Волчий цветик-Семицветик - Ксан Крылатая

нажалевшись себя, я наконец поднялась, умылась, и решила, что день рождения нужно отметить. Настроение, конечно, было совсем не праздничным, хотелось сбежать от всех, и повыть на луну. Но… Я должна быть сильной. Кому должна? Не знаю. Но через час, я уже стояла у барной стойки, глядя на ядовитое нечто.

— Это самый вкусный коктейль, — пообещал знакомый бармен, и подмигнув, переключился на другого посетителя.

А я все равно смотрела, и не решалась выпить. Чувствовала, как изнутри исходит отторжение. Словно та, что сидит во мне, упирается всеми четырьмя лапами.

— О, явилась!

Меня подхватили под локоть, и потащили на улицу. Я не сопротивлялась. Подумала вдруг, что хоть кому-то в этом мире я нужна… Правда обидно, что этим кем-то стал Сиплый. А может, я большего и не достойна? Во мне ведь кровь какой-то бродяжки…

Ситуация воспринималась как отрывок из фильма — какой-нибудь плохой и дешевой драмы. Даже смешно стало. И вместо страха, я начала язвить. Пока не увидела, что из тени раскидистой липы, на меня смотрит вчерашний незнакомец. Его взгляд словно светился притягивая. И мне вдруг стало стыдно, что он видит это все. Видит, с кем я общалась последние годы. Видит, как я сдалась, и опустив руки стою тут, принимая свою участь. Стало омерзительно.

А потом все резко завертелось. Стоны. Удары. Ругательства и хрипы. И все это рядом со мной, но… меня прикрывает спина черноволосого незнакомца. Снова. Он второй раз за сутки, прикрывает меня своей спиной!

Нервно хихикнула, вспомнив его шорты. Кто он? Откуда? Почему защищает? Одет дёшево, и даже босиком, но двигается стремительно. Ответов нет, но в груди вдруг разлилось что-то теплое. Правда, не надолго. Когда я поняла, что Стас снова подобрал нож, и сейчас подкрадывается к незнакомцу, меня накрыл настоящий страх. Я никогда так не боялась, как вдруг испугалась за этого постороннего парня, что заступался за меня.

Я что-то крикнула. Кажется. Или только хотела… Но когда увидела окровавленный бок незнакомца, до безумия захотелось выпустить волчицу, и разодрать к чертям глотку Сиплого, забыв, что после, такой феномен учёные по косточкам разберут.

Не успела. К счастью, черноволосый справился сам. Я только смотрела на корчащиеся фигуры дружков Стаса, понимая, что проблем теперь не избежать. И если мне не изменил слух, то этому придурку ходить в гипсе придется долго. А в следующий момент я увидела две красные полосы, пересекающие его искаженное болью лицо. Две. На приличном расстоянии, явно не соответствующем человеческим пальцам. А вот…

Рефлекторно взглянула на свою ладонь, представив волчью лапу. Сердце радостно дрогнуло — неужели, этот парень такой же как я? Значит, я такая не одна? Значит… Значит есть такие же, но если вдруг такие есть в окружении отца Сиплого, они поймут…

Ох…

Тим

Втянул носом воздух, уловив тот самый, едва знакомый аромат, и потянулся следом. Словно по ниточке, вышел во двор за уведенной девушкой, обошел здание, и с торца протиснулся в полуоткрытую дверь. Открывать шире не решился, побоявшись, что она скрипнет и привлечет ненужное внимание. Остановился в тени почти лишившегося листвы дерева, что росло у самого здания.

— Ну что, добегалась?

— Отцепись, Сиплый, — ответила девчонка с радугой на голове, снова стоя полубоком ко мне.

Лица рассмотреть не удалось, но у меня чуть ноги не подкосились от звука ее голоса. Сердце дрогнуло. Помимо приятного слуху звучания, в нем было столько смирения, боли и обречённости, что я их ощутил физически, и с трудом устоял на месте.

— Эмма, ты меня выбесила. Так что, детка, на колени, — произнес Сиплый предвкушающе. — Будешь замаливать свой грех …

Я не очень понял, что за слово он произнес, но что-то перековерканное из Дездемоны. Его приятели рассмеялись. А мне стало противно. Как можно так разговаривать с девушкой? Омерзительно!

— Да пошел ты!

К моему удивлению, не испытывая и капли страха, девчонка плюнула в парня. Четко. Прямо в лицо. А в следующую секунду он вытер лицо, и достав нож из кармана, сделал шаг к ней. Я бы сравнил его с бешеной собакой, поскольку кроме ярости и безумия, в нем ничего не осталось.

— Ах ты сука! Ты мне ответишь за все.

— И за испорченную резинку? — усмехаясь, уточнила она.

Свихнулась что ли? Я на секунду замер, не понимая, а надо ли спасать эту сумасшедшую? Она же специально дразнит его!

Из толпы окруживших парочку парней, послышался смешок. Оба обернулись в сторону весельчака, только Сиплый зашипел угрожающе, а эта ненормальная… подмигнула? В этот момент, я и увидел ее серые глаза. Или голубые? Цвет был где-то на грани, но суть не в этом. На меня смотрели глаза Мальвы. Только прежде, я никогда не видел в них такой боли, отчаяния и растерянности. И чего-то липко-неприятного. Глаза знакомо удивлённо моргнули, и я понял, что она меня увидела.

А в следующий миг я был рядом. Нож из рук Сиплого, я выбил легко. Воспользовался секундным замешательством, чтобы оттеснить девчонку, и прикрыть собой, и тут же начал отбиваться от толпы. Дикое желание защитить. Даже не дикое, а первобытное, словно я не за честь девчонки, а за целую стаю бьюсь. Зверь внутри бесновался и требовал выпустить его на свободу. Только вбитые с детства законы держали его надёжно. Нельзя открываться людям. Нельзя следить. Нельзя…

Оттолкнул лысого. Ударил под дых бородатого. Вывел из строя длинного. Сломал руку с ножом бестолковому, который не знает, что девочек обижать — плохо. Я почти справился, когда меня окатило страхом девчонки. С одной стороны обрадовался — значит она все же не отбитая, и бояться умеет! А с другой, на мгновение парализовала мысль, что я кого-то упустил, и до нее дотянулись…

— Нет! — закричала она.

А я, почти обернувшись, ощутил обжигающую боль в боку.

Ну уж нет.

Не отдам.

“Моя!” — рыкнул я.

В несколько ударов снова выбил нож из руки Сиплого, при этом сломав конечность. Определенно, хруст костей был слышен. А следующий удар оставил на его лице две красных полосы, тут же налившихся кровью.

Черт!

Я взглянул на ладонь, на которой быстро втягивались когти. Не удержал. Зверь все же дотянулся. Черт…

— Эй, ты как? — тихо спросила девчонка.

Я осмотрел поляну.

— Ну… Справился.

— Герой, — Обречённо протянула она, рассматривая лицо корчащегося Сиплого.

— Твой парень, что ли? — спросил ее, немного обидевшись — могла бы спасибо сказать.

— Сплюнь!

Ответила она уже более радостно, и закусив губу, саданула парню пощечину.

Она что — всё-таки ненормальная?

— Надо уходить. Сейчас сюда набежит