Вне себя - Елена Букреева

от Кати (уже напряжно), восемь от Бори (Мира настояла, чтобы я не брала трубку, ведь это может быть Дима) и ещё четыре с неизвестного номера. Телефон Миры тоже бесконечно вибрировал. Но мы твёрдо решили — сначала мы доберёмся до полиции, а потом уже будем разбираться со всем остальным. Вернее, я уверена, Диму полиция возьмёт на себя. А я первым делом побегу в больницу. Я не знаю, где сейчас Влад, и это меня пугает. Как и его вид в тот последний раз, когда мы с ним говорили.

Когда говорил он...

«А я люблю тебя», — набатом стучат его слова в моей голове. Я должна быть смелой ради него. Ради всех наших непрожитых моментов.

— Мы на месте, — Мира глушит мотор, и я понимаю, что мы остановились на парковке перед полицейским участком.

Первое, что я замечаю — синяя табличка с адресом на кирпичной стене участка. Несколько секунд уходит на то, чтобы осознать, что это всего в паре кварталов от больницы, в которой лежит Влад. Я тянусь к телефону в кармане куртки, но голос Миры меня прерывает.

— Ты готова? Заложим этого урода и покончим с этим, — она говорит тихо, но есть в её голосе что-то решительное, я бы даже сказала зловещее.

— Пойдём и все расскажем, — отзываюсь я, изо всех сил стараясь заглушить растущую в душе тревогу.

Наверное, мне просто не верится, что все закончится так просто. И так быстро. Возможно, Дима уже в аэропорту. Или сейчас он появится на парковке с пистолетом, чтобы устранить двух отчаянных свидетельниц. Но я отбрасываю все лишние мысли в сторону и берусь за ручку двери, чтобы её открыть.

Когда мы выходим на улицу, июньский ветер, который должен быть хотя бы толику тёплым, пронзает меня насквозь. Я машинально прячу руки в карманы и нащупываю истерично вибрирующий телефон. Мы уже почти подходим к ступенькам, когда я снимаю с экрана блокировку, и мой взгляд замечает три сообщения.

Неизвестный номерПолина, если ты сейчас с Мирой, пожалуйста, пожалуйста, не верь ни единому её слову. Не оставайся с ней наедине. Напиши мне, где вы. Дима.16:23

Это сообщение было отправлено две минуты назад. Я замираю на ступеньках, вцепившись взглядом в следующие два смс.

БоряЯ очень тебя прошу, НИЧЕГО НЕ ГОВОРИ МИРЕ И НАПИШИ, ГДЕ ВЫ, ЧЕРТ ВОЗЬМИ, НАХОДИТЕСЬ! Здесь Дима, здесь полиция, и все ищут вас!16:23

Неизвестный номерЗадержи Миру настолько, насколько это возможно. Пожалуйста, просто поверь16:24

Я чувствую, что готова упасть в обморок в этот момент. Руки у меня трясутся, и когда Мира спрашивает, кто мне написал, я роняю телефон на асфальт.

Черт. Черт, черт, черт.

Я должна поверить Боре. Или Мире. Или Диме...

— Это мама, — шепчу я, чувствуя, как каждая буква царапает пересохшее горло.

Я опускаюсь за телефоном и крепко зажмуриваюсь, а затем резко открываю глаза. Облегчённый вздох слетает с моих губ. Я быстро печатаю адрес и вдруг замечаю тень, нависшую надо мной.

— Мы идём? — она держится за ручку двери, выжидающе глядя на меня.

— Подожди, — я вздыхаю, пытаясь отыскать на задворках разума хоть что-то, что поможет мне её задержать.

Но почему я это делаю? Почему верю ему? Из-за Бори? Но он ведь и Борю мог одурачить.

С другой стороны, Борю почти невозможно обмануть. Ему можно что-то недоговорить, но соглать... нет. Никогда. Умных людей сложно обвести вокруг пальца.

— Меня... меня сейчас вырвет, — говорю я первое, что пришло в голову, и сгибаюсь пополам. — Столько всего...

— Что? — Мира подходит ближе, пшеничная прядь её волос спадает на лицо, когда она наклоняется ко мне. — Что с тобой?

— Не знаю. У меня... кажется, у меня паническая атака, — бормочу я, начиная судорожно вдыхать и выдыхать воздух.

Наверное, проходит несколько минут. Или несколько секунд. Мира раздражённо вздыхает и, выпрямившись, снова хватается за ручку двери. Как бы не вышли сюда полицейские и не поинтересовались, что за драму мы тут устроили на пороге их участка.

— У нас надо времени. Нам надо пойти туда и сдать Диму. Соберись же, — говорит Мира и хватает меня за локоть, и в этот момент экран моего телефона вспыхивает уведомлением, и рука, которую держала она, ненароком демонстрирует ей дисплей.

— Так ты... ты переписывалась с Борей? Ты меня обманула? — Мира широко распахивает глаза и делает шаг назад. — Я же... я же сказала, Дима может запугать его. Ты подставляешь нас!

Когда её голос срывается на крик, я вдруг понимаю, что Мира в панике. Её взгляд мечется из стороны в сторону, она смотрит то на дверь участка, в метре от которой мы стоим, то оборачивается назад, на свою машину.

— Знаешь что, нет, — резко говорит она. — Я никуда не пойду. Ты с ним заодно. О чем на самом деле вы говорили там, у стены универа? Он сказал тебе заманить меня сюда? Нет. Я не хочу оказаться на месте Влада. Я не хочу, чтобы он меня убил.

И, развернувшись, Мира спускается по ступенькам, чтобы побежать к своей машине.

Несколько секунд я смотрю на неё недоуменным взглядом, прежде чем рвануть за ней. Что за бред? Что вообще она несёт? Зачем мне заманивать её в участок?

Если только она не...

Мира садится в машину и хлопает дверью так сильно, что этот звук эхом отбивается от моих висков. Я подбегаю к её белой тойоте и хватаюсь за ручку, ударив ладонью по стеклу, но она заводит мотор и уже готовится сорваться с места, когда звук полицейской сирены заставляет нас обеих обернуться на звук. В этот же момент из участка, в который мы так и не зашли, выбегает несколько полицейских с оружием. Авто с мигалками с визгом покрышек заворачивает на парковку, перекрвыая путь Мире, а двое полицейских подбегают прямо к бамперу ее тойоты.

— Мирослава Леонова, вы обвиняетесь в покушении на убийство. Выходите из машины с поднятыми руками.

Хлопают двери. Из полицейской машины выходят двое мужчин в форме, Дима и Боря. Боря сразу же подбегает ко мне, а Дима с абсолютно непроницаемым лицом подходит к двери, за стеклом которой Мира с абсолютно отрешенным видом сидела и даже не шевелилась.

Я совершенно не понимала, что происходит.

— Выходи, Мира. Это конец. Ты почти выиграла. Но ты совсем забыла, что я гребаный параноик. И весь мой дом напичкан камерами, на которых отчётливо видно, как ты подбрасываешь в мой ящик кусачки, а потом снимаешь это на телефон. Неужели ты и правда думала, что у тебя получится? Как