Темнота в окне напротив - Вивиана Торн

Ну а я…

Я нарядилась в Афродиту. Белое длинное платье и золотистый корсет.

Все это — лишь декорация. Внутри меня течет лава и обжигает лед. Потому что я вся в безумных мыслях.

Понятия не имею, как быть.

Говорить ли Хантеру о Робе или о возможной беременности? Мозги превращаются в кашу, а внутренности — в дрожащее желе.

И то, что я распаковываю еще парочку тестов на беременность в гостевой ванной шикарной современной виллы Ливии, только усиливает мое волнение.

Купленные тесты упрямо показывают две полоски.

С одной стороны, мне хочется набрать Хантера и немедленно поделиться новостью. С другой… я как будто нахожусь не в своем теле. Все это происходит не со мной. Смешавшиеся эмоции вытесняют разум.

Я чувствую себя полностью… потерянной и не знаю, за что хвататься.

С трудом слежу за временем. Поездка до Беллинцоны на минивэне всей группой — я наблюдаю за ней отстраненно, словно все это происходит с другой девушкой… Не с Эстер.

И стоны Персефоны Крис, зажатой на заднем сиденье между двумя церберами, не выводят меня из этого состояния.

Даже не хочу думать, что они делают с ней.

Зацикливаюсь на вопросах.

Я беременна.

Как, блин, сказать об этом родителям?

А если они вместе с новостью о беременности увидят мои порно-видео?

Нет…

Роб не станет этого делать. Я с ним поговорю по-хорошему и все объясню.

Нет…

А вдруг?

Меня резко возвращает в реальность, когда я выхожу из минивэна перед входом в карнавальный городок и встречаюсь лицом к лицу с греческим богом войны — Аресом.

Точнее, с Хантером.

Он здесь. А я была настолько занята своей мешаниной в голове, что забыла контролировать его передвижения в приложении.

Конечно он здесь.

Хантер нашел меня.

Его костюм в несколько крат усиливает разрушительную темноту, которой он меня бесповоротно окутал. Низ живота скручивает от тягучего желания, а в груди трепещет взволнованное сердце.

Он невероятен.

Господи, не удивлюсь, если один из предков Келлеров был богом войны.

Тяжелый темный взгляд, придавливающий к месту. Туника с металлическим нагрудником. Пурпурный плащ, свисающий с плеч. В руке зажато копье.

Черные татуировки придают кровожадности и беспощадности…

Если я скажу ему, что некий Роб шантажирует меня нашими интимными видео, Хантер не раздумывая свернет ему шею, а потом ради удовольствия раздробит каждую кость в его теле.

Я должна избежать кровопролития…

Уверена, должен быть другой выход.

Арес не двигается, стоит и пожирает меня своим взглядом так, будто собирается взять меня в качестве своего подношения…

Я не против, но тоже застряла.

Все естество рвется сказать ему о возможной беременности и показать положительные тесты, которые я запихнула в маленькую сумочку.

Но я просто стою и любуюсь им.

Вокруг нас ходят люди, разодетые в самые разные костюмы. Карнавал в Беллинцоне славится тем, что в нем участвуют все, от мала до велика. Центр города закрывают на неделю. Бары и дискотеки работают чуть ли не круглые сутки. Алкоголь льется рекой, и каждый, кто заходит на карнавал, должен быть соответствующе одет. Здесь нет места «гражданским». Только фантазия, маски и костюмы.

Сейчас они исчезают.

Остается только грозный бог войны и я… Афродита. Его Афродита.

Хантер приближается.

Я выдыхаю, потому что мне было важно, чтобы он сделал первый шаг.

Обмякнув в его объятиях, чувствую, как слезы скатываются по щекам.

Вообще не понимаю, почему плачу. Хантер здесь. Он моя опора… Ведь так же? Пусть возьмет все с Афродиты.

— Я скучал. — шепчет он мне в губы и целует.

Да… Так целуются только божества. Приникая всем телом и высасывая душу, чтобы вознести ее на небеса.

Нас прерывает вибрация телефона. Я достаю телефон и мельком просматриваю сообщение.

Незнакомый номер:

«Через 15 минут в общественном туалете на площади».

«Ни минутой позже».

«Только ты».

«Иначе я всем разошлю то дерьмо».

«Я просто хочу поговорить. Не переживай. Я не причиню тебе вреда. Просто поговорить».

От увиденных слов кровь леденеет.

Поднимаю глаза на Хантера.

— Хочешь что-то мне рассказать? — ровным непоколебимым голосом спрашивает он.

Я открываю рот, но не говорю ничего.

В этот момент решаю не выдавать Роба. Но мне стоит предупредить этого придурка, что Хантер подобных выходок просто так не оставит.

52

Хантер

Я жадно вдыхаю аромат Эстер. Хочется ее съесть.

Моя… Афродита.

Она великолепна. Белое платье, золотой корсет. Эстер сияет.

Еще немного — и я упаду к ее ногам.

Итан Бергер в кои-то веки дал мне хороший совет — взять костюм Ареса для карнавала. Бога войны. Этот образ идеально сочетается с моим намерением похитить Афродиту и никогда больше ее не отпускать.

Мне не стоило от нее отдаляться, вестись на просьбы ее родителей и оставлять в Лугано. Да, ничего не случилось, и она здесь, рядом, но сейчас я понимаю, что не дышал, пока Эстер была вдали.

Она мой воздух.

Взвалить на плечо. Взять. Увести в логово. Овладеть. Никогда не отпускать.

Вот какие примитивные мысли мечутся в моей голове, пока я вдыхаю ее аромат, и они не радуют. Потому что я на грани того, чтобы отказаться от своего решения быть для Эстер грин-флагом.

Я очень старался. Но всему есть предел, особенно когда она выглядит как богиня. И дело вовсе не в костюме. В Эстер что-то изменилось.

Мне срочно нужно ее смять, облизать, послушать, как она стонет, оказаться внутри, пометить…

Идиот…

О чем я думаю?

Я просто идиот, что позволил горечи взять над собой верх.

Замечаю слезы на глазах Эстер.

Она настолько рада меня видеть?

Или…

Или что-то не так.

Непонимание наносит тупой удар в грудь. Плохое предчувствие делает подсечку.

Я не выпускаю свою Афродиту из рук, забыв об упавшем на асфальт копье.

Не отпущу. Моя. Она только моя.

Я считаю до десяти, пытаясь успокоить разбушевавшиеся звериные инстинкты.

Получается.

Да, Эстер согласна стать моей женой, но мне все еще лучше притворяться, что я грин-флаг, и не подавать виду, что собираюсь ее похитить.

Даю ей пространство.

Эстер проверяет телефон, и я замечаю, что она наклоняет экран так, чтобы я не мог прочитать сообщения. Но я и не собирался. Я доверяю ей, пока она рядом, в зоне досягаемости моих рук, губ и… члена, который уже затвердел под древнегреческой туникой.

— Идем? — тянет Эстер меня за собой через турникеты, и я бы пошел за ней в ад, если