Не про Любовь! - Нора Ольвич

Подняв голову, я начала внимательно изучать старинный фасад, отмечая, что он был сооружён из того же камня, что и наш дом.

«- цоколь, манера класть раствор, цвет и размер камня - всё едино, я уверена, что замок и наш дом, были построены в одно время, к чему все эти легенды»?

Солнце уже слегка клонилось к закату, и его мягкие лучи играли на камнях, сглаженных временем и ветрами, которые дули с океана. Золотистый оттенок шёл красавцу замку. Фасад, выполненный в классическом стиле, был украшен резными элементами и витиеватыми орнаментами, которые, казалось, рассказывали по-своему эту историю.

В этот момент я вдруг ощутила странное чувство — я была уверена кто-то наблюдает за нами. Тень за стёклами таких же окон, как и в нашем доме, была едва различима, но её присутствие было очевидно.

Переглянувшись с сестрой, я уловила в её взгляде тот же тревожный блеск. Мы стояли на улице, окружённые старым зданием, и чувствовали себя актёрами на сцене, за которыми следит невидимая публика. Ветерок, пробежавший по аллее, добавил ощущение неуловимого присутствия, словно кто-то дышит рядом, но остаётся невидимым.

И тут, среди этой странной атмосферы, я услышала тихий шёпот. Он был еле слышен, но настолько отчётлив, что я не могла его игнорировать. Голос звучал в моей голове, словно эхо из глубокого колодца.

Это было похоже на то, как во сне из могилы меня звал Стас.

«- Вызволи меня отсюда», — звучал голос, он был иным, лишённым прежнего напора и ярости. Вместо этого в нём слышалась тихая безысходность. Кто-то умолял, и это ощущение было настолько сильным, что я не могла его игнорировать.

«- Помоги»!

Глава 19

Глава 19

Ища уважительную причину для того, чтобы именно в данный момент оказаться в этом огромном строении непрошеным гостем, я завела разговор, конечно же про библиотеку.

Нисколько не пародируя фильм будущего и не пытаясь привлечь к себе внимание простым, естественным вопросом, я всё же задала его в несколько иной форме.

- А библиотекой в замке? Возможно ли будет пользоваться ею на правах соседа-читателя? С учётом возврата книг, разумеется.

Родерик задумался. Тень набежала на его лицо. А после улыбнувшись, мужчина сказал, что он слышал историю о том, что граф Нортумберлендский вывез в одно из своих имений коллекцию париков. Возможно, в это самое. А вот про библиотеку, к сожалению, он ничего не знает.

- Так, он выразил свой протест и явился в палату лордов в неподобающем виде.

- Протест?!

- Вы разве не знаете эту историю?

Иден пожала плечами, однако продолжая наблюдать за собеседником.

- «Всякий, — говорилось в акте о налоге, — кто желает носить парик, должен заплатить одну гинею за годовой сертификат».

- Сертификат на что?

- На пудру для париков, разумеется. Именно на неё ввели огромную пошлину. Пудру ввозили всегда из Франции. Пошлины вызвали бурю негодования среди жителей Лондона. Один из герцогов, в знак протеста против этой акции, отказался от своих париков в пользу коротко стриженных волос и призвал своих друзей последовать его примеру.

- Вы серьёзно? Родерик?

Я, взяв «братца» за локоть, развернула осторожно его к себе. Ведь он постоянно неосознанно говорил в сторону леди Иден.

- Мы, конечно, можем послать графу письмо с просьбой открывать для нас иногда его хранилище книг. Но мне сдаётся, милая моя родственница, что вы ещё нашу библиотеку не изучили. Мистер Холмс мне доложил, что вы, занимаясь расчётами, всё свободное время, проводили в зале для приёмов.

Он спрашивал о нас…

- А в доме есть библиотека?

Я попыталась сделать искреннее удивление на лице. Думаю, мне это удалось. Придерживая аккуратно юбку, сделала шаг.

- Разумеется, мисс Элинор.

Что мне оставалось делать? Взгляд Аиды был не читаем. Она будто отсутствовала в этот самый момент, думая о своём. Мы медленно шли мимо живой изгороди. Оставалось совсем немного и нужно было свернуть на соседнюю аллею. Это место было самое близкое от шикарного входа в здание, и я явно чувствовала чьё-то присутствие там, за стенами.

Это чувство уже посещало меня раньше, и я отлично помню его. Происходило это в далеком двадцать первом веке, когда я решила ввести в свою жизнь правило возвращаться с работы пешком. Однажды, проходя мимо торца многоэтажного дома, я вдруг получила в награду за то, что удлинила себе путь, тяжкое ощущение. Окружающая обстановка ничем не выдавала себя, но именно тогда я впервые столкнулась с этим непонятным феноменом.

Каждый вечер, минуя тот же дом, я вновь и вновь чувствовала то же самое: - тёмные окна углового жилья на первом этаже будто смотрели на меня, не отрывая тяжелого, болезненного взгляда. Казалось, они стремятся рассказать каждому прохожему о невыносимом горе, об испепеляющей боли, о немыслимо глубоком отчаянии и безумии, таящимся внутри. Это было непросто выдержать, и я старательно выбирала другой путь, стараясь избегать этого странного воздействия.

Однако однажды, потеряв бдительность и забывшись, я опять попала под «обстрел» этих невидимых глаз. Уже позже, присмотревшись, заметила, что квартира, которой принадлежали эти окна, оборудована специальным пандусом, ведущим прямо на улицу, в придомовую парковую зону. Издали я видела, как из оборудованных в балконе дверей выходят женщина и мужчина: последний аккуратно вывозит из квартиры пожилого человека в инвалидной коляске. Они ведут тихую беседу, а затем отправляются в сторону ближайшего магазина.

Я твёрдо убеждена, что долгие месяцы, именно эти окна смотрели на меня с чувством непередаваемого страдания и бессилия обездвиженного человека, неспособного полноценно общаться с внешним миром.

Эта мысль была для меня озарением. Я была уверена, что в замке проживает некто, находящийся именно в таком же положении. Однако графские владения, это вам не музей, и посещать их любому встречному, я думаю, очень даже не с руки.

Непозволительно можно и, так сказать.

*****

Мы отдалялись от замка, и желание проникнуть в него затихало. Приходило понимание, что нельзя вот так врываться в чужие дома. Особенно такого уровня.

Я всё более странным находила наше пребывание в этом времени, осознавав вдруг, что в Англии нам сложно будет сделать с сестрой достойную партию. А хотя бы одна из нас должна побывать в браке. Должна. Возможно, для того, чтобы не встречать оценивающе – недоумённые взгляды обывателей. Для того чтобы получить защиту фамилии.

Сложно будет везде, но в России,