Вне себя - Елена Букреева

Я не говорю ни слова, снимая с вешалки куртку и поспешным шагом следуя за ней на улицу. Но ноги меня едва несут, я спотыкаюсь на ровном месте, и когда она ускоряет шаг, уводя меня в какие-то подворотни, инстинкт самосохранения начинает брать свое.

— Я надеюсь, тебе можно доверять? — бросаю я ей в спину, когда мы сворачиваем в очередной проулок.

Предчувствие, что все это подстава, и там за углом меня может поджидать Дима, сжимает сердце в тисках страха. Но бешеный пульс тут же сходит на нет, когда я вижу, как Мира подходит к припаркованной белой тойоте и, разблокировав её, открывает дверь и оборачивается ко мне.

— Я оставила её здесь на всякий случай. Он мог за мной проследить, так что садись быстрее, — говорит она, почти задыхаясь то ли от быстрой ходьбы, то ли от страха.

Я чувствую себя героиней какого-то триллера. Будто мы ограбили какую-то важную шишку, и теперь покинуть этот город, пока он нас не нашёл. Вот только в реальности все намного серьёзнее. Речь идёт о жизни человека.

И Мира, кажется, начала это понимать.

— Куда мы едем?

— Подальше отсюда. В место, о котором он не знает, — она садится и открывает пассажирскую дверь изнутри. — Давай же, быстрее!

Сложно унять дрожь в коленках. Я сглатываю, сажусь и пристегиваюсь, а она, заведя мотор, аккуратно выезжает из нашего укрытия. Тишину в салоне можно потрогать. Что она хочет мне рассказать? И почему мне, почему не Боре, и, главное, почему не полиции? Кажется, она знает, что Дима будет меня искать. Она помогает мне или ему? Я вытираю о джинсы запотевшие ладони и искоса посматриваю на Миру — она крепко сжимает руль и так сильно прикусила нижнюю губу, что даже на расстоянии я вижу вступившие на ней капли крови. А когда я отвожу взгляд, то понимаю, что мы выехали на ЗСД.

— Мы едем за город? — дрожащим голосом спрашиваю я.

Господи.

Дом Димы тоже за городом.

— Останови машину, — в панике бормочу я, начиная судорожно остегивать ремень безопасности.

Страх захватывает меня, лишает рассудка, мне тяжело дышать, а в глазах туман.

— Что ты делаешь? — Мира тянет ко мне руку, чтобы прекратить мои попытки отстеннуть ремень. — Успокойся!

— Ты везешь меня к нему! — кричу я, задыхаясь. — Ты чёртова предательница!

— Да ты спятила! Ты что, думаешь я везу тебя к Диме? — она не сбавляет скорость, но убирает от меня руку. — Очнись, дурочка, у Димы дом во Всеволожске! А мы едем к заливу.

Ее слова меня не отрезвляют. Отрезвляет раскинувшийся по левую сторону от меня Финский залив. Я тут же перестаю дёргать ремень, плечи мои расслабляются. Кажется, будто я пробежала марафон и наконец достигла финиша. Это ещё не гарантия того, что ей можно верить. Но уже маленький шанс на то, что я не присоединюсь к Владу в его палате.

Очень маленький шанс.

— Если что, у меня тысяча подписчиков в моем вязальном блоге в инстаграме, и меня будут искать, — предупреждаю я.

Мира искоса смотрит на меня и вздыхает, закатив глаза.

— Ты не думаешь, что это надо было говорить до того, как ты села ко мне в машину? Может быть, тогда я бы испугалась тысячу агрессивных подписчиц со спицами, жаждущих контента, — едко отвечает она.

— С крючком, — огрызаюсь я.

Тем временем, мы съезжаем с основной трассы. Мимо нас проносится табличка с названием населённого пункта, но судя по соснам и узкой дороге, уходящей вниз к песчаному пляжу, мы где-то совсем недалеко от города. Может быть, Репино или Комарово. Мира выезжает на проселочную дорогу, и прямо перед нами, как экран в кинотеатре, расстилается залив с тонкой золотистой полосой песчаного берега.

Она глушит мотор у небольшого деревянного дома в двух шагах от берега и медленно выдыхает. А затем выходит из машины и под мой удивлённый взгляд просто уходит к берегу, обхватив себя руками.

Недолго думая, я следую за ней.

Погода испортилась. Холодный ветер с залива приносит запах водорослей и соли. Балтийское море пахнет иначе, чем Чёрное, куда меня все детство возили родители. Оно пахнет независимостью и свободой. Легко любить Чёрное море, ведь оно тёплое, приветливое, с приятно щекочущей ступни галькой. Холодное и неспокойное море любить сложнее, но Балтийскому морю плевать. Оно завораживает независимо от того, комфортно ли в нем купаться. И в этом его свобода.

А ещё здесь невероятно красиво. Я замираю, вглядываясь в зелёную полосу из сосен, тянущихся вдоль пляжа с одной стороны, и каменные джунгли Питера во главе с Лахтой с другой. Где-то в соснах притаились дачные домики — моя мечта. Вязать с видом на залив и слушать шум разбивающихся о берег волн... кто не мечтает о таком?

Но сейчас не время грезить и любоваться пейзажами. Мира явно привезла меня сюда не за этим.

И когда она садится на песок, обхватив колени руками, я несмело подхожу к ней и сажусь рядом. Мы почти у самой кромки воды, и если ветер подует сильнее, и волны станут больше, холодная вода заденет и нас. Но это никого не волнует.

— Сколько я себя помню, Дима всегда завидовал Владу, — медленно начинает Мира, не отводя взгляда с морского горизонта. — Всё-таки Влад боксер, о его победах постоянно выкладывали всякие новости в группе универа, конечно, многие девчонки с ума по нему сходили. Красивый, спортсмен, по странам разным разъезжает и всегда возвращается с победами. А Дима... у него есть только деньги. Которые быстро всем надоедают. В общем, Дима три года был в его тени. И его это жутко бесило.

Я не говорю ни слова и изо всех сил стараюсь не показывать, как волнуюсь. Потому что Мира в любой момент может испугаться и замолчать.

— А ещё... я с самого начала знала, что Дима влюблен в меня. И... в общем, боже, как стыдно, но... я пыталась подобраться к Владу через Диму. Активно с ним общалась, соглашалась погулять. И все такое. Так я попала в их компанию. И когда у нас с Владом все начало завязываться, Дима вообще с катушек слетел. Начал всякими подарками меня задаривать, ждать у дома, чтобы проводить в универ...

Она вскидывает голову и крепко зажмуривается, а затем делает медленный вздох и продолжает:

— Меня это жутко напрягало, и я попросила Влада с ним поговорить. Но Диму это только разозлило. Он и не думал сдаваться. А наша дружба постепенно