Провидица. Наперекор судьбе - Янина Наперсток

«Погибли бы все. Все», — повторяла она в мыслях весь путь до королевского замка, чтобы убедить себя в правильности собственных действий.

Во дворце же девушку проводили в шикарные гостевые апартаменты и сразу же прислали одну из служанок. Лишь стража у дверей и невозможность покинуть комнату говорили, что она здесь на самом деле пленница. И еще узкие высокие окна, которые, вероятно, раньше служили бойницами. Даже если бы площадь и парк не патрулировались, из такого не сбежать.

Джанин скинула туфли, села на кровать и приготовилась ждать. Будет же, наверное, допрос и что там еще подразумевается в подобных случаях? Однако время шло, а за Даром Богов по-прежнему никто не приходил.

Тягостные мысли роились в голове, но усталость все-таки взяла свое, и девушка сама не заметила, как заснула. Проснулась же, когда рассвет уже пробрался в ее покои, а снаружи разносились непонятные громкие звуки. Горничная, приставленная к Дару Богов, спала здесь же, свернувшись клубком на крошечном диване.

Джанин тихо встала и, не обуваясь, чтобы не разбудить девушку, попавшую ни за что ни про что с ней в заточение, скользнула к окну. Его створка была сдвинута вверх и закреплена, чтобы обеспечить приток свежего воздуха.

На площади суетились человек двадцать работников. Они пилили бревна и, сколачивая доски, сооружали нечто, уже приобретшее очертания сцены.

Эшафот!

Словно резкий удар, выбивающий воздух, промелькнула страшная мысль. Голова тотчас закружилась, а ноги ослабли. Несмотря на раннее утро, вокруг сразу стало душно, и Дар Богов с трудом втянула в легкие вязкий воздух.

Раз, еще раз… Нет, этого нельзя допустить!

Ни в коем случае! Она объяснит, что Тео не хотел бежать, это все она! Джанин ринулась к двери, чтобы потребовать встречи с королем, но на середине комнаты остановилась.

Саймон Третий этого же и добивается!

Он сразу пригрозил ей смертью Тео, а сейчас решил «дожать». Раз убийство мьеры Арете Джанин видела собственными глазами, значит, и в возможность казни принца легко поверит. Но… не настолько же его величество монстр, чтобы казнить своего первенца ей в назидание?

Король, конечно, жесток, но все-таки не безумен. И опять же у него в планах породниться с гвартийской монархией, а Чарли слишком молод. К тому же принц — отличный капитан и сильный маг, разве такими ресурсами разбрасываются?

Девушка медленно выдохнула и снова пошла к окну. Может, там строят что-то другое, а страхи просто сыграли с ней злую шутку?

Мужчины между тем продвигались в работе быстро. Сооружение было уже почти закончено, и Джанин не припоминала, чтобы на территории перед дворцом зачем-либо собирали помост.

В праздники все представления шли на городских площадях, да и сегодня совсем не праздник. Терраматис всемогущий! А вдруг его величество все же помешался?

Дар Богов снова развернулась к двери. Согласиться на брак с Эрози. «Согласиться, чтобы Тео наверняка выжил», — твердила одна часть ее сознания.

«Никто не выживет. Никто! Ты бессмысленно выиграешь лишь несколько дней», — говорила другая. Раз боги дали ей знания и второй шанс, вряд ли они хотят, чтобы Джанин повторила прошлую ошибку.

— Ваше верховносвященство, может, пожелаете умыться, переодеться и причесаться?

А?! Дар Богов только в эту секунду снова вспомнила, что она не одна. Лизи, служанка, проснулась и, вероятно, давно наблюдает за ее метаниями. Джанин надо проявить твердость.

Король обязательно придет, иначе представление не имеет смысла. И лучше ей в тот момент выглядеть уверенной в себе женщиной, а не затравленным кроликом.

— Да! Отличная идея. Только у меня нет здесь сменного платья.

Лизи сразу подскочила, кинулась за ширму и вынесла оттуда несколько вешалок, очень довольная, видимо, что может быть полезной.

— Пока вы спали, старшая горничная распорядилась привезти из магазина готовой одежды. Какое предпочитаете?

Джанин потрясенно оглядела предлагаемые варианты: все платья в разных оттенках красного. Кажется, это была незавуалированная издевка или даже намек, что кровь Тео будет на ее совести. К тому же жители Сольяди привыкли видеть Дар Богов в белом, иногда бледно-салатовом или кремовом. Дома она надевала и более яркие цвета, но не красный, сам по себе неприличный для незамужней девушки.

Это что, один из способов подорвать ее репутацию? Да в этот момент соблюдение приличий — последнее, о чем Джанин думала!

Впрочем, все-таки будет лучше, если люди по-прежнему будут видеть в ней свой светоч.

Дар Богов придирчиво осмотрела комнату, и ее взгляд остановился на белых атласных шторах. Очень удачно, кстати, их края были обработаны кружевом. Как любую знатную девушку, Джанин учили шитью и вышивке. Конечно, не на уровне модистки, но этого сейчас и не требовалось. Главное — действовать быстро.

— Мне кажется, все наряды великоваты. Сможешь принести ножницы, нитки и иголки, чтобы кое-что исправить?

Лизи радостно закивала и убежала выполнять поручение. Вот и отлично, не будет задавать лишних вопросов.

Дар Богов подтащила диванчик к стене с окнами, взобралась на него, схватила шторы повыше и с силой дернула: крепилась материя под самым потолком, и не было никакой надежды забраться туда, чтобы ее снять. Раздался треск лопающейся ткани, но она устояла. Джанин перехватила поудобнее и дернула снова. Резче. Вторая попытка увенчалась успехом — штора осталась в ее руках.

Отлично! Что-то кроить и конструировать некогда, значит, будем импровизировать. Белье она оставит свое, а вот ткань, если сложить длину пополам, вырезать и обработать горловину, зашить бока и собрать на талии поясом, сделанным из отрезанной от другой шторы кружевом… Получится простенькая, но вполне приличная туника. К тому же с прекрасной длиной до пола.

Вернувшаяся к этому моменту Лизи потрясенно уставилась на верховную жрицу, примеряющую к себе штору.

— Вы что, собираетесь… — обескураженно начала она, то ли переживая за такое надругательство над интерьером, то ли за то, что ей влетит, если Дар Богов ни одно из привезенных платьев не наденет.

Джанин же отобрала инструменты и, словно между делом, уточнила:

— Тебе велели докладывать, если я займусь шитьем?

— Нет.

— Значит, ты ничего не нарушаешь. Садись и жди, когда меня надо будет причесать.

В четыре руки дело бы, конечно, пошло быстрее, но Дар Богов волновалась, как бы Лизи не сочли соучастницей. К тому же работа помогала отвлечься от зловещих звуков снаружи и все обдумать.

Саймон почти наверняка решит дожимать Джанин до конца и пришлет помилование, только когда Тео уже взойдет на эшафот, не раньше. А если все же не