Любовь без срока давности - Ольга Ивановна Коротаева

– Что ты любишь петь по дороге в университет, – улыбается мужчина. – Что ты обожаешь собак и всегда выносишь им остатки еды. Что ты предпочитаешь лифту лестницы. Что ты плачешь в дождь и очень любишь своих родных…

– Конечно люблю! – с вызовом заявляю я. – Как их не любить?

– Вот и я спрашиваю себя: как тебя можно не любить, Леся, – неожиданно подаётся ко мне Костя. Сжимая в объятиях, хрипло произносит: – Прости за спешку, у меня совершенно нет времени. Знала бы ты, через что мне пришлось пройти, чтобы получить этот шанс… Я очень хочу своё желание прямо сейчас!

И приникает ко мне, накрывает мои губы жадным ртом, проникает внутрь безжалостно и властно. Так, что у меня подгибаются колени и кружится голова. Горьковатый травянистый аромат мужского парфюма смешивается с запахом спиртного, и я совершенно пьянею, растекаясь в объятиях Кости. Обвиваю руками его шею, приникаю всем телом, и Костя с силой вжимает меня в себя, словно стремится соединиться со мной, стать одним целым. Что вытворяет его язык в моём рту! Я схожу с ума, раз позволяю ему делать это. Так бесстыдно, так развратно, так… возбуждающе.

Наконец он неохотно отстраняется, а я, судорожно втягивая воздух, пытаюсь понять, на каком я свете. С этим точно проблемы… Зато я вдруг чётко осознаю, что не хочу, чтобы он меня отпускал. Смотрю в глаза Кости, шепчу:

– Ты сказал, у тебя нет времени. А точнее?

– Мне нужно вернуться через час, – выдыхает мне в губы Костя.

– Бежим? – чувствуя, как замирает сердце, испуганно предлагаю я.

Я не верю, что сказала это, а он улыбается, и у меня от этой улыбки дыхание прерывается. Боже, Леська, неужели ты влюбилась с первой ссоры? С первой песни? С первой туфельки? Ты спятила? Но мне плевать! Я хочу Костю, и у нас всего час, и он уже убегает песком сквозь пальцы. Безрассудно? Да! Но об этом я подумаю потом. А сейчас…

Костя уже спрыгнул вниз, – благо первый этаж! – и протягивает руки:

– Я тебя поймаю. Верь мне.

Я верю, но страшно до дрожи! Зажмурившись, прыгаю, Костя подхватывает и ставит на землю. Мы бежим к дороге, ловим тачку, Костя высыпает купюры и вопросительно смотрит на меня. Краснея, я называю домашний адрес. Надеюсь, сестре и родителям некоторое время будет не до свидетелей. Меня царапает чувство вины, ведь я бросила Нину во время свадьбы, но… Чёрт побери, она уже счастлива, а мне сейчас кажется, что этот мужчина – мой едва ли не единственный шанс. И я понятия не имею почему. Но я сорву этот билет, каким бы он ни оказался. Потому что… осталось всего пятьдесят минут!

Было бы у меня больше времени на раздумья или меньше хмеля в крови, поступила бы так? Не знаю, но сейчас я бросаюсь на Костю прямо в машине, владею его горьковатыми губами, пью его дыхание. Таксист ворчит, просит подождать, гонит как ненормальный. Я отмахиваюсь, кричу, что у нас всего сорок минут, а потом… Мне казалось, что «потом» просто нет! И это давило на сердце, разрывало душу, и всё равно, что мы только встретились, мне казалось, я знаю Костю всю жизнь. Может, это вина песни, которую мы пели, или романтичное настроение, плевать!

Мы целуемся в машине, обнимается в лифте, я запрыгиваю на Костю в пустой квартире и лишь показываю, куда нести. Он падает на кровать и, прижимая меня к себе, вырывает стон. Я нетерпеливо рву с него одежду, шепчу:

– Хочу видеть тебя без всего! – Спрашиваю хитро: – Ты же, наверняка, видел меня голой, так?

– У тебя слишком прозрачные шторы, – мычит он мне в губы. – Замени немедленно!

– Так мы будем шторы менять оставшиеся тридцать минут? – неискренне задумываюсь я. – Как ты полагаешь, синие, как твой костюм, пойдут?

Он рычит, бросается на меня, сминает мои губы в требовательном поцелуе, проникает внутрь языком. У меня по венам разливается лава, внизу живота пульсирует. Кажется, ещё секунда, и я взорвусь от желания. Запускаю обе руки в брюки Кости и довольно рычу: такой большой и такой твёрдый! Я немедленно хочу ощутить его в себе, но Костя не торопится. Рычу:

– Двадцать минут.

– Презерватива нет, – целуя, хрипло отвечает он и задирает мне юбку: – К сожалению, пока только так…

Ощущаю его горячую ладонь на своём пылающем лоне и выгибаюсь от желания. Костя проводит пальцем по влажным лепесткам, нежно массирует пульсирующий бугорок, проникает внутрь, и я едва сдерживаю крик. Прижимаясь к его каменной груди, насаживаюсь на пальцы Кости, не имея сил сдерживаться, во власти накрывающей меня жаркой, душной волны удовольствия, взлетаю на небеса, чтобы замереть на миг… и рухнуть вниз. Тяжело дыша, смотрю на Костю, сжимаю пальцами его каменное от желания естество и пытаюсь осознать, жива ли я. Такого острого и выворачивающего наизнанку оргазма я никогда не испытывала. Но я хочу большего! И тут, вспомнив о приготовленных свадебных конкурсах, на которые я забила, сбежав с мужчиной, вытаскиваю из поясной сумочки презерватив. Вскрикиваю счастливо:

– Один есть! – гляжу на Костю и осекаюсь. Боже, что он подумал? И тут же пытаюсь оправдаться: – Я это приготовила для шутки, на свадьбу…

– Шутки в сторону, – расстёгивая брюки, рычит Костя. – Ты попалась, детка!

У меня по спине прокатывается холодок лёгкого испуга и волнующего возбуждения. Помогаю Косте освободиться от одежды, а затем стягиваю с себя платье. В голове будто тикают часы, отмеряя оставшиеся минуты блаженства. И я не собираюсь упускать ни одной. Стоит Косте натянуть презерватив, осёдлываю его, а мужчина практически рычит, переворачивает меня, подминает под себя.

– Не торопись, детка, – выдыхает хрипло. – Я большой и у меня давно не было секса, а ты маленькая и хрупкая…

– И очень возбуждённая, – шепчу и умоляюще смотрю в его глаза: – Ты сводишь меня с ума… Прошу, погаси этот дикий огонь!

Костя дрожит всем телом, приникает к моим губам, втягивает их, сминает языком, и, двигая бёдрами, входит в меня так глубоко, до грани сладкой боли. Заполняя меня собой, приносит одуряющее наслаждение. О да! Он не просто большой – огромный! Двигается во мне с трудом, тяжело. То ли шепчет, то ли стонет:

– Какая ты узкая, моя девочка… О… Я скоро кончу… Не могу терпеть…

– Ещё, – подмахиваю я бёдрами и, постанывая, обхватываю ногами его талию. – Костя, я… ещё… Я тоже… О-о-о…

Тело словно пронзает тысяча молний, перед глазами мелькают яркие