Возвращение наследия, или Дипломная работа - София Шпиллер

Колин слегка нахмурился, но ответил спокойно:

— Замок Лануберк и пятьдесят маноров.

— Король щедро наградил вас за проявленную доблесть, — произнесла принцесса с видом благодетельницы. — А кем вы были раньше?

Я не мог позволить ей издеваться над другом и встал на его защиту:

— Колин честно заслужил свою награду. Он сражался за нашу страну, пока «высшее общество» столицы, обладая магическими способностями, пряталось за спинами обычных людей!

Корнелия попыталась парировать:

— Не все. Вы же не спрятались, как и ваш отец, двоюродные братья и мой брат…

— Мне совесть бы не позволила так поступить, — перебил я её, глядя прямо в глаза. — Отец воспитал меня так, что мы несём ответственность за жизни наших подданных. А ваш брат… Лучше бы он оставался в столице!

Эти слова явно задели принцессу. Её лицо вспыхнуло ярким румянцем, а зелёные глаза потемнели от ярости.

— Тот бой был сложным, и…

— Того боя не было бы, если б не ваш брат! Из-за его эго погибло много людей. Это ещё раз доказывает, что не стоит лезть туда, в чём не разбираешься! — резко ответил я, не сдерживая эмоций.

Прекрасное лицо принцессы исказилось гневом, а кулаки непроизвольно сжались.

— Если его величество об этом узнает…

— То что? — я демонстративно изогнул бровь, ожидая ответа. Мой голос был полон сарказма и вызова.

— Вы много себе позволяете, Инар, — процедила она сквозь зубы, резко вставая из-за стола. Её глаза метали молнии.

— Не больше вас, — спокойно ответил я, стараясь не показывать раздражения. — И к вашему сведению, Его Величество в курсе. Я лично ему это сказал. Не имею привычки врать королю.

Корнелия окинула всех гневным взглядом, её глаза сверкали от ярости. Затем она быстрым шагом покинула столовую, хлопнув дверью. Её фигура исчезла, однако легче дышать не стало.

У меня окончательно пропал аппетит, особенно когда увидел, как Колин, с поддержкой и сочувствием, взял Альму за руку. Его лицо выражало искреннюю заботу и тепло, а её глаза светились благодарностью.

— Спокойной ночи, — буркнул я, вытирая руки салфеткой, чтобы скрыть дрожь.

И тоже покинул столовую, не желая больше это видеть.

Я засиделся в кабинете допоздна, погрузившись в ворох документов, к которым слишком долго не прикасался. Мои мысли прервал тихий стук в дверь.

— Можно? — раздался негромкий голос Альмы. Её лицо выражало искреннее беспокойство.

— Входи, — ответил я, откладывая перо.

Девушка осторожно закрыла за собой дверь, но не сделала ни шага вперёд, будто боялась приблизиться.

— Инар, я хотела поговорить о моих родных, — начала она, пряча руки за спиной. — Пожалуйста, отправь моё письмо. Я объяснила им, чтобы они не приезжали.

Альма подошла к столу и положила сложенный лист бумаги.

Я отложил документы, внимательно глядя на неё. Прекрасно понимал её тревогу, но всё равно не собирался отпускать её, стремясь всеми силами удержать в замке.

— Из-за Корнелии?

— Да. — тихо произнесла Альма. — Я не смогу защитить их от её язвительности. А ещё больше я боюсь не сдержаться и сказать лишнее…

Я встал из-за стола, обошёл его и, присев на край рядом с ней, взял её ладони в свои. Девушка невольно вздрогнула, явно не ожидая такой близости.

— Альма, я не позволю никому обижать тебя и твоих родных. Мой экипаж уже отправился за ними. Завтра они будут здесь.

Она покачала головой, пытаясь высвободить руки, но я не отпустил, и даже позволил себе слегка погладить тыльную сторону её ладони большим пальцем.

— Инар, не надо… — попыталась возразить Альма.

Я лишь крепче сжал её руки и опустил взгляд.

— Не хочу, чтобы ты уезжала… — признался честно.

Её тяжёлый вздох был мне ответом.

При одной мысли что скоро она уедет внутри всё сжималось в тугой узел.

— И поэтому ты заставил Роджера предложить мне своё место? — в её голосе проскользнули игривые нотки.

Я поднял глаза и улыбнулся, глядя ей в лицо:

— Да. Глупая была идея.

Мы вместе рассмеялись, и атмосфера немного разрядилась.

— Просто не представляю, как буду здесь без тебя, — признался я, проводя рукой по её щеке, заправляя непослушную прядь за ухо. Её щёки порозовели. — Если бы не эта проклятая помолвка…

Она подняла глаза, в которых читался немой вопрос. Я наклонился ближе:

— Я бы себя не сдерживал.

В комнате повисла тяжёлая тишина. Казалось, Альма обдумывает мои слова. Затем она грустно усмехнулась:

— Если бы не помолвка, мы бы и не познакомились.

Я кивнул, признавая её правоту. Осознал, что мог никогда не встретить её, если бы не случай с Ассандром на балу.

А теперь мысль о её скором отъезде причиняла почти физическую боль.

— Останься. Ещё хотя бы на неделю, — попросил я, поднося её руку к губам и целуя тыльную сторону ладони.

В её глазах читалась внутренняя борьба. Я видел, что она не безразлична ко мне, как бы ни пыталась это скрыть.

— Нам будет только хуже…

— Знаю. Но прошу, дай мне ещё неделю побыть с тобой.

— Я подумаю, — тихо ответила она.

На моих губах заиграла довольная улыбка, а я продолжал гладить её ладонь.

— Если не можешь заснуть, могу…

— Нет! — твёрдо прервала меня Альма, хотя в её глазах плясали смешинки. Она разомкнула наши руки и сложила их на груди. — Раз приедут мои родные, пора привыкать спать раздельно!

— Ты режешь без ножа, — вздохнул я.

— Серьёзно, Инар. Больше никаких совместных ночёвок.

Я согласно кивнул, хотя внутри всё протестовало.

Альма на мгновение замерла, затем неожиданно наклонилась и быстро поцеловала меня в щёку.

— Спокойной ночи, — прошептала она и отступила.

— Спи спокойно, — ответил ей. — Ни о чём не беспокойся.

Возле двери девушка остановилась и посмотрела на меня:

— Я тоже не хочу уезжать, — призналась она и, словно испугавшись собственных слов, быстро скрылась за дверью.

А у меня в душе расцвела надежда. Счастливая улыбка сама собой появилась на губах.

Глава 24

АЛЬМА

Естественно, никакой сон ко мне не приходил. Я беспокойно ворочалась в постели, не находя себе места. Часть моего беспокойства была связана с тем, что когда-то здесь жила моя предшественница — подруга по несчастью. Её горький опыт не уберег меня от тех же ошибок, и я невольно опасалась снова увидеть её воспоминания. Она как будто присутствовала здесь, напоминая о судьбе, которая, возможно, могла повторится.

Тихий стук в дверь заставил меня вздрогнуть. Даже не нужно было гадать — этот особенный ритм я узнаю из тысячи, как шепот ветра в ночи.

Я немного приоткрыла дверь, не удосужившись одеться — в конце концов, он уже видел меня в пижаме.