Долина слез - Изабелла Халиди

сделала еще один шаг, и она застыла на месте. Его взгляд был таким черным, что радужек больше не было видно. Тени плавали вокруг него, как эбеновый занавес рока.

Она судорожно сглотнула, прикованная к месту, когда истинная глубина их гребаных обстоятельств поглотила ее. Неизбежное завершение их истории любви поразило ее в полную силу.

Ее остекленевшие глаза остановились на Катале, вбирая его в себя и наслаждаясь видом своей великолепной пары. Запоминая этот момент.

Чтобы она никогда его не забыла.

Леденящий душу крик раздался у нее за спиной, на этот раз гораздо ближе, как будто Шах был прямо в конце короткого узкого прохода, ведущего из храма к ее свободе.

И к ее единственной надежде на спасение.

Прости меня.

Она рванулась вперед, подбегая к белому хищнику, который теперь направлялся в ее сторону. Его великолепные крылья были широко расправлены, когда он бросился к ней, злобно хлопая ими, пока пучки теней обвивались вокруг ее талии, пытаясь затащить ее обратно в темную комнату.

Шах взвизгнул, его нога вытянулась, когти разжались, и он схватил ее. Тени все еще цеплялись за нее, когда огромная снежная гарпия взмыла в небо, прочь от Храма Солнца.

И от бога, которого нигде не было видно.

Мучительный крик вырвался из груди Дуны, когда Шах понес их над бескрайними пустынными равнинами, опаленными жаром позднего солнца. Ее зрение исчезло из-за натиска слез и горя, разрывающего ее пополам, когда она свернулась калачиком в гигантских когтях хищника.

Тяжелые рыдания сотрясали ее тело.

Почему?

Почему это происходит с ней?

Почему вся ее жизнь была отмечена трагедией?

Что она сделала, чтобы заслужить такую жалкую судьбу?

Почему он?

Почему?

Почему?

Почему?

Дуна плакала и плакала, ее сердце разбивалось на бесконечно мелкие осколки, а слезы продолжали литься. Поток эмоций захлестнул ее, как смертоносная лавина. Стирая все на своем пути, пока она больше не могла отличить реальность от воображения, пока ее окружение не исчезло, и она не потеряла себя в бездонной пропасти, которую пробил в ее душе последний кусочек потерянных воспоминаний. Не подозревая о темнеющем небе и черной туче, которая настигает их быстрее, чем может видеть глаз, и окутывает их своими густыми тенями. Уничтожая все на своем пути. Пока само умирающее солнце не закрылось и на мир не опустилась тьма.

Тепло окутало ее, когда когти Шаха исчезли. Знакомый запах кожи и виски вторгся в ее чувства прямо перед тем, как она почувствовала, как сильные руки обхватили ее, сжимая железной хваткой, которая не сулила никакой надежды на спасение от неизбежной судьбы.

Глупо было даже думать, что у нее есть шанс.

Тут ее осенила новая мысль.

Зачем она вообще бежала?

От чего она убегала?

Только что Дуна чуть не погибла от рук того самого мужчины, которого ее послали хладнокровно убить.

Он должен убить ее.

Должен прикончить ее и покончить с этим, пока она не сделала это сама и не покончила со своей жизнью. Она не смогла бы жить с собой.

С мерзостью, которой была она.

С отвращением и мучительной виной, съедающей ее изнутри и заставляющей желать, чтобы она уже была похоронена под слоями грязи.

— Н… нет, не надо! — Дуна оттолкнула его, не в силах понять, как он вообще может прикасаться к ней после всего случившегося. Как он, черт возьми, мог выносить ее присутствие где бы то ни было рядом с ней.

Она была отвратительна.

Мерзка.

Недостойна.

Черное пятно на лике всего благородного.

Отчаявшись найти выход из своего предательства, Дуна бросилась перед ним на песок, сцепив запястья на пояснице, и подставила ему свою шею в качестве предложения.

— Убей меня, — взмолилась она прерывающимся шепотом. Ее грудь превратилась в пустую оболочку, там, где ее когда-то бьющееся сердце теперь лежало в клочьях. Боль была слишком сильной, чтобы ее вынести. — Я заслуживаю смерти за то, кто я есть!

У нее вырвался резкий крик, когда мучительное воспоминание о кровожадности и тошнотворном желании смерти Катала снова пронзило ее. Когда ее уродливая реальность запустила в нее свои злобные когти и разорвала.

Она кричала в агонии, слезы заливали песок под ней, все ее тело билось в конвульсиях. — УБЕЙ МЕНЯ!!!

ГЛАВА

2

К

атал в ужасе наблюдал, как его прекрасная супруга бросилась перед ним на песок и предложила себя, как ягненка на заклание.

Его сердце разбилось, когда ее мучительные крики наполнили его уши, ледяной холод окатил его, когда она закричала: — УБЕЙ МЕНЯ!!! — и он больше не мог этого выносить.

Рванувшись вперед, он притянул ее к своей груди, его сильные руки обвились вокруг нее и держали невероятно близко, когда они стояли на коленях на песчаной земле. Сильная дрожь охватила все ее тело. Умоляя вселенную, чтобы знакомое биение его собственного сердца и его естественный аромат успокоили ее и вселили чувство безопасности. Безопасности, которой, как он теперь понимал, ему остро не хватало всего минуту назад.

О, как он подвел ее.

Если бы только он мог вернуться в ту комнату и стереть страхи, которые заставили Дуну убежать от него.

Если бы только он мог показать ей, как сожаление сжимало его почерневшее сердце из-за того, что он заставил ее поверить, что когда-нибудь причинит ей боль. Что ненависть и агрессия, которые захлестнули Катала, когда ему открылись ее память и ее личность, когда-либо могли быть направлены на нее. Что все это предназначалось его брату, этому мерзкому, презренному существу, с которым он имел несчастье состоять в родстве, и ее отцу. Кому-то, кого Катал теперь знал, без сомнения, каким-то образом вмешался и в его собственные воспоминания, чтобы заставить Катала забыть о встрече со своей дочерью.

Оба бога заплатят за свои гребаные преступления. Но он разберется с ними позже, когда успокоит это драгоценное существо, неудержимо дрожащее в его руках. И поскольку он не мог повернуть время вспять, он сделал единственное, что мог сделать.

Он обнял ее.

Обняв ее, как испуганного ребенка, он обхватил ладонями ее затылок. Прижав ее к себе и зарывшись носом в ее волосы, Катал вдохнул полные легкие аромата лаванды и миндаля, пьянящий аромат мгновенно успокоил его и рассеял тьму, которая поглотила его при новом повороте событий.

— Мне жаль… — пробормотала она. — Мне жаль…

— Все в порядке, — пробормотал он, крепко сжимая ее. — Я держу тебя. Все в порядке. Все будет хорошо…

Она оттолкнула его в диком неистовстве, как будто у нее был приступ паники. Всхлипывая. Хрипя. — Нет! Ты… Ты