Ненужная жена. Хозяйка кошачьего приюта - Алиса Князева

Не просьба — приказ. Типично для Кайндара. Я выпрямляюсь, опираясь на метлу, и спокойно отвечаю:

— Здравствуй. Я занята, как видишь.

Его глаза сужаются:

— Нам нужно поговорить. Подойди.

— Мы можем поговорить отсюда. Я прекрасно тебя слышу.

Тень раздражения пробегает по его лицу:

— Прекрати эти глупые игры, Мариан. Я потратил значительное количество магии, чтобы защитить твой дом и тебя. Теперь мне нужна помощь.

Я оглядываюсь по сторонам:

— А где Эран? Он был с тобой, верно?

— Он остался в пещере, наблюдает за кристаллом, — нетерпеливо отвечает Кайндар. — Это не важно сейчас.

Беспокойство холодной волной прокатывается по спине. Что-то не так. Кайндар, которого я знаю, не оставил бы своего мага одного в потенциально опасном месте. И он никогда не выглядел таким… неухоженным.

— Что случилось с кристаллом? — спрашиваю я, делая шаг назад, ближе к крыльцу.

— Я запечатал его, — он сокращает дистанцию. — Временно. Но использование такой сильной магии имеет свои последствия, Мариан. Я накопил слишком много тёмной энергии. Мне нужно от неё избавиться.

— И чем я могу помочь? — осторожно интересуюсь я, хотя уже догадываюсь об ответе.

Его губы изгибаются в улыбке, которая не затрагивает глаз:

— Ты прекрасно знаешь. Есть только один способ быстро восстановить силы и избавиться от негативной энергии.

Я чувствую, как краска приливает к щекам. Конечно, я знаю. За годы брака с Кайндаром я хорошо изучила особенности его природы. Он нуждается в постоянном обмене энергией, и самый эффективный способ — близость с тем, к кому он испытывает сильные чувства.

— Нет, — твёрдо говорю я. — Найди кого-то другого.

— Не будь эгоисткой, — в его голосе появляются стальные нотки. — Я истощил себя, защищая поместье. В твоих же интересах помочь мне.

Внутри меня разгорается конфликт.

Часть меня — та слабая, зависимая часть, которую я так старательно пыталась похоронить после развода — жаждет подойти к нему, прикоснуться, почувствовать его руки на своей коже. Вспомнить, каково это — быть с ним.

Но другая часть — гордая, независимая, которая поклялась никогда больше не позволять ему манипулировать собой — кричит об опасности.

— Наша связь разорвана, — напоминаю я. — Мы развелись, помнишь?

— Документы ничего не значат, — он делает ещё один шаг вперёд, и я замечаю, как его глаза на мгновение вспыхивают нечеловеческим, золотистым светом. — Связь между нами исчезнет только после смерти одного из нас. И, учитывая обстоятельства, если это буду я, то ты тоже умрёшь.

Я ненавижу то, что он прав. Даже сейчас, после всей боли, которую он причинил, часть меня тянется к нему.

Тело помнит его прикосновения, его запах, его силу.

Но разум помнит другое.

— Прости, Кайндар, — говорю я, делая ещё один шаг назад. — Я не могу.

Его лицо искажается, и на мгновение я вижу проблеск истинной природы — монстр, готовый вырваться наружу:

— Ты всегда была упрямой. Даже когда это идёт вразрез с твоими же интересами.

Он меняет тактику, его голос становится мягче, бархатистее:

— Мариан, подумай разумно. Если я не избавлюсь от этой энергии, она будет накапливаться, искажать мою магию. Я могу потерять контроль. Разве ты хочешь этого? Всего один поцелуй, прикосновение — и я снова смогу защищать тебя.

Соблазн в его словах почти осязаем. Он умеет убеждать, всегда умел. Но теперь я замечаю то, чего не видела раньше: лёгкое нетерпение в его жестах, раздражение, проскальзывающее сквозь маску обаяния. Что-то не так.

— Если ты действительно хочешь помочь мне, — продолжаю я осторожно, — расскажи больше о кристалле. Что это за артефакт? Почему он здесь?

— К демонам! — внезапно рявкает он, и маска окончательно спадает. — Мне надоели эти игры, Мариан! Подойди сюда немедленно!

Его глаза полностью меняются, зрачки вытягиваются, а радужка неестественно темнеет. По коже пробегают почти незаметные чешуйки, а воздух вокруг него начинает дрожать от жара.

И тут я понимаю. Тёмная энергия, о которой он говорил, начинает искажать его личность. Превратила его обычную властность в неконтролируемую ярость, его природную лень — в нетерпеливую агрессию.

Если он… Вдруг обратится прямо сейчас… барьер выдержит?

Глава 45

Кошки на крыльце поднимаются на ноги, шерсть на их спинах встаёт дыбом. Я чувствую, как воздух вокруг дома будто уплотняется — барьер, о котором говорил Эран. Он защищает меня.

Пока во всяком случае.

— Ты не переступишь эту границу, — спокойно, но не слишком уверенно говорю я, указывая на невидимую линию между нами. — Барьер не пустит тебя, пока ты в таком состоянии. И я не выйду за него.

— Сама не понимаешь, с чем играешь, — шипит он, и в его голосе слышится нечеловеческое рычание. — Ты думаешь, крысы — самое страшное, что может случиться? Ты понятия не имеешь, какие существа могут появиться от алтаря тёмной энергии, если я не буду его контролировать!

— Тогда объясни мне, — предлагаю я. — Спокойно, без угроз и манипуляций. Как равной. Если ты действительно хочешь помочь, а не просто использовать ситуацию для своих целей.

Он смотрит на меня долгим, тяжёлым взглядом. На мгновение мне кажется, что разумная часть его берёт верх — его глаза слегка меняются, становясь более человеческими. Но затем тёмная волна снова накрывает его:

— К чёрту объяснения! Думаешь, что можешь справиться со всем сама? Ты погибнешь без моей защиты.

— Может быть, — соглашаюсь я. — Но я предпочту рискнуть и сохранить свою свободу, чем снова попасть под твой контроль. После случившегося, на тебя нельзя полагаться.

— Свобода! — он горько смеётся. — Что ты знаешь о свободе? Живёшь в своей маленькой клетке иллюзий, думая, что независима. Но ты зависишь от меня больше, чем когда-либо.

Его слова задевают меня, но я не показываю этого:

— Прощай, Кайндар. Возвращайся, когда будешь готов говорить как цивилизованный человек, а не разъярённый дракон.

Я разворачиваюсь и медленно, стараясь не показывать страха, поднимаюсь по ступеням крыльца. Кошки расступаются, пропуская меня, но остаются на страже, их глаза не отрываются от Кайндара.

— Ты пожалеешь об этом, Мариан! — кричит он мне вслед. — Когда тьма поглотит поместье, ты будешь молить меня о помощи!

Понимаю, что в нём сейчас говорить влияние тьмы, но легче от этого не