Попаданка. Замуж по принуждению - Юлий Люцифер

Я стиснула зубы.

Кольцо на моем пальце оказалось холодным. Чужим. Красивым, тяжелым, с черным камнем в оправе из темного золота. Когда Кайден надел его мне, черная линия на запястье вспыхнула сильнее и, кажется, стала чуть шире.

Толпа снова заволновалась.

Священник сделал вид, что ничего не замечает, и продолжил.

Потом настал его черед. Мне в руки вложили второе кольцо. Оно было мужским, массивным, с выгравированным по ободу узором, похожим на переплетение шипов и пламени.

Я подняла взгляд.

Кайден смотрел прямо на меня.

Спокойно.

Внимательно.

Так, будто церемония для него была не формальностью, а чем-то, за чем он тщательно следил.

Я надела кольцо ему на палец.

И в тот же миг кулон на моей груди обжег так сильно, что я едва не вскрикнула. Перед глазами вспыхнуло.

На долю секунды.

Но этого хватило.

Я увидела что-то чужое.

Темный коридор.

Камень.

Огонь за решеткой.

Мужскую руку в крови.

И голос — низкий, глухой, как из глубины колодца:

Не подпускай его к сердцу.

Я вздрогнула и едва не выронила руку Кайдена.

Видение исчезло.

Священник уже завершал последнюю часть обряда.

— …объявляю вас связанными перед богами и законом.

В зале раздались сдержанные аплодисменты.

Сдержанные — потому что радости в них не было. Это был не праздник. Скорее утверждение свершившегося факта, который все давно ждали.

Я стала его женой.

По принуждению. Перед толпой. Под взглядами тех, кому не было до меня дела.

И едва эта мысль окончательно оформилась, как я вдруг ощутила нечто еще.

Не боль.

Не страх.

Присутствие.

Будто где-то внутри чужого тела, в самой глубине, шевельнулось что-то спавшее. Не голос, не память — пока только слабый отклик. Как эхо другой женщины, которая жила в этом теле до меня.

Эвелина.

Я едва удержалась, чтобы не оглянуться по сторонам, словно ожидая увидеть ее среди теней.

Кайден слегка сжал мои пальцы.

Напоминание.

Я выдернула руку первой.

Это заметили.

Я услышала чей-то тихий, злой смешок.

— С характером, — прошептала какая-то дама позади.

— Ненадолго, — ответила другая.

Мне хотелось повернуться и вцепиться ей в лицо.

Но вместо этого я выпрямилась и вскинула подбородок.

Если они ждут сломленную жертву — пусть хотя бы пока не получают удовольствия.

Священник отошел. Кто-то из придворных двинулся ближе, явно собираясь поздравлять. Но стоило Кайдену едва заметно поднять руку, как все остановились.

Вот так просто.

Одно движение — и целый зал послушно замер.

Я перевела на него взгляд.

Да.

Теперь я видела это ясно.

Он не просто влиятельный лорд. Не просто жених из могущественного дома.

Он — человек, чье присутствие давит на пространство. Человек, чья воля здесь ощущается почти физически. Будто если он захочет, весь этот храм вздохнет в такт ему одному.

И именно поэтому его боятся.

Не только из-за силы.

Из-за власти, в которой нет суеты.

Из-за спокойствия, за которым чувствуется абсолютная уверенность: он сильнее.

— Уведите леди в карету, — сказал он кому-то за моей спиной.

Не мне.

Про меня.

Словно я уже стала частью его распоряжений.

— Я сама умею ходить, — процедила я.

Он перевел на меня взгляд.

— Прекрасно. Тогда иди.

Больше ничего.

Ни насмешки. Ни приказа погромче. Ни попытки удержать.

И почему-то именно это взбесило особенно сильно.

Я резко развернулась и пошла по проходу, стараясь не запутаться в длинном подоле. Спиной чувствовала взгляды. Слышала шепот. Чувствовала, как горят щеки.

Уже у выхода кто-то вдруг тихо окликнул:

— Эвелина…

Я обернулась.

Та самая юная девушка в сиреневом платье. Светлые волосы, бледное лицо, серые испуганные глаза. Ей было не больше семнадцати. Она смотрела так, будто хотела сказать что-то важное, но не смела.

Рядом с ней стояла статная женщина лет сорока с идеально гладкой прической и тонкими губами. Ее взгляд был холоден как лед.

— Мира, — произнесла женщина негромко, но так, что девушка тут же побледнела и опустила голову.

Я запомнила имя.

Мира.

В следующую секунду меня уже вывели из храма.

На лестнице ударил в лицо холодный воздух. Небо над дворцом затянули серые тучи. Во дворе стояли кареты, стража, лошади, слуги. Каменные фигуры чудовищ на парапетах смотрели вниз пустыми глазницами.

Я остановилась на верхней ступени.

Огромный черный экипаж с гербом в виде серебряного пламени уже ждал у подъезда.

Мой экипаж.

Его экипаж.

Наш.

От одной этой мысли стало дурно.

— Леди.

Рядом оказался тот самый седой мужчина, что приходил за мной в комнату. Вблизи его лицо выглядело еще суше, резче. Ни одной лишней эмоции.

— Карета готова.

— Как вас зовут? — спросила я, сама не зная зачем.

Он будто удивился самому вопросу.

— Рейнар. Управляющий дома Вальтер.

— И вы всегда так спокойно смотрите, как женщину выдают замуж против ее воли?

В его глазах что-то мелькнуло.

Не стыд. Не смущение.

Скорее усталость человека, который слишком давно живет рядом с жестокими правилами и перестал замечать, как чудовищны они со стороны.

— В этом мире, леди, — сухо ответил он, — многие вещи происходят не по воле женщин.

— Тогда ваш мир отвратителен.

Он не возразил.

Лишь чуть склонил голову, будто не имел права соглашаться вслух.

Дверца кареты открылась.

Я уже собиралась войти, когда за спиной снова раздались шаги.

Его шаги.

Даже не оборачиваясь, я узнала их сразу.

Кайден подошел ближе. Рядом с ним воздух будто похолодел. Слуги тут же отвернулись, стараясь не попадаться на глаза.

Я повернулась.

— Чего еще?

— Осторожнее с языком, — произнес он негромко.

— Или что?

— Ты теперь носишь мое имя.

Я чуть не рассмеялась от ярости.

— Ваше имя мне не нужно.

— А вот мне нужно, чтобы ты не позорила его на людях.

— На людях? — я шагнула к нему ближе, забыв про страх. — Вы силой женили меня, даже не удосужившись объяснить, что происходит. Вытащили в храм, будто вещь. А теперь говорите мне про позор?

Рейнар застыл каменной статуей.

Слуги окаменели.

Наверное, я снова говорила то, что здесь никто не позволял себе вслух.

Кайден смотрел на меня молча.

И чем дольше длилось это молчание, тем отчетливее я понимала, что мне следовало остановиться еще на первом предложении. Но поздно. Меня несло.

— Вы хотите покорную жену? Так не получили. Хотите молчаливую куклу? Тоже мимо. И если вы надеетесь, что после обряда я внезапно стану счастливой невестой, то…

Он шагнул ко мне так быстро, что я не договорила.

Не схватил. Не толкнул. Просто оказался слишком близко.

Настолько, что я сбилась с дыхания.

— Запомни одну вещь, Эвелина, — сказал он тихо, и от его голоса