Призрак под толщей вод - Эмилия Джей

истерзанную черную палубу «Призрака ночи». Он медленно поднял голову и увидел, что небо над ними было угрюмым, кружащимся серым маревом под стать бурлящей воде внизу — и то, и другое выглядело неспокойным и неприветливым.

Звуки злорадного хохота привлекли его внимание, и он заметил команду — все они ухмылялись.

— Проснись и пой, Дрэвин Роу! — её голос пронзил головную боль, пульсирующую под глазами, и воспоминания о всём случившемся лавиной хлынули назад.

Вспыхнуло видение светящихся бирюзовых глаз, острых как бритва плавников и сочащихся ядом когтей, впивающихся в его плоть. А после он не помнил ничего, кроме тьмы.

Дрэвин сморгнул воду с глаз, соль щипала их, пока затекшие мышцы ныли от тщетных попыток справиться с путами. Его взгляд намертво приковался к тем самым глазам, что теперь преследовали его разум, только сейчас они казались обычными — даже человеческими.

Но он смотрел на Эсмиру, возможно, впервые по-настоящему вглядываясь в ту, кто стоял перед ним. И теперь он понимал: в ней не было вообще ничего человеческого.

Она была змеёй, затаившейся в траве и выжидавшей момента для броска.

— Принц выглядит замерзшим, — заметил Джек. — Жаль, у нас нет для него уютного костерка.

— Ещё больше жаль, что он сам не может его разжечь, — проворковала Эсмира, и по команде прокатился смех, их глаза блестели от веселья.

Губа Дрэвина брезгливо дернулась, когда его взгляд скользнул к связанным рукам, всё ещё зажатым в кандалах из велсинита.

Он стиснул челюсти, пытаясь выровнять дыхание, пока в мыслях лихорадочно искал хоть какой-то шанс на побег, но веревки держали крепко. Когда он перевел взор на неё, на её лице заиграла ухмылка.

— Ты играешь грязно, — прорычал он низким и жестоким голосом.

Эсмира коротко подмигнула ему.

— Чем грязнее, тем лучше. Так гораздо веселее, — Дрэвин заморгал от этих слов, но в следующий миг она сделала шаг к нему, поднеся губы едва ли на дюйм к его щеке. — Я так рада, что ты очнулся. Впереди у нас долгий путь, и, к нашему общему несчастью, ты отправляешься с нами.

— И что же это за путь? — огрызнулся он.

— Путь, в который тебя никто не посвящал, — рявкнул Джек у неё из-за спины. — По крайней мере, после того как ты напал на неё при первой же возможности освободиться.

Эсмира улыбнулась. Её взгляд оставался прикованным к Дрэвину, пока она бросала через плечо:

— Ну полно тебе, Джеки. Феникс всего лишь показал свое истинное лицо. А когда кто-то показывает тебе, кто он есть на самом деле… — её губа приподнялась, она склонила голову набок. Зрачки её глаз сузились в тончайшие щелки, отчего сердце Дрэвина с силой ударилось о ребра. — Ему веришь.

Ноздри Дрэвина раздулись, но он не нашел слов для ответа.

Эсмира приподнялась на цыпочки, изящно закинув одну руку Дрэвину на плечо. Он подавил дрожь, готовую сотрясти всё его тело от этого прикосновения.

— И тебе лучше поверить мне, — продолжила она. — Потому что в следующий раз я позволю своему яду выжечь тебя изнутри, — она отстранилась от него, занимая место рядом со своим первым помощником.

— В ту ночь, когда мы встретились, я была права, Дрэвин Роу. Ты гораздо более жесток, чем заявляешь. В конце концов, я проявила к тебе доброту, когда никто другой этого делать не стал, — она эхом повторила его собственные слова, сказанные ей в ночь, когда затонул его корабль, отчего его челюсть сжалась. — Но ты принял это за слабость. Это мое единственное предупреждение: во мне нет ничего слабого.

Кто была эта женщина? Эсмира была существом из мифов — морской сиреной. Так как и почему она жила жизнью пирата?

Она бросала ему вызов, и он ненавидел себя за то, что это его невероятно интриговало.

— Прошу прощения, Эсми, — произнес он, и на его лице появилась едва заметная ухмылка.

— Капитан! — в один голос отрезали и Эсмира, и Джек.

Он прищурился, глядя на Джека. Было очевидно, что в отношении этого первого помощника крылось гораздо больше, чем просто слепая преданность. Дрэвин прочистил горло.

— Прошу прощения, Капитан, — исправился он. — Так мне положено получить информацию о том, что вы все для меня приготовили? Или мы просто бороздим моря в надежде, что мой отец придет мне на выручку? Если последнее, позвольте сберечь ваше драгоценное время. Ему плевать.

— Похоже на то, — проворчала Эсмира, упирая руки в бока. — Видишь остров за моей спиной?

Дрэвин перевел взгляд через её плечо.

— Вижу, — процедил он сквозь стиснутые зубы, понятия не имея, где они находятся.

— Это дело рук твоего папаши. Мы ищем затерянное королевство Мэринис или всё, что от него осталось.

Челюсть Дрэвина отвисла, и он не смог сдержать хриплый смешок.

— Послушай, радость моя, — она вскинула бровь от этого обращения, которым он одаривал едва ли не каждую женщину. — Я уверен, он пообещал вам всем долю в золоте, которое рассчитывает получить с вашей помощью, но…

— Меня больше не интересует то, что мы найдем там, внизу, — оборвала она его. — Мой единственный интерес — вызволить своего капитана из лап твоего отца. А ты — всего лишь сопутствующий ущерб на случай, если он нарушит свое слово.

Дрэвин издал полный ненависти смешок.

— Что ж, тогда, похоже, я здесь за компанию.

Потусторонние глаза Эсмиры скептически оглядели его с ног до головы — вероятно, потому, что он внезапно проявил покладистость. Казалось, где бы он ни оказался, ему суждено быть чьим-то узником. Будь то удушающий капкан отцовских приказов или теперешний истинный плен у одного из самых пугающих существ в легендах Римелла.

— Так, — гаркнула она. — Слушать мою команду, шваль!

Команда мгновенно вытянулась в струнку, их ухмылки и насмешки испарились, стоило им сосредоточиться на каждом её слове.

— Мы делимся на две группы. Первая половина команды охраняет вход и наш путь отступления с острова, оставаясь на «Призраке ночи». Вторая половина идет со мной, — сказала она, остановив взгляд на Джеке, и тот коротко кивнул ей. — Мы входим туда, ищем любую чертову вещь, которую сможем обменять на Сайруса, а потом убираемся оттуда к чертям собачьим. Ясно?!

— Так точно, Капитан! — прогремели они и начали расходиться, переговариваясь между собой о том, кто и где займет позиции.

Она снова повернулась к Дрэвину, который наблюдал за ней прищуренными глазами. Разумеется, он должен был остаться на корабле, привязанным к грот-мачте, как сейчас.

— Отвяжи его, Джек. Чтобы через десять минут шлюпки были на воду и шли к острову, — прошипела она, прежде чем зашагать к своей каюте.

Взгляд Джека едва не прожег дыру