Не про Любовь! - Нора Ольвич

Мы не покинем с тобой этот дом до весны. Чтобы он нам ни говорил сейчас. Я не намерена ему, что-либо отвечать. И тебе не советую. Как же достало всё, если честно. Непонятно кому можно довериться, а кому нет.

- Только себе. Если честно, я, поэтому и хотела съездить в Эдинбург, присмотреть для нас маленькую квартирку. Я понимаю, что это не представительно и несравнимо с такими вот замками и домами. Мы сразу станем ниже по статусу, такими, как все. Но пойми, если ты нужна барону, то он, и со стандартной квартирки заберёт тебя в свою жизнь. Как было бы хорошо, если бы кузен не появлялся совсем в нашей действительности.

- Тебя не поймешь, то ты хочешь жить в этом городке, то нет.

- Просто обстоятельства меняются как сумасшедшие. Напрашивается вывод, что спокойно станет только в той собственности, которая будет принадлежать только нам. Как бы мне хотелось вернуться в двадцать первый век, в свою маленькую квартиру на седьмом этаже. Закрыться от всего мира и жить спокойно…

Иден замедлила шаг. Взяла меня за ладонь.

- Нам ни к чему спешить. Пусть Родерик побесится в большой приёмной зале. Подумает, что нужно нам говорить, а что нет. Пойдём спокойно. Ты хочешь есть, Элинор?

- Нет. Я просто не хочу сейчас слушать упрёки.

- Вот мы их и не будем слушать. Пошли в гости к соседям?

- Ты с ума сошла? Это не принято в такое время, если только так просто, за сахаром, а то в магазине купить забыли…

- Значит, в город.

- Мы просто пойдём ещё медленнее и зайдём на каменный мост, полюбуемся течением и утками. Гулять так гулять. Поговорим с гуляющими детьми и их нянями. Вон их сколько, смотри. Ведь если не принимать во внимание всех этих баронов и кузенов, жизнь в принципе прекрасна в этом городке.

Осень скоро окончательно вступит в свои права, окрасив листья в золото, наполнив воздух прохладой и свежестью. Давай же сполна насладимся этим моментом, вдыхая аромат влажной земли и прелых листьев, любуясь красками осени, щедро распылёнными по окрестностям.

*****

Наша прогулка затянулась до середины дня, и мы вернулись в имение примерно к двенадцати часам. Так получилось, что мы случайно встретили миссис Дэй старшую, которая, по нашей просьбе, горделиво провела нас сперва в кондитерскую, а затем в магазин тканей. В кондитерской угощали прекрасным кофе, и мы с удовольствием оценили местный напиток.

Поскольку мы отправились из дома без кошелька, все расходы были записаны на наш счёт. Затем мы долго выбирали тёплые ткани, наслаждаясь ассортиментом магазинов. Нас выслушала местная модистка, которая пообещала нанести нам завтра визит и принять заказ на изготовление зимних одежд.

Мы с удовольствием бродили по улицам городка, радуясь возможности снять стресс и отвлечься от повседневных хлопот. Мы откровенно не понимали, почему раньше этого не сделали, слушая страшилки Родерика.

Люди провожали нас доброжелательными взглядами, и настроение улучшалось с каждой минутой. Осеннее солнце, хотя и не грело, но сияло ярко, создавая приятное освещение и поднимая градус настроения.

Мистер Холмс же, завидев нас ещё на крыльце дома бросился спускаться с него торопливо. Он был очень расстроен, говоря о том, что старший сын главы клана вернулся с утренней прогулки весьма в скверном настроении.

- Очень жаль, мистер Холмс. Очень.

- Леди, вы не предупредили, что уходите в город.

- Как же так? Я несколько раз просила его милость сопроводить нас. Я после сказала, что обязательно как-нибудь с самого утра совершу вояж по городку. Разве же я с сестрой пленница в этом доме?

- Конечно, нет. Как можно. Но дом опять опустел, и я боюсь весьма надолго. Мистер Родерик, покинул нас. Он отбыл в Лондон.

- Вот как?!

Мы остановились на аллее, ведущей к дому. И вдруг мне показалось, или солнце действительно засияло ярче? Быть может, кузен Родерик уже успел вложить себе в голову абсурдную идею, будто мы без ума от него и вот-вот бросимся в погоню, стремясь завоевать его сердце?

Мысль эта показалась мне забавной и нелепой одновременно. «Кузнец мнительности» — именно так шутя называла моя мама людей, страдающих подобными заблуждениями. Видимо, Родерик решил примерить на себя эту роль.

Реальность же была прозаичнее: - мы в этом мире как раз только для того, чтобы просто отдохнуть и возможно впечатляться жизнью в другой эпохе.

- Мистер Холмс, с отъездом его милости, мы ничего менять для себя не будем. Все расходы мы возьмём на себя с сестрой. Я надеюсь на данный момент у нас долгов не имеется.

- Мы только миссис Дэй задолжали за последние дни, а так всё оплачено.

- Вот и прекрасно, мистер Холмс. Сегодня нам нанесут визит милорды из замка. Не пугайтесь ничего существенного. Визит их продлится не более четверти часа. А, возможно, и меньше. У них вопросы были к кузену. А коль его нет в доме, так и вопросы ни к чему задавать.

- Как же вы их примите, леди? Мистер Родерик уехал. А без старшей дамы при вас, это невозможно.

- И то верно. А мы им отпишем сейчас письмо, нужно будет доставить его немедленно. Так и поступим. Я через четверть часа вынесу его из кабинета. Элинор, помогите мне.

Глава 21

Глава 21

Это развлекло нас. Послание мы составляли действительно минут пятнадцать. Иден, как, наверное, это умела только она, перемешивала английские и французские слова, поскрипывая пером о плотную бумагу. Чернила ложились красиво в ровные строчки.

Чистый лист бумаги для чистовика, сложенный пополам, она достала из той самой шкатулки. Он имел нежный аромат её парфюма.

Смысл, написанного, однако, был понятен: - мы дамы одинокие, нас все покинули, ваш визит, барон, будет неуместен. Не нужно больше искать с нами встречи, повлиять на ситуацию с помолвкой мистера Родерик Мюррея Мак-Данбар, увы не в нашей власти.

А дальше поведение женщины, которую мысленно всё чаще называла сестрой, я не могла объяснить.

Она, улыбаясь, смотрела на то, как все последующие дни копятся в зале на специально отведённом для этого месте для нас послания.

- Мы не прочтём их?

- Нет.

Она пожимала плечиком. А потом просто брала в руки музыкальный инструмент, найденный нами в библиотеке. Её пальчики перебирали струны, беря первые аккорды.

А дальше…

Дальше пела на русском языке шансон. Дом словно замер, удивлённый и очарованный новыми, незнакомыми звуками.