Невыгодно желанная, или Брак с попаданкой приводит к истинности - Ева Кофей

— Судя по истории лери Натали, на Севере принято пренебрегать правилами приличия, но я получила старомодное южное воспитание и предпочитаю дождаться брачного ритуала.

— Ну, разумеется, — протянул Аластер. — Вы должны сначала убедиться, что я помогу вашему брату.

— Так вот, насчёт ребёнка… — бесцветно продолжила я. — Нужно подготовиться. Нужна лекарка, которая разбирается в таких делах. Есть ведь определённые дни, и мы должны их знать. Понимаете?

Взгляд Аластера был мрачным ещё с поездки в город. Но с каждым часом он становился всё мрачнее и мрачнее. Какие мысли засели в его бедовой голове?

— Сначала вы выходите замуж ради своего брата. Потом собираетесь рожать ребёнка ради него. На что вы ещё способны?

Я нахмурилась.

— Брак предполагает детей, — ответила тихо, но твёрдо. — Что вас удивляет?

— Я только что понял, что вы сумасшедшая, — ответил он серьёзно.

— А вам сейчас нельзя быть переборчивым, лорд Хейл.

Он рассмеялся.

— Ребёнок — это только начало. Их требования всё время будут повышаться. Если они хотят вычеркнуть мой род из списка старейшин, они не остановятся. На что ещё хватит вашего энтузиазма, лери Табита? И кроме того вы не думали, что любой лекарке теперь не можете доверять, ведь у вас с сегодняшнего дня много завистниц и настоящих, опасных врагов.

— Вы вновь меня запугиваете, — я отставила гарнир и потянулась к бокалу с красным вином. — Неужели не поняли, что это бесполезно? Речь идёт о жизни и благополучии моего брата. И о вашем благополучии.

— Волнуетесь за меня?

— Ну, разумеется. Я уже привыкла к вашим жалким шуткам и вечному маскараду. Скоро День Нечисти, в кого вы нарядитесь? Снова в разбойника?

Аластер поднялся из-за стола.

— Вы не знаете, во что ввязываетесь. Оставьте уже свою гордость, свою попытку быть хорошей девочкой. И поймите, что вы сами себе собираетесь отравить жизнь. Оглянитесь. Вы знаете, где вы и кто перед вами?

Я поднялась, отбросила в сторону салфетку и окинула взглядом зал.

— Я знаю, где я. Дома. Теперь это мой дом. Мне некуда больше идти. Разве вы не понимаете?

Аластер подошёл ко мне и притянул к себе за талию.

— А вы мой будущий муж, — продолжила я упрямо. — Такой же сумасшедший, ну и что теперь? Мы вернём всё, что вы потеряли. Узнаем, что случилось с вашей семьёй. Я помогу вам. Всё, что вам нужно — перестать меня отталкивать. Просто… позвольте…

Мне не удалось договорить.

Похоже, тех слов, что уже прозвучали, было достаточно.

Аластер поцеловал меня. Поцеловал так, что было сложно себе вообразить, что этот поцелуй вообще можно прервать.

За окном гремел гром и сверкали молнии, дождь стал ливнем, огня в камине едва хватало, чтобы обогреть столовую, но нам не было холодно.

Я решила доказать ему, что всё это не голый расчёт. Больше нет.

Мы всего лишь два существа, которые нуждаются друг в друге.

И неважно, что подтолкнуло нас к встрече.

Важен её итог.

Аластер легко подхватил меня на руки, словно пушинку. Смахнул всё со стола вместе со скатертью и посадил на него меня.

Он оскорбительно умело управлялся с завязками корсета и слишком смело меня целовал.

Но я оттолкнула его не поэтому.

За гулом в ушах, треском огня и буйством стихии мне удалось услышать стук.

В дверь кто-то тарабанил.

Душа наполнилась горьким предчувствием.

— Аластер… — всхлипнула я. — Кто-то пришёл.

— Пусть попытают счастье в другой день, — отозвался он.

И тут мы услышали грохот. Словно кто-то сорвал с петель дверь и швырнул её на каменный пол.

Это заставило мужчину передумать.

Он поцеловал меня в последний раз и отправился навстречу незваным гостям. Я принялась поправлять платье и причёску, но в итоге решила, что важнее найти кочергу и, может быть, хороший нож.

Этот выбор был очевидным, но неправильным.

Из тьмы коридора в столовую вошёл хорошо знакомый мне мужчина.

— Дядя Тортон, — прошептала я.

— Свет моих очей, Табита, — улыбнулся он и расставил руки в стороны для объятий, — скажи мне, что здесь за бардак?

Глава 43

— Дядюшка, что вы здесь делаете? — охнула я и машинально позволила себя обнять.

Мы обменялись поцелуями в щёки. Так было заведено у родственников и близких друзей на Юге.

В какой-то момент он почти коснулся моих губ, и я вздрогнула.

Вернулся старый, мерзкий и холодный страх. Настолько потаённый, что я никогда, никогда, никогда не облекала его в слова.

Вернулась паранойя.

Это был мой дядюшка. Грубоватый, но по-мужски красивый, высокий, статный. Он любитель за бокалом вина рассказать несколько баек, любитель неприлично пошутить и раз в несколько дней подымить на крылечке. В его тёмных волосах был золотой оттенок, в жестах читалось тепло, а не холод. В плохие недели, когда мы были в шаге от голода, когда задерживали выплаты за пользование нашими землями или когда разбойники перехватывали нашу поставку с вином или овощами и нам ничего не доставалось, он всегда приезжал. И никогда с пустыми руками. Дядюшка Тортон утешал матушку, в повозке привозил свинину, сыр и прочие дары со своих угодьев. Всегда помогал деньгами, покупал мне приличные платья, дарил кашемировые перчатки… Наставлял и матушку, и меня.

Разве мог он на этот раз принести мне вместо поддержки беду?

И почему странный взгляд, что я раньше замечала лишь иногда, теперь стал ярче?

Словно отношение Тортона ко мне подсвечивала иная обстановка. В холодном замке будущего мужа прикосновения дядюшки чувствовались отчётливее, чем в тёплой маленькой усадьбе, семейном гнёздышке, частью которого был дядя.

Но теперь он здесь.

И здесь он был лишним, инородным элементом.

— Ты выглядишь взбудораженной, — прошептал Тортон, — он приставал к тебе?

Разумеется, я ничего не ответила.

Мне казалось, что мой вид не настолько экстравагантный, как его присутствие здесь.

Впитав мою реакцию, мужчина усмехнулся и прошептал:

— Я просил ему подыграть, Табита. Но без фанатизма.

Я нахмурилась и поспешила предупредить:

— Аластер знает о том, что Гарри болеет. И он согласен помочь. Но это не значит, что я продолжаю подыгрывать. Брак будет настоящим.

Мне нужно было сказать, что мой жених узнал правду, чтобы дядюшка не разыграл не ту карту и не напомнил в очередной раз Аластеру, что я приехала к нему с умыслом.

Тортон изменился в лице.

Настолько, что мне пришлось отступить на шаг.

Я никогда раньше его таким не видела.

Таким злым.

— Вы должны понимать, — послышался приближающийся голос Аластера, — как это выглядит. Подобные визиты планируются месяцами. Если вообще планируются. Вы прекрасно знаете, что у меня есть право не принимать вас на своей