Пепельный Странник - С. М. Гейзер

будто мы квиты за все те оскорбления, что перекинулись друг с другом, — и что теперь она заставит меня за них расплатиться в рамках нашего чудесного опыта сближения.

— Похоже, сегодня она не настроена на сотрудничество, — предупреждаю я Гарета.

— Какая досада для тебя, — произносит он, вновь звуча совершенно бездушно.

Пока он начинает расставлять мишени и препятствия по всему периметру арены, я проглатываю свою гордость и делаю шаг ближе к Блайт. У меня нет ни малейших сомнений в том, что она слышала — и поняла — весь наш недавний разговор с Гаретом, так что моя просьба звучит просто и прямо:

— Пожалуйста?

Она долгим взглядом смотрит на меня.

Затем зевает, делает круг на месте, сворачивается калачиком на своей платформе и закрывает глаза.

Гарет издает хриплый смешок.

— Впечатляет, как всегда.

Я слышу шепот королевских советников, чьи перья уже шустро царапают бумагу, делая заметки.

— Добавить в уравнение немного отчаяния? — предлагает Гарет, поднимая тренировочный меч.

Блайт приоткрывает один глаз и склоняет голову в нашу сторону.

Я вспоминаю ее предупреждение, прозвучавшее всего пару минут назад, ее волнение и панику — не говоря уже о страхе, который она испытала за меня несколько ночей назад, когда эти бунтовщики кружили вокруг дворца.

Она может притворяться, будто ей неинтересно мне помогать, но я-то знаю правду.

Что ж, посмотрим, к чему это приведет.

Я поднимаю тренировочный меч, брошенный Гаретом к моим ногам, и принимаю боевую стойку.

— Я перестану атаковать тебя, как только тебе удастся уничтожить хотя бы одну из этих целей с помощью какой-нибудь стихии, — говорит Гарет, указывая на расставленные мишени. — Я не буду привередливым. Позволь твоему дракону помочь тебе направить ветер, сотворить огонь или призвать хотя бы искорку статизма — все, что она тебе даст, ты должна принять и направить вместе. — Он поудобнее перехватывает меч. — Чем дольше это продлится, тем сильнее я планирую бить.

Я киваю, бросая взгляд на Блайт, чтобы убедиться, что она все слышит. Она делает одно единственное, подчеркнутое движение хвостом, а затем возвращается к изображению полного равнодушия.

Испытание начинается с кругового танца. Гарет приближается не спеша, проверяя мою защиту. Я уворачиваюсь от его первого взмаха, затем от второго, стараясь держаться поближе к ближайшей установленной мишени — деревянному столбу с привязанным к нему клочком синей ткани. Он выглядит достаточно хрупким; превратить его в щепки с помощью магии не должно составить труда. По крайней мере, в теории.

Я пытаюсь ослабить бдительность и нащупать хоть намек на силу, любую силу, способную зародиться вокруг Блайт. Легкий жар, вспышку энергии, малейшее дыхание магии…

Ничего.

Снова кажется, будто она скрывает части себя; даже привычное, фоновое ощущение силы, обычно исходящее от нее, куда-то исчезает. Я едва не ожидаю, что, бросив взгляд на нее, увижу, будто она каким-то образом улетела или окаменела просто мне назло.

Следующие удары Гарета сыплются быстрее и жестче.

Я отражаю их, но отдача от ударов отзывается гудком в руках, слегка онемевших от напряжения. Мои парирования становятся все более небрежными; я неверно рассчитываю траекторию одного из ударов и едва не пропускаю острие его меча в свой уцелевший глаз.

Я слышу, как Блайт шевелится на платформе. Она быстро успокаивается, и никакая магия не пробуждается… но это все равно наводит меня на мысль.

Я подбираюсь ближе к Гарету, уворачиваясь и лавируя с помощью выверенных, контролируемых финтов — а затем нарочно позволяю ему нанести мне несколько ударов по рукам и плечам, каждый из которых достаточно силен, чтобы причинить боль.

От каждого удара воротник вокруг шеи Блайт приподнимается все выше. Теперь оба ее глаза открыты, следя за нашими движениями с возрастающей интенсивностью.

— Было бы чертовски здорово владеть сейчас магией, — бормочу я себе под нос, отражая один удар за другим.

«Было бы, не правда ли?» — ее голос просачивается в мой разум, прохладный и насмешливый.

Я сжимаю зубы и снова сосредотачиваюсь на деревянном столбе. Я пытаюсь представить, как он загорается, или как воздух вокруг него закручивается в порыв ветра, срывающий синюю тряпку.

Все еще ничего.

Прошло всего несколько минут, но Гарет уже двигается быстрее, нанося удары свирепее, чем когда-либо прежде — за сегодня или вообще. Его движения резче, дыхание тяжелее, словно он едва себя контролирует.

Вскоре я уже не просто время от времени позволяю ему ударить меня; я банально не успеваю уворачиваться от его меча. Он обрушивается на мое тело снова и снова, пока я мечусь между защитой и отчаянными попытками ухватиться за зыбкую связь между мной и этим проклятым драконом.

Советники наверху шепчутся и тычут пальцами.

Меч Гарета со злосчастным треском врезается мне в ключицу, и я сдавленно ахаю, отступая назад. Боль настолько острая, что в глазах начинает двоиться.

Блайт полностью поднимает голову.

Ее когти выпускаются, впиваясь в металлическую платформу.

Я не смотрю на нее. На этот раз не из упрямства, а потому что не могу позволить себе отвести глаз от Гарета, который несется вперед с занесенным высоко мечом. Я принимаю его выпад ответным взмахом снизу вверх, но при парировании он не отступает. Вместо этого он прижимает свое лезвие к моему, упирается пятками в землю и давит до тех пор, пока я не оказываюсь на одном колене, изо всех сил стараясь не дать ему полностью пробить мою защиту.

Его выражение лица холодно, голос тих и почти угрожающ:

— Ты затеяла опасную игру, Ароуин Вейл. Король, может, и выслушал тебя вчера вечером, но это не значит, что твое решение противостоять ему было умным — как и привлекать столько внимания к каждому твоему шагу с этим драконом. Я пытался защитить тебя от его взглядов.

— Что-то я не чувствую себя особо защищенной в данный момент, — рычу я, когда мои силы начинают иссякать, а руки грозят подогнуться под тяжестью.

Угрожающий блеск не до конца исчезает из его глаз — хотя он немного ослабляет напор, словно размышляя о перемирии.

Слишком поздно.

В следующий миг я чувствую, как сквозь меня снова проливается паника Блайт, сменяясь волной защитной ярости. Воздух дрожит, стремительно накаляясь вокруг нас, и меч Гарета вспыхивает — деревянный тренировочный клинок трещит ярко-оранжевым светом, прежде чем взметнуться пламенем, которое едва не опаляет ему лицо.

Он швыряет его на землю, забрасывает песком и затаптывает сапогом, после чего бросает через плечо взгляд на дракона.

Она поднимается во весь рост, и из ее горла вырывается тихое шипение.

Предупреждение.

Советники наверху умолкают окончательно.

Я тяжело дышу, откладывая меч