После развода. Одна в ином мире - Мартиша Риш

разглядишь. А чтобы достать хоть что-то, нужно изобразить из себя начинающую пантеру. еще попробуй через нижнюю тумбу дотянуться! Куда лучше было бы поставить буфет. Ну или сделать несколько узких полок пониже. Главное, свекрови об этом не ляпнуть, опять обидится и назовет меня неразумной.

Я вылила содержимое остывшего чайника в кастрюльку, подумала и вскипятила еще один. Наверняка невольнику лучше дать теплую воду. Интересно, парень уже очнулся или еще нет? За окном сумерки, вечер настал. Скорей всего он вот-вот придёт в чувство. Бесы! Там же темно! Ладно, не страшно, возьму фонарик. Только бы Женька сегодня в качестве исключения не вернулся домой вовремя. Ему же еще уроки делать, а если он о какой-нибудь контрольной вспомнит? Плохая из меня вышла мать, но какая уж есть.

Я перелила воду из чайника, подхватила все в руки. Для того, чтобы пролезть через портал, картину пришлось отодвигать от стены носом. В дыру я пролезла с большущим трудом и тут же поняла, что вообще не знаю, как устроен мой дом. Даже примерно. Кругом тьма, окна плотно закрыты, где включать свет совершенно не ясно. Да и можно ли его тут включить? Скорей всего особняк освещался свечами. Словно в такт моей догадке на потолке качнулась люстра и зазвенела хрустальными подвесками. Мне стало не по себе. Сквозняка здесь нет, тогда почему качается люстра? Может, это из-за того, что за окнами шумит море, бьется волнами о скалу, на которой вырос мой особняк. А может, здесь существует привидение? Одна мысль страшнее другой.

Я прошла немного вперёд, выхватывая светом фонаря то один угол дома, то другой. Везде чисто, нигде нет ни пылинки, вот только и мебели почти нет. Закрыла ли я входную дверь в этот дом? Вроде бы нет, лекарь ушел отсюда последним, до того, как я нырнула в портал. Может, проверить? А может, и не нужно. Страшно очутиться одной посреди пустого особняка, все кажется слишком уж нереальным. И комнаты эти, и запахи, и тяжёлые портьеры на окнах, и лепнина в форме когтистых горгулий на потолке. И вновь звенит люстра. Если бы я могла, я бы пришла сюда утром, раскрыла все окна, чтобы дом наполнился светом. А если не случайно мне продали его так поспешно, вдруг здесь что-то не так? К примеру, как с моим рабом, которого отдали мне на сдачу, только чтобы не искать ему лекаря. Может, дом вот-вот рухнет в море? Не случайно он навис над обрывом? Или он кишит привидениями. Одна мысль хуже другой. Если второе, то это не так уж страшно. Пускай летают, изведу, если что, найду способ. По крайней мере, у меня есть свой дом, а с остальным я как-нибудь справлюсь.

Наконец свет фонаря выхватил из тьмы нужную дверь. Да, вроде бы это она — тяжелый кованый засов, плотно сбитые меж собой грубые доски. Мне почудились шаги на втором этаже, мягкая поступь чьих-то лап, или это шаги человека? В голове мелькнула и исчезла глупая мысль, вдруг да Женька сегодня рано вернулся домой, нашел портал, вот и пробрался сюда? Да нет, вряд ли. В любом случае, все проблемы одновременно решить невозможно. В первую очередь я взгляну на невольника, напою его, может даже, удастся немного поговорить. А уж потом как следует обойду дом и дверь входную я обязательно проверю.

Я решительно подошла к двери, отодвинула засов и шагнула внутрь комнаты. Невольник таращится в потолок, его кожа будто бы еще сильней побелела. Рука сжата в кулак, неужели он мне так угрожает? Хочется оставить воду здесь, у двери, немедленно выйти из этой комнаты, вернуться обратно в квартиру. Нет уж, бояться — последнее дело, да и торговец говорил, что на парне совсем не случайно сияет рабский ошейник. Даже если захочет, он не сможет причинить мне вреда.

Я подошла ближе, как следует рассмотрела несчастного. Тот даже не шевельнулся, лишь только сильней сжал кулак. И все больше он напоминает мне мужчину из зеркала, который сожалел о том, что меня не убил. Но только напоминает, ясно же, что это не может быть он. Да и в сознании ли невольник? Я поставила фонарь на пол, так света он дает еще меньше, но все же хоть что-то. Кастрюлю, наоборот, сильней прижала к груди, брякнула о ее бок пластиковая кружка. Вот только тени сильнее и глубже залегли на теле раба, теперь он кажется совсем больным, слабым, толком и не очнувшимся.

— Очнулся? — спросила я.

— Да, сиятельная, — почти шепотом ответил парень.

— Пить хочешь?

Молчит, не торопится отвечать. Наконец-то слегка кивнул головой, или так легла тень фонаря. Хоть бы он сел. Я зачерпнула полную кружку воды и поднесла к его губам. Жадный глоток, парень чуть облизнулся, вода потекла по подбородку.

— Ты бы сел? — нерешительно предложила я.

— Боюсь, я не в состоянии этого сделать... сиятельная, — тихо ответил парень, — Удар магии оказался слишком значительным, я ещё не обладаю достаточными силами.

— Вот как?

Я прикинула, как бы мне лучше устроить парня. Ни пледа нет, ни одеяла, нечего подложить ему под голову. Была бы я умной, купила бы ему подушку. Из дома свекрови такую вещь не возьмёшь, она мигом обнаружит пропажу. "Порядок есть стержень жизни" — так она говорит. Может, свекровь и права, вот только мне что сейчас делать? Лазать по шкафам особняка, искать что-нибудь подходящее там? Совсем не хочется делать это во тьме.

— Госпожа, я прошу дать мне еще воды. Я смогу быть вам полезен потом, клянусь, — с безумной мольбой в голосе прошептал он, будто боялся, что я могу ему отказать.

Я поставила злосчастную кастрюлю на пол, села на постель парня, кое-как, одной рукой привалила его голову к своему бедру и подала воду. Невольник принялся жадно пить, будто не видел воды целую вечность. Еще одна кружка, чтобы набрать ее мне пришлось извернуться, парень все так же пьет большими глотками без перерыва.

— Наверное, хватит, — я побоялась, что рабу станет дурно. Рабу. Нет, так дело не пойдет. — Как тебя зовут?

— Ч... У меня больше нет имени. Я всего лишь ваш раб, и уже не маг даже.

— Но как мне тогда к тебе обращаться? — я набрала еще чуточку воды, поднесла к губам парня, —