яростное пламя, а зрачки пульсировали. И дымок шел из носа, я совершенно точно видела!

— Ты что делаешь, Нарр?! — запищала я из своего кокона и чихнула. Громко, раскатисто. — Разматывай меня, гад такой, я дышать не могу!

— Милославич, ты что себе позволяешь?! — возмущенно завизжала Шнобель. Королева Лукрелия картинно приложила ко лбу запястье и простонала:

— Как она смеет, эта негодяйка?! Таким тоном с королем разговаривать! Дрянь! С самим королем фамильярничает!

— С королем?! — воскликнули мы со Шнобель в один голос и уставились на Нарра, как на… Мэтра смотрела на него с потаенным страхом, как незаконный демонстрант на омоновца, а я… Мне убить его хотелось! С особой жестокостью! И я бы сделала это, будь у меня руки свободны!

Тем временем вокруг поднялась жуткая суматоха. Можно сказать, наша маленькая группа моментально превратилась в эпицентр урагана. Остальные участницы смотрин окружили нас, а впереди, разумеется, была Элоди.

— Это подстроено! — заверещала она, тыча в меня пальцем. — Мерзавка Милославич специально порвала юбку, чтобы совратить благородных господ драконов! Это же известная распутница!

Ее верные подружки запричитали, словно попугайчики, знающие по одной фразе: «Срам! Безобразие! Наглая